Анна Даунз – Укромный уголок (страница 55)

«Укрытие в лесу? Ты кем себя возомнила? Медведем Гриллсом[62], блин?»

Эмили замедлила шаг, стремительно теряя уверенность в себе. Сейчас, на открытом пространстве, а не в уютных стенах спальни, идея побега уже казалась ей не столько смелой, сколько глупой. Может, стоит вернуться назад, залезть под одеяло, а утром, на свежую голову, придумать план получше?

«Ну нет. Нельзя здесь оставаться. Нужно уносить ноги».

Когда она проходила мимо пепелища, где раньше стоял игровой домик, в тишине послышался какой-то шорох. Эмили замерла и оглядела лужайку, сдерживая тяжелое, шумное дыхание. Сердце у нее грозило вот-вот взорваться. Отступив в тень ближайшего дерева, она немного подождала. Две минуты… три… пять.

Ничего не происходило. Наверное, это птица вспорхнула с ветки.

Эмили оглянулась на внедорожник, припаркованный в обычном месте около гостиного дома. Его темный силуэт вырисовывался на фоне освещенных снизу стволов деревьев — такой солидный, уютный. Будь у нее ключи, внедорожник унес бы ее отсюда за пару секунд. У Нины не было бы шансов ее поймать, даже если бы она выскочила из постели и бросилась в погоню на квадроцикле.

«На квадроцикле…»

Два квадроцикла с толстыми шинами стояли в гараже напротив загончиков для животных. Эмили каталась на них всего дважды и не очень умело, но у этих машинок были и педали, и двигатель. На квадроцикле легко доехать до ближайшего городка, и даже не надо сразу заводить мотор — можно выкатить его за ворота и некоторое время крутить педали.

Девушка не сомневалась, что Нина надежно спрятала ключи от внедорожника вместе с ее телефоном и паспортом, но ключи от квадроциклов хранились в деревянном шкафчике в семейном особняке вместе с ключами от сараев, загонов и защитной крышки для бассейна. Шкафчик висел на стене рядом с дверью в патио — Эмили видела, как Нина не раз открывала его. Возможно, там найдется и ключ от ворот.

Девушка взглянула на окна особняка. Попасть туда — дело двух секунд, если входная дверь не заперта.

Подкравшись к углу дома, Эмили застыла, почувствовав всплеск адреналина. Она справится. Вскочит на квадроцикл и умчится вдаль, как чертов Сын Анархии[63]. А может, и не придется. Может, ей повезет, и ключи от внедорожника тоже окажутся в этом шкафчике. Так или иначе, уже скоро она будет далеко от «Керенсии».

Распластавшись по стене, как матерый спецагент, Эмили выглянула из-за угла. В патио было тихо, и почему-то ей вдруг вспомнился старый фильм, который она видела в детстве. После того фильма ей впервые приснился кошмарный сон. Это был какой-то японский ужастик, она забыла название, но точно помнила, что перепугалась тогда до смерти.

«Отлично. Японский ужастик. Только этого мне сейчас и не хватало».

Она медленно двинулась дальше вдоль стены, стараясь ступать легко и бесшумно, как учили в школе драматического искусства. Сначала на пятку, потом осторожно перенести вес на мысок. «Не топай по сцене, — говорил ей преподаватель. — Эмили, ну в чем дело? Когда это режиссер просил вывести слона?» Девушка мысленно показала ему большой палец. Сегодня ночью она — его лучшая ученица.

Возле двери, ведущей из патио в дом, Эмили затаила дыхание, положила ладонь на дверную ручку и нажала.

Заперто.

«Мать твою!»

Сквозь стекло в двери было видно ключ, вставленный в замочную скважину с другой стороны. Эмили посмотрела на него и, не отпуская дверную ручку, представила себе, как она бредет по раздолбанной дороге через лес, выбирается на шоссе и вытягивает руку с поднятым вверх большим пальцем; вдалеке появляются пятна света от фар приближающегося автомобиля; автомобиль останавливается рядом с ней, со стороны водителя медленно опускается стекло, и на нее таращится бандюганского вида мужик с плотоядной ухмылкой.

«Нет уж, спасибо. Лучше залезть в дом за ключами».

Деревянный шкафчик соблазнительно маячил за стеклом на стене у самой двери. Отступив на пару шагов, Эмили обвела взглядом окна особняка — ближе к углу одно было приоткрыто. Она на цыпочках двинулась туда. Это оказалось окно игровой комнаты Аврелии — большая квадратная рама, состоящая из двух поднимающихся и опускающихся стеклянных панелей. Приоткрыта была правая, и щель выглядела достаточно большой, чтобы просунуть в нее руку.

Даже не успев хорошенько все обдумать, Эмили дотянулась до металлической задвижки левой половины окна, открыла ее и подняла стекла, насколько это было возможно. Внутри прямо у окна стоял книжный шкаф. Она перекинула ремень сумки на шею, взялась обеими руками за подоконник и подпрыгнула. Уже сидя на подоконнике, пару секунд восстанавливала равновесие, затем нырнула внутрь, держась одной рукой за оконную раму, другой — за книжный шкаф, почти легла на подоконнике, подогнув ноги, скрючилась в форме буквы «С» и полусползла-полуспрыгнула на пол комнаты. Посидела некоторое время под окном, стараясь отдышаться.

Готово, она в доме.

В ночном полумраке игровая комната выглядела зловещей. В ней качались длинные тени, отбрасываемые неведомо чем, а флажки под потолком, днем казавшиеся такими праздничными и веселенькими, теперь свисали, как сталактиты в жуткой пещере.

Снова закинув сумку на плечо, Эмили встала и двинулась к двери, боясь потревожить даже неподвижный воздух. В холле белели ступени лестницы. Сверху не доносилось ни звука; и света в доме тоже нигде не было.

Эмили свернула на кухню, подкралась к двери в патио и дрожащими пальцами открыла деревянный шкафчик. Разочарование выбило из легких весь воздух, как удар в солнечное сплетение. Ключ от гаража с квадроциклами и два золотистых толстеньких ключа от их замков зажигания были на месте, но ни ее паспорта, ни ключей от внедорожника на полках не оказалось.

«Ладно. Квадроцикл так квадроцикл».

Медленно и осторожно Эмили сняла ключи с крючочков и опустила их в карман шортов. Но вместо того чтобы немедленно покинуть семейный особняк, она обернулась к двери в кладовку. Мысли о внедорожнике не давали ей покоя. Помимо всего прочего, квадроцикл будет бесполезен, если ей не удастся открыть ворота. А они наверняка заперты. Значит, ей в любом случае нужны другие ключи. И наверняка их нужно искать в потайной комнате.

«А что, если Нина там?»

Эмили, стоя в полумраке, закусила губу, поражаясь тому, как это все могло с ней случиться: она влезла ночью в дом Нины, чтобы своровать ключи и сбежать из «Керенсии».

Но в следующую секунду ноги сами понесли ее в кладовку, к тому самому месту, где полки не стыковались друг с другом. Она ухватилась за край и потянула на себя, как в прошлый раз, но секция не сдвинулась с места. С колотящимся сердцем Эмили принялась ощупывать полки в поисках рычага или кнопки, но ничего не нашла. Тогда она обшарила полки с нижней стороны, залезла пальцами во все углы и обследовала задние стенки за кухонной утварью. Наконец, ничего не найдя, навалилась плечом и надавила.

Секция слегка подалась. Нажав сильнее, девушка почувствовала, как секция еще немного качнулась от нее и с тихим щелчком отскочила назад.

Проход был открыт.

Эмили встала на верхней ступеньке и посмотрела вниз. На этот раз здесь было темнее. В замкнутом пространстве собственное дыхание казалось ей оглушительным.

Ноги, сами принесшие ее сюда, больше не желали двигаться, и Эмили заставила себя медленно, шажок за шажком, спуститься по ступенькам в полутьму. Силуэты пирамид из ящиков и коробок были огромными; они отбрасывали длинные страшные тени. Вонь была еще сильнее, чем раньше. «Что, черт возьми, здесь хранится?»

На секунду поддавшись слепой панике, Эмили лихорадочно зашарила по стене в поисках выключателя, то и дело попадая пальцами в паутину, и наконец нащупала край пластиковой панели. Нашла кнопку, вдавила ее, и над головой зажглась флуоресцентная трубка.

Помещение оказалось больше, чем она думала поначалу. И, кроме узкого прохода в середине, все пространство здесь было заполнено вещами — в основном коробками, но были и разные предметы без упаковки, сваленные в углах прямо у сырых кирпичных стен. Детские высокие стульчики, плетеные колыбельки, кроватки и столики для пеленания. Подушки, матрасы, лошадки-качалки. Все было покрыто слоем плесени.

Те коробки, которые были ближе к Эмили, выглядели почти новыми, они блестели упаковочной лентой и наклейками с логотипом службы доставки. На некоторых были приклеены картинки — игрушки, велосипеды, товары для рукоделия и спорта. Горами громоздилась новенькая мебель.

Эмили протиснулась по проходу в глубь подвала, и чем дальше она забиралась, тем более старыми были вещи. Там стояли деревянные ящики с написанной на них фамилией Денни, с адресом в западной части Лондона и лейблом компании, занимающейся международными морскими перевозками. Крышки на некоторых были сдвинуты, и она осторожно заглядывала внутрь. В одном ящике лежала детская одежда, отсыревшая и полусгнившая. В другом — бутылочки для кормления грудничков, грязная муслиновая скатерть и молокоотсос. Все это тоже было покрыто плесенью.

Эмили огляделась. Здесь хранилось столько вещей — понадобились бы недели, чтобы все разобрать, и комната была так плотно набита, что приходилось перелезать через завалы. На полу валялись коричневые катышки. Несомненно, вонь, пропитавшая особняк, исходила отсюда — Эмили вспомнила мертвого грызуна, которого она нашла в гостином доме. Что угодно могло пробраться на этот склад и сдохнуть.