Анна Даунз – Укромный уголок (страница 51)
«Не будь дурой, это не шпионский боевик, никто за тобой не следит, никто не сидит на хвосте. Скотт и Нина ничем тебе не угрожают, они никогда не причинят тебе вреда». Но, как ни убеждала себя, Эмили чувствовала сомнения.
Встряхнувшись, она сделала очередной разворот, снова решив ехать в полицейский участок. И опять повернула обратно. «Трусиха!»
Однако дело было не в трусости и не в страхе. Даже тот договор о конфиденциальности, подписанный в Лондоне, был ни при чем, хотя теперь Эмили начинала понимать его назначение. Нет, причина, по которой она никак не могла решиться пойти в полицию, заключалась в том, что у нее не было уверенности в собственных подозрениях.
Вот если бы она прямо сейчас могла поговорить со Скоттом… Он непременно все объяснил бы. Эмили снова подумала о телефоне, валяющемся на полке в платяном шкафу.
Круговерть мыслей в голове невозможно было унять, поэтому она включила местное радио и сосредоточилась на болтовне французского диктора, которую понимала с пятого на десятое — речь шла о собаках и состоянии дорог. Стараясь дышать глубоко и ровно, она поглядывала по сторонам на проплывающий мимо ландшафт и медленно расслабляла напряженные мышцы. Расправила плечи, опустила стекла в машине, представила собственные тревоги в виде огромного воздушного шара, улетающего в небо. К тому времени, когда внедорожник свернул на дорогу, ведущую прямиком к воротам «Керенсии», дождь уже прекратился, а у Эмили высохли слезы на глазах, и она была вполне убеждена, что вела себя иррационально, мелодраматично и совершенно неправильно.
На фотографии, которую она видела в Гугле, была не Аврелия. Ну что за дурацкая идея? Только временное помешательство могло привести ее к полицейскому участку. И как ей только в голову пришла такая ерунда? Потом они с Ниной вместе над этим посмеются.
«Чего-чего ты хотела сделать?» — переспросит Нина.
«Ну да, представляешь? — разведет руками Эмили. — Скажи, я спятила!»
«Чокнулась!»
«Ага, слетела с катушек!»
Эмили, подъезжая к воротам, еще хихикала себе под нос над этим воображаемым диалогом, но ее улыбка исчезла, когда она вспомнила, что утром ей пришлось открывать эти ворота с помощью ключа для обычного, механического, замка. Сейчас она посмотрела на панель управления и увидела, что там горит красная лампочка. Нерешительно протянула руку, набрала код — и вздрогнула, когда механизм зажужжал, приведенный в действие. Ворота открывались целую вечность. Петли скрежетали на все лады, и черные буквы названия покачивались, когда под ними расходились железные створки. Одолев песчаную подъездную дорогу, Эмили припарковалась на своем обычном месте возле гостиного дома. Может, всему виной была пасмурная погода, но оба особняка показались ей сейчас более грязными и ветхими, чем утром.
Девушка вышла из машины и остановилась, прислушиваясь. Где может быть Нина? Как и в свой самый первый день в «Керенсии», Эмили обошла лужайку по спиральной тропинке и прогулялась по дорожкам вокруг. Все это время она слышала лишь звук капающей воды.
«Наверное, Нина и Аврелия в доме», — решила она наконец и подумала, что неплохо бы пока принять душ — от этого в голове прояснится. Поднялась на крыльцо гостиного дома, скинула босоножки и, войдя в прихожую, щелкнула выключателем.
— О черт!
Там, напротив входной двери, стояла Нина, уперев руки в бока.
— Ну наконец-то, — сказала она с улыбкой. — Ты вернулась.
Эмили раскрыла рот. Сумка соскользнула у нее с плеча и с глухим стуком грохнулась на пол.
— Привет! — выпалила девушка. Слишком громко.
Нина покачала головой:
— Ты всех нас заставила понервничать сегодня утром, уехав без предупреждения. Мы думали, у тебя что-то случилось.
— О нет… Я просто… прокатилась.
«Она очень высокая, — подумала Эмили. — И крепкая. Я видела, как быстро она бегает».
— Куда прокатилась?
Эмили смотрела на Нину, выискивая у нее на лице… хоть что-нибудь: тень вины, намек на панику, огромные красные буквы ПД — «похитительница детей». А потом до нее дошло, что она не позаботилась сочинить убедительное оправдание для своей отлучки.
— Я… э-э… съездила в супермаркет, — промямлила Эмили. — Провела ревизию запасов и обнаружила, что не хватает… кое-чего. Встала я рано, так что подумала… — Она замолчала, осознав, какую глупость сморозила — при ней не было ни покупок, ни чеков.
Нина, словно прочитав ее мысли, покосилась на дверь.
— Отличная идея, — кивнула она, шагнув вперед. — Давай я помогу тебе достать пакеты из багажника.
— О, видишь ли, там оказалось закрыто. То есть я хочу сказать, что супермаркет сегодня не работает. Не знаю почему. — Девушка почувствовала, что ее охватывает дрожь. «Соберись, Эмили. Ты же актриса, верно? Так ИГРАЙ!» Сделав вдох, она посмотрела Нине прямо в глаза спокойным взглядом и продолжила: — Рядом с супермаркетом стояла пожарная машина. В магазин никого не пускали, так что я посидела в кафе, выпила кофе и немного погуляла по городу. Надеюсь, ты не против? Я давно никуда не выбиралась с участка.
— О, конечно, иногда всем надо развеяться, — кивнула Нина. — Только в следующий раз предупреждай меня, если куда-то отлучаешься, хорошо?
— Хорошо.
Последовала пауза, за время которой Эмили пришло в голову, что Нина, возможно, тоже
— Эмили, послушай… — Нина взяла ее за локоть. — Я хотела с тобой поговорить о вчерашнем.
— О вчерашнем?..
— О несчастном случае с Аврелией.
Эмили невольно закрыла рот рукой. Она совершенно об этом забыла.
— О боже, Аврелия! Как она? С ней все нормально?
— Она в порядке. Просто царапина. — Нина весело улыбнулась. — Сама знаешь, ранка на голове может быть крошечной, а кровь так и хлещет. Но я не об этом. Я хотела извиниться за свое вчерашнее поведение. Мне не следовало так на тебя кричать. Просто день был тяжелый, а когда я еще увидела всю эту кровь, совсем потеряла контроль над собой.
— Ничего страшного. — Голос Эмили прозвучал тоненько и жалко.
— Нет, правда извини. Ты ни в чем не виновата.
— О… — Девушка неуклюже махнула рукой. — Без обид, подруга.
Они помолчали, фальшиво улыбаясь друг другу.
— Ну ладно, — сказала Нина, — Аврелия ждет меня у бассейна. Обед почти готов. Присоединишься к нам?
— Конечно! Только быстренько приму душ.
— Тогда увидимся на летней кухне. — Нина направилась к двери, обогнув по пути Эмили. На пороге она остановилась вполоборота. — Кстати, хотела спросить… Как ты выехала за ворота сегодня утром?
— Что, прости?
— У нас ночью отключилось электричество. Ничего не работало. Разве ворота не были закрыты?
— О… — Эмили покраснела, хотя сама не знала почему. — Они были закрыты. Но у меня есть ключ от замка.
— А, понятно. — Нина покивала, разглядывая обои у дверного косяка. — У тебя есть ключ. Конечно. — И уже безо всякой улыбки она шагнула на крыльцо.
Глава тридцать девятая. Скотт
— А, вот вы где, — раздался голос Верити, и ее каблучки зацокали по бетонному полу мезонина. — Что делаете?
— Ничего, — отозвался Скотт, оторвав взгляд от понорамы, открывавшейся отсюда: серые здания, плоские крыши и пухлый ковер из облаков. — Просто смотрю. Ты не пошла обедать? Значит, слухи не врут — твой рацион питания состоит из воздуха и работы?
— Ха-ха. — Верити остановилась рядом с ним и посмотрела на улицу далеко внизу, по которой туда-обратно сновали машины. — Хотела вам сказать, что опять звонили с Четвертого канала, интересовались, не передумали ли вы насчет интервью для документального фильма. Очень надеются вас заманить.
Скотт фыркнул.
— Я так и думала, — кивнула Верити. — Еще я хотела показать вам вот это. — Она протянула ему глянцевый журнал с несколькими завернутыми страницами. — Однако вы знаменитость.
У Скотта свело живот. А потом он увидел фотографию — три человека на красном ковре. Двое из них, ослепительно прекрасные, стояли обнявшись. Третий застыл с посеревшим, измученным лицом. «Надо было побриться», — подумал он, вспомнив, как в тот вечер ловил такси сразу после тяжелого трудового дня и переодевался в машине.
Пожав плечами, Скотт снова перевел взгляд на панораму.
Верити покачала головой:
— Ну нет, на этот раз вам не удастся разыграть полное равнодушие к собственным успехам. — Она постучала пальцем по фотографии. — Это ведь вы.
— Наверное.
— А вы в курсе, кто рядом с вами?
Скотт, конечно же, был в курсе. Любой человек на планете узнал бы в лицо и эту женщину, и ее мужа.
— Как вы оказались в их обществе? — Верити мгновенно потеряла всю свою надменность и величавость — сейчас она умирала от любопытства, разглядывая фотографию всемирно известных людей. — О чем вы говорили? Какие они? О боже, я их поклонница! Где это снято?
— На каком-то концерте несколько недель назад. — Скотт вздохнул, обругав себя идиотом. Не надо было туда ходить. — Это было благотворительное мероприятие.
— О да, она известна в этой сфере. Фонд называется «Спасите детей», верно?
— Что-то вроде того.