Анна Богинская – Жить жизнь (страница 54)

— Что вы, Матвей Анатольевич? Я пока желаю вам только добра. И поверьте, если это изменится, куколка вуду не понадобится, — подыграла она ему.

— В смысле?

— Куколка вуду — это игры для девочек. Настоящие ведьмы действуют иначе, — засмеялась Анна.

— Я уже боюсь! Нужно сходить к бабке, — продолжал игру Матвей.

— Если я вас прокляну, Матвей Анатольевич, вам ни одна бабка не поможет.

— А дедка?

— А дедка даже не возьмется! Как дела?

— Ань, я не спал полночи, — уже серьезно начал Матвей. Анна замерла, ожидая продолжения. — Я думал об операции. Я боюсь!

Анна села: неожиданный поворот событий. Она напряглась.

— Матвей, ты меня пугаешь.

Он, не слыша ее, продолжал:

— Мне раньше казалось, что это такая ерунда — все эти разговоры о том, что близких оперировать нельзя. А сейчас мне страшно! Мои чувства к тебе… А вдруг что-то пойдет не так? Вдруг тебе будет больно или еще что-то? Я представить не могу, как начну, представить не могу, как сделаю первый шаг! Как мне взять скальпель в руки и сделать первый разрез?

Анна вздохнула. Она поняла, что его нужно успокоить.

— Матвей, ты это делал много раз. Все будет хорошо.

Но он не слышал ее: состояние Матвея перерастало в истерику.

— Зачем мы начали наши отношения? Надо было пригласить тебя на свидание после, как я и хотел! — Он говорил на повышенных тонах. Это точно истерика.

— Машину времени пока не изобрели, так что уже поздно об этом думать, — прервала его Анна. — Послушай: все будет хорошо! Поверь.

Она сама боялась, но, похоже, его страх был больше.

— А если что-то пойдет не так? Ты ведь меня возненавидишь! Что я буду с этим делать? Что я буду делать, если ты меня из-за этого разлюбишь?

Видимо, он накручивал себя долго, и одних слов поддержки недостаточно. Анна решила изменить тактику и пойти от обратного:

— Хочешь все отменить? В этом городе полно хирургов — прооперирует кто-то другой.

Матвей не дал ей договорить.

— У меня была такая мысль! Я уже ближе к утру хотел отказаться. А потом представил, что кто-то другой будет это делать… Мне стало еще хуже. Попадется дебил какой-нибудь! Кто сделает это лучше меня? Никто!

— И что ты решил? — Не дожидаясь ответа, она продолжила: — И ты прав: никто не сделает это лучше! Ты — талантливый хирург. Я согласилась на операцию еще до наших отношений. Послушай, я доверяю тебе. Я знаю, что все будет хорошо. Мы это пройдем!

Молчание. Она слышала в трубке только его дыхание.

— Ладно, Богинская, уже поздно отступать. Я рыцарь! А рыцари не отступают, — его тон говорил о том, что Матвей успокаивается. — Вечером все обсудим!

«Он планирует провести со мной вечер».

— Кстати, о вечере. Матвей, сегодня еще много дел. Сориентируй меня во времени.

Он замолчал на несколько секунд и выдал:

— Я сегодня занят до семи, поэтому не раньше восьми.

— Где?

— Я приеду к тебе, — уверенно сказал он.

— Нет. Давай встретимся в городе: сегодня последний вечер перед операцией.

— Давай в том торговом центре, где было наше первое свидание, — уверенно поставил он точку. — Как твои губы?

— Пока еще не мои. Привыкаю.

— Я соскучился по тебе. До вечера.

Анна смотрела на воду. В спокойной глади отражалось небо, а солнечные лучи наполняли ее золотым светом. Бесконечное смирение, граничащее с покорностью, — вот что она чувствовала. Она пыталась понять поведение Матвея. То полное безразличие, то бессонная ночь, — он непоследователен в своих действиях. Его поведение не поддавалось логике. Чувство вины? Она не успела додумать свою мысль.

— Аннет, мне, чтобы тебя найти, официант не нужен — твой яркий купальник виден еще с парковки! — послышался бодрый голос Галы.

Купальник действительно яркий: неоновый коралл или, может, неоновый красный. Анна обернулась и встала с шезлонга, чтобы обнять подругу. Они виделись в субботу. Всего три дня прошло с тех пор, но Анне казалось, что прошла целая жизнь. Гала позвонила и предложила позавтракать, но Анна уже направлялась на пляж. Подруга расстроилась: она не любила солнечные ванны. Но фраза «Моя жизнь — голливудское кино!» оказала магическое действие: она изменила решение. Анна понимала, что о своей бурной жизни могла поведать Гале и по телефону, но, скорее всего, та хотела поддержать ее перед операцией.

— Красиво здесь! — сказала Гала, раскладывая вещи на шезлонге. — И главное — толпы нет.

Официант подошел к ним с меню. Не открывая его, подруга сказала:

— Молодой человек, нам шашлык. Есть микс? — Официант молча кивнул. — Еще салат, воду, кофе без молока. А хачапури у вас есть? — Официант снова кивнул, продолжая записывать. — Тогда еще хачапури. И еще бутылку шампанского, прямо сейчас!

— Гала, утро! — возмутилась Анна.

— И побыстрее! — поторопила та уходящего официанта. — Не смеши меня, — повернулась она к Анне. — Пару бокалов никому не повредят. Тем более что меня ожидает увлекательная история, — она хитро улыбнулась.

— Столько всего случилось за эти три дня, что я уже не знаю, с чего начать. На чем мы с тобой остановились?

— Ты поехала за ним на Крещатик и…

Анна погрузилась в подробное повествование о том, как Матвей пошел спать, об их утреннем разговоре, о том, что он пообещал вернуться, и, как всегда, пропал. Гала закурила и, вглядываясь в гладь воды, бесловно слушала. Официант принес воду, кофе, шампанское в ведерке со льдом и два бокала. Гала жестом показала ему, что разливать не нужно, и отпустила. Она сделала глоток кофе и посмотрела на Анну.

— Правильно ли я поняла? Молодой самец приезжает к тебе и ложится спать. Ты понимаешь, что это ненормально?

Анна кивнула, ожидания продолжения.

— Он с кем-то спит! — заключила подруга.

Анна с ней согласилась. Тем более что Матвей соврал, отвечая на вопрос о сексе с другими женщинами.

— А секс утром после нашего разговора? Объясни мне.

— Выспался парень, — констатировала Гала. — Ты переживаешь?

Анна отрицательно покачала головой:

— Не могу сказать, что переживаю. Я в недоумении.

Собеседница кивнула.

— И что дальше?

Анна перешла к истории с Арамом. Гала заметно воодушевилась. Анна описывала происходившее в деталях, ничего не приукрашивая: эта история не нуждалась в дополнительных красках.

— Вот это я понимаю, мужчина! — восхитилась Гала. Слушая, как водитель отдавал цветы, она хохотала до слез. — Аннет, а ты действительно думала, что он сварит тебе борщ после пережитого? — Анна серьезно кивнула. — Ну ты даешь! Ты представляешь, какой это удар по самолюбию? — Гала расхохоталась. — Это удар по рогам! В среду у него был легкий щелчок, когда ты СМС отправила, что не ждешь. А потом спи-ливание рогов без анестезии!

Они долго смеялись.

— Я была уверена, что предстоит скандал, разговор. Мне его реакция непонятна! Когда эмоции захлестывают человека, все происходит молниеносно. Если он хотел уйти, он должен был уйти, не поднимаясь в квартиру. А здесь получается, что он подумал, а потом ушел.

— Люди разные, — начала Гала.

Но Анна ее перебила:

— А на следующий день сказал, что все в порядке.

— Давай сохранять последовательность событий.