Анна Анинибуд – Тёмные маски Карабаса (страница 4)
– Потому что я сломала эту маску, – ответила Коломбина.
– Сломала? Но зачем?
– Потому что маски…
Вдруг раздался резкий свист. Антонио обернулся и крикнул:
– Разбойники!
И тут из леса выбежало человек десять. Все они были вооружены: кто ножом, кто топором, кто дубинкой. Косматые брови и неухоженные бороды под грязными повязками на головах и съехавшими набок старыми шляпами. И остервенелые глаза.
Коломбина выхватила из-за пояса нож.
– Прячься! – закричал ей Карабас, и что-то ударило его по макушке.
Он обмяк и свалился на землю. Последнее, что Карабас успел увидеть, – это испуганный взгляд Коломбины и протянутая к нему рука. Сколько он пролежал на земле, неизвестно. Когда вернулось сознание, Карабас разлепил глаза. Он лежал в пыли, придавленный оглоблями. Повозка перевернута набок, рядом валялись сломанные декорации.
– Коломбина, – позвал Карабас.
Она ответила тихим стоном. Карабас выбрался из-под оглоблей и пополз туда, где виднелось платье его любимой.
Коломбина лежала на спине, прижав одну руку к животу, на котором расплывалось огромное пятно крови. Кровь уже стекла на землю, и земля пила ее, забирая Коломбину.
– Антонио! – закричал Карабас. – Кто-нибудь! На помощь!
Стояла звенящая тишина. Ни шороха, ни движения… Только плыли облака, покрывая своей тенью дорогу. Он взял в ладони ее голову и умолял не умирать.
– Помоги мне, – прошептала она еле слышно.
Он подсунул руки под нее и, пытаясь поднять, чуть отклонился, задев коленом холщовый мешок. «На руках не донесеш-ш-шь», – почему-то вдруг пронеслось в голове.
Он засуетился в поисках чего-нибудь, на что можно было бы положить Коломбину и дотянуть по земле до ближайшей таверны. А там помогут. Там точно помогут.
Развернулся и толкнул холщовый мешок. Кожаный шнурок ослаб. Маски. Карабас на секунду замешкался и увидел сцену. Он стоит на ней, раскинув руки, ему рукоплещет восторженная публика. Картинка была настолько реальной, что Карабас вдруг поднялся и в самом деле раскинул руки в стороны. «Браво! Браво!» – ревели зрители. Все вокруг взрывалось цветными пятнами, как в калейдоскопе. Он слышал аплодисменты. Громче, громче!
Браво! Карабас! Браво! Помоги! Карабас! Браво! Бис! Помоги!
Он очнулся, крепко прижимая мешок с масками к груди. Он улыбался, сидя на пыльной дороге у перевернутой повозки. Он всей кожей ощущал радость, гордость за себя.
– Помоги…
Как в тумане Карабас опустил взгляд и увидел руку Коломбины, которая держалась за мешок. Он перевел взгляд на ее лицо и понял: если в ближайшее время он не донесет ее до таверны, то потеряет навсегда.
Карабас поднялся на ноги. Ступни, казалось, всё еще были там, на огромной, сияющей огнями сцене. Заморосил дождь. Карабас сорвал с повозки брезент. Сундук с костюмами цел. Как это разбойники его пропустили? Он огляделся. Двух других повозок не было. В сумерках виднелись неподвижные тела актеров. Каждый из них дрался за свою жизнь. Карабас разозлился на себя. Он мог бы помочь, все могло бы быть иначе.
И снова в ушах зазвенело. Ударил гром, а Карабас слышал раскаты аплодисментов. Громче, громче! Браво!
Он бросил брезент на землю и почему-то положил на него сундук. Он должен был что-то положить на брезент. Сундук? Или… Браво! Бис! В груди запекло, закрутилось что-то волнующее. Он наклонился к мешку с масками. Что-то этот мешок держало и не давало поднять. Рука. Чья это рука? Кто держит его маски? Браво! Браво!
А ну убрать руки! Он дернул мешок. Что-то плюхнулось в красную лужу. Недоумевающий взгляд миндалевидных глаз. Коломбина. Прости, милая Коломбина! Это мое призвание. Я должен выступать. Понимаешь? Должен! Ты говорила, что выше бутафора мне у вас не подняться. Но вас больше нет, прекрасная Коломбина. Нет Антонио, нет Марчелло, нет Витторио, никого из них нет. Остались тела, телесные оболочки. И тебя вот-вот не станет.
А у меня талант, понимаешь, моя бэлла Коломбина? Ты же знаешь, что у меня талант. Я возьму ваши сердца, оставшиеся в костюмах и масках. Я унесу их и подарю людям. Я всегда буду помнить тебя, милая Коломбина! Прости и прощай, моя прекрасная Коломбина!
Карабас шел по проселочной дороге, оставляя за собой Антонио, Марчелло, Витторио… Лицо его омывал дождь. Тот самый дождь, который каплями отстукивал последние вздохи Коломбины. Он тащил по влажной земле сундук на куске брезента. За плечо он закинул холщовый мешок, перевязанный кожаным шнурком. Из мешка сочился еле заметный свет, будто кто-то пытался настроить старый калейдоскоп.
«Ш-ш-ш», – слышалось Карабасу сквозь шум дождя. И с каждым «ш-ш-ш» шагалось бодрее, увереннее и легче, будто кто-то придавал ему сил.
Глава 3
Настоящее. Принц воров, или «Пошли вон»
Городская площадь битком набилась зрителями. Карабасу это всегда придавало сил: будет много золотых, а значит, исполнение его мечты – иметь свой стационарный театр – становилось ближе. На этот раз труппа отработала новый сценарий, и Карабас возлагал на него большие надежды. Он надел маску Панталоне с кустистыми бровями, поправил рыжую бороду, которую отращивал уже пять лет и поднял кулак в знак готовности.
Актеры моментально перестали разговаривать и приготовились к выходу на сцену. Карабас сосчитал до десяти и, разжав кулак, махнул ладонью. Заиграла бодрая музыка, начался парад артистов. Один за другим по очереди они выходили на деревянную сцену, где их шутливо представлял Арлекин в маске с красными щеками и такой же красной шапочке, на концах которой звенели позолоченные бубенцы. Золотые губы у маски растягивались в широкую улыбку, из прорезей для глаз задорно летели искорки.
Зрители бурно аплодировали и обсуждали костюмы.
– Уважаемая публика! – звонко крикнул Арлекин. – Представляем вашему вниманию совершенно новую пьесу труппы знаменитого Карабаса Барабаса «Обманутый влюбленный». Вы убедитесь в том, что не всем ясноглазым красавицам можно доверять! И совершенно нельзя доверять первым встречным незнакомцам! Но в конце справедливость восторжествует!
Представление началось.
Пьеро заиграл на мандолине грустную мелодию и запел о своей любви к прекрасной Мальвине.
– Ах, если бы ты совершал поступки такие же красивые, как твои песни… – отвернулась от него Мальвина.
Женщины на площади начали перешептываться: замужние согласно закивали головами, а молодые синьорины восторженно устремили взгляды на Пьеро.
– Какой же ты хочешь от меня поступок, прекрасная Мальвина? – упал на одно колено Пьеро.
Мальвина подошла к краю сцены и обратилась к публике:
– Синьорины, что нужно, чтобы сыграть свадьбу своей мечты?
– Хороший жених! Согласие родителей! Любовь! – послышались выкрики из зала.
Мальвина дождалась, пока кто-то не крикнул: «Сольдо!», и обернулась к Пьеро:
– Ты слышал? Сольдо! На свадьбу нужно много сольдо!
– Но мы можем обвенчаться у любого священника без посторонних под цветущим кустом белой омелы.
Мальвина прислонила тыльную сторону ладони ко лбу:
– Ах, мой милый, мой романтичный Пьеро… На что же мы будем жить? Твоя мандолина нас не прокормит.
Послышались выкрики: «Любовь – самое главное!», «Верно говоришь! А жить на что?».
Мужчины смеялись и толкали своих жен в округлые бока, а юноши смущенно пытались приобнять своих розовощеких подруг.
На сцену огромными прыжками выскочил актер в черном плаще и черной маске. Он вплотную приблизился к Пьеро и крикнул:
– Давай обворуем Панталоне!
Пьеро вздрогнул и замахал рукавами.
– Да никто не узнает! – снова крикнул актер в черном плаще. – Потому что это тайна!
Зрители покатились со смеху.
– Я Принц воров! Со мной ты добудешь деньжат и женишься на Мальвине. Одному тебе точно не справиться!
Вдвоем они набросились на старика Панталоне и отобрали у него сундук с монетами. Панталоне кряхтел, пытался дотянуться до пронырливых воров своей палкой.
Половина зрителей переживала за жадного старика, поддерживала его выкриками. Один мужчина даже попытался забраться на сцену, чтобы помочь, но Сальваторе вовремя его остановил. Вторая половина зрителей хохотала и показывала на актеров пальцами.
Карабас был доволен. Пьеса вызвала нужный эффект: зрители включились в действие и многие из них поверили во все происходящее. Из-под маски Панталоне он смотрел на их лица и потирал руки. «Превосходно, превосходно», – бормотал он.
Принц воров и Пьеро подошли к Мальвине и поставили перед ней сундук с монетами.
– Милый, наконец мы сможем пожениться! – воскликнула Мальвина и бросилась к Принцу воров.
Пьеро растерянно взмахнул длинными рукавами. Зрители ахнули. В наступившей тишине Принц воров скинул черную маску и черный плащ, под которыми оказались лоскутной костюм и маска с бубенцами.
– Ха-ха-ха! – рассмеялся Арлекин и со всего маху стукнул дубинкой Пьеро по спине. В воздух взлетело облако пудры, будто взбили пыльную подушку.
– Как легко обмануть влюбленного дурачка! – протянула к зрителям открытые ладошки Мальвина. Она очаровательно улыбнулась и дернула плечом.
– И меня обмани! – крикнул кто-то из толпы и на сцену полетел фиолетовый цветок.
Актеры быстро убежали со сцены, и на их место выскочили близнецы-акробаты. Карабас довольно погладил свою маску и прошептал: «Умнички». Маска на долю секунды сверкнула, и на ее длинном черном носу появился новый серебряный завиток, словно кто-то провел тонкой невидимой кисточкой.