Анна Андреева – Край Истинного света (страница 17)

Протяжные трели птиц наполняли звонкими звуками солнечные лучи, лишенные тепла, но пожухлая трава уже не нуждалась в объятьях солнца. Она прожила свою не долгую жизнь и покорно склонилась к земле, ожидая, когда зима похоронит ее под пушистым покрывалом.

Я могу только догадываться, были ли прожитые дни полевых трав счастливыми; были ли они наполнены смехом жителей деревни Черная – или были грустными, пропитанные солеными слезами. От травы мало, что зависело, она росла сама по себе и могла лишь наблюдать и надеяться, что ее не затопчут или не сорвут раньше отведенного ей конца короткой жизни.

– Пауль! – крикнул Винсент парню, упражняющемуся с саблями. – Сколько раз я должен еще повторить, что тело должно быть пластичным? У камня больше шансов увернуться от атаки, чем у тебя!

Пауль скривился и начал заново отрабатывать удары, дополняя их плавными покачиванием на ногах и имитацией уклонения от чужих атак.

Винсент слегка заметно кивнул, наблюдая за боевым магом и резко повернулся к увлеченно болтающим Миафу и Эдит.

Маги заметили его строгий взгляд и сняли луки с плеча, возобновляя тренировку уже под его контролем.

– Пользуешься привилегиями и отлыниваешь, Золотко?

Каспар осмотрел траву, на которой я сидела, и поджав губы аккуратно присел рядом.

– Я встала раньше вас и уже потренировалась.

– Похвально. – Он подогнул колени, уменьшая площадь соприкосновения пыльной травы с его идеальным черным костюмом. – Скорее бы вернуться в Тиррион.

– Завтра отправимся в путь и, через пару дней, ты сможешь спать на своей кровати.

– Легко так говорить, когда у тебя над ухом не тарахтят.

Каспар пронзил Пауля черными глазами с подрагивающей в них тьмой.

Боевой маг воспринял пристальный взгляд некроманта, как приглашение присоединиться, и, убрав сабли в ножны, пошел к нам.

– Почему ты согласился делить с ним палатку, если тебя так раздражает его дыхание? – издевательски спросила я.

– Дыхание? – воскликнул Каспар. – У него не дыхание, а посмертные упыринные хрипы!

– И все же, почему? Ты мог уговорить вернуться Эдит или Миафа.

– Миаф, – прошипел некромант, памятуя, как тот нелестно отозвался о нем. – Я вообще ни с кем делить палатку не хотел, но правила отряда велят спать по парно, так что, – он вернул лицу беспристрастие, – нне пришлось смириться с кандидатурой Пауля. Эдит не захотела возвращаться ко мне, а Миафа я не подпущу к своему сну и на пару ярдов. Я до сих пор вздрагиваю по ночам, как наяву ощущая присосавшегося ко мне паразита.

Я коротко посмеялась и улыбнулась упавшему на спину Паулю.

– О чем хихикаем? – поинтересовался друг.

– Да так, – отмахнулась я. – Тиррион вспоминали.

– Как же я соскучился по Селин. – Пауль прикрыл глаза и шумно выдохнул. – Думаешь, она сильно расстроилась, что мне пришлось уехать прямо перед встречей с ее родителями?

– Вряд ли. – Я пожала плечами. – От тебя это не зависело, и, как я понимаю, вы оба не горели идеей знакомства.

– Не правда, – возмутился Пауль и почесал лоб под шапкой. – Я хотел встретиться с ее отцом и матерью, просто сильно переживал.

– Ну да, – съязвила я. – То-то ты расстроенный всю неделю ходишь.

Едва я постучала в дверь комнаты Миафа и Пауля и сообщила о срочном задании, как парень заулыбался и откинул из рук на половину выглаженный костюм.

– Селин. – Каспар покрутил имя на языке. – Милая девушка. – Пауль покосился на некроманта. – Я знаком с ее родителями – плохие люди, но совестливые торговцы. Ты совершенно не подходишь для их дочери.

– Эй! – Я потерла поясницу, пришедшуюся на пинок Пауля, предназначавшийся Кэннуру.

Каспар лишь тихо фыркнул, отзывая тени.

Между магами началась безмолвная перепалка, и я, избегая быть втянутой в их распри, отвернулась к полю.

Винсент оставил Эдит и Миафа тренироваться самостоятельно и занялся собой. Скинув плащ и оставшись в полу расстегнутой белой рубашке, он упражнялся с кинжалом, выписывая круги и уходя в резкие опасные выпады. Сталь сверкала в его руках, бликуя в каждом быстром взмахе и сильном точном ударе.

Ропот суетливых голосов жителей привлек внимание отряда. Женщины окликали детей и загоняли в дома, мужики разбредались по углам, прячась из виду. Вскоре на пустые улицы опустилась тишина.

– Дэлла, уводи Винсента, – быстро бросил Каспар и рывком поднялся, торопливо отряхивая костюм от пыли.

Я вскочила, одновременно с Паулем, и поспешила к Ди-Горну.

Воздух был свеж и не нес опасения. Даже развернув дар до предела, я не услышала потусторонних запахов, разве что пряную магию Миафа. Я посмотрела на паразита, но не было похоже, что он использовал сейчас силу.

Хоть опасность не ощущалась, я все равно вняла просьбе Кэннура, решив уточнить все детали потом.

– Сходим к реке? – спросила я, пытаясь успокоить участившиеся дыхание от бега.

Винсент нахмурился и перевел взгляд с моего лица на пустую деревню. Волнистые пряди выбились из пучка и падали на его внимательные желтые глаза, выискивающие причины моего странного поведения.

Я взяла его за широкое запястье и потянула в сторону редкого голого леса.

Он вырвал руку из моей хватки и, пригвоздив предостерегающим взглядом, вернул взор на Черную. Каждая мышца на его теле напряглась, а желваки заходили ходуном.

Я обеспокоилась и подошла ближе, разворачиваясь к объекту его пристального внимания.

Улицы деревни уже не были пустыми. По ним неспешно шли четыре фигуры. Впереди всех вышагивал советник. Размар сдержанно улыбался и, приветствуя вышедшего ему на встречу Каспара, раскинул руки.

Позади него плыли мрачные мужчины. Грязно-серые плащи, делали их почти не заметными на фоне осенней мертвой дороги.

– Кто это с ним? – спросила я, приглядываясь к идущим в нашу сторону гостям.

– Истязатели, – сквозь зубы процедил Винсент.

Глава 8

Каспар занимал советника беседой, отвлекая от продвижения в нашу сторону.

Истязатели держались рядом с Размаром, устало разглядывая маленькую деревню и стоящих поодаль Миафа, Эдит и Пауля. Все три мужчины были похожи между собой: серые широкие штаны, со множеством глубоких карманов; тонкие узкие сапоги, плащи, высокие вороты бесцветно-серых камзолов, даже прически у них были одинаковые – короткостриженые волосы с почти выбритыми висками.

Я попыталась еще раз увести Винсента к реке, но он встал как вкопанный и не сдвигался ни на дюйм. Все вокруг пропитал дождливый густой запах, и я начала переживать, что он не совладает с эмоциями и пустит истязателям парочку разрядов в зад.

Винсент не рассказывал, как проходили его дни в Серых горах, а я не настаивала. Все было и так очевидно по покрытому шрамами телу. И сейчас защитник кипел от ненависти, вспоминая годы заточения среди истязателей.

Советник уже слишком близко, и скрываться в лесу не представлялось возможным. Иначе наш уход будет расценивается как неуважение.

– Прошу, Винсент, без глупостей, – шикнула я.

Он промолчал, сосредоточив все свое злое внимание на трех истязателях.

Они были весьма молоды и не могли иметь к его заключению отношения, но раны на душе Винсента кровоточили от одного вида их формы.

Советник остановился и улыбнулся.

– Доброго утра.

– Приветствую вас, советник Размар.

Я присела в плавном реверансе, как учила леди Шлор.

Истязатели вклинились в меня потухшими глазами, рассматривая с нескрываемым любопытством. Заметив это, Винсент угрожающе рыкнул и оскалился одной стороной рта.

Первым отвернулся курносый светлоглазый парень, следом – смуглый истязатель с маленьким подбородком. Последний же продолжал прожигать во мне дыру, белыми радужками глаз. Его черные волосы с намеком на кудри, чуть вздернутый нос и линии нежно-розовых губ показались мне знакомыми.

– Бенир? – спросила я, делая шаг в его сторону и задерживая взгляд на мелких редких царапинах, темнеющих на белой коже впалых щек и острой линии челюсти.

Сильные пальцы сжали запястье, заставляя меня стоять на месте. Я повернулась к Винсенту и, попав под жар пылающего огнем янтаря, громко сглотнула.

– Мы знакомы? – ровно уточнил черноволосый истязатель и сменил изящный изгиб бровей на хмурость.

– Я подруга Селин. Она рассказывала о тебе.

Я шагнула назад, вставая рядом с Винсентом, повинуясь его молчаливой «просьбе».