Анна Андреева – Край Истинного света (страница 14)

– ЭДИТ?! Что ты здесь делаешь? – послышался изумленных сонный голос Пауля.

– Проваливай к Каспару! Может он достанет застрявшего у тебя в глотке баклана! – Прозвучал приглушенный стук. – Пошел вон!

В оранжевый свет костра ступил растрепанный Пауль. Не смотря в нашу сторону, он, тихо ступая босыми ногами по сухой траве пошел к палатке Каспара.

– И ни один из ночных гостей Каспара не взял спальный мешок, – весело подметил Винсент. – Ты можешь идти спать, я один подежурю.

– И пропустить назревающее представление? Ну уж нет!

Я широко улыбнулась, показывая, что не устала и готова честно отсидеть с ним разделенные между отрядом ночные часы.

Винсент любовно осмотрел мое лицо и остановился на улыбке. Сердце замерло под его взором и часто забилось, реагируя на запущенную в волосы теплую ладонь. Защитник притянул меня к себе и мягко захватил губы в поцелуе. Получив ответную ласку, Винсент нырнул свободной рукой под плащ и, огладив талию, вжал в себя мое поплывшее тело.

Жар, тянущее позвоночник желание и жадность до его касаний переполнили меня и нашли выход через легкие. Проглотив мой шумный выдох, Винсент натянул волосы, запрокидывая голову, и углубил поцелуй.

Сознание повело под распирающими его волнительными чувствами. Мои руки отправились гулять под плащом Винсента, и мне приходилось сдерживать себя, чтобы не сорвать с него одежду, мешающую насладиться его горячей кожей.

– Дэл, – прохрипел Винсент, стараясь отстраняться. – Нельзя отвлекаться.

– Я почувствую опасность, – прошептала я в губы и прильнула к ним.

Винсент нежно ответил на поцелуй и окончательно отстранился.

– Потерпи. Нам осталось отдежурить не больше часа, – сипло сказал он и приблизился к уху, обдавая его горячим дыханием. – А после я не ручаюсь за себя. Мне придется закрывать тебе рот, чтобы нас не услышали.

Его слова обдали меня жаром, выжигая окружающий нас воздух.

Истошный визг пронзил ночь.

В один удар сердца мы вскочили на ноги. У моей головы сразу зазвенели пять игл, а в руке Винсента блеснул кинжал.

– Какого шлигра вы забрались ко мне в мешок, извращенцы!

– Че орешь? Люди спят, – пробормотал голос Пауля.

– Не обольщайся на свой счет. Мне был нужен от тебя только спальник. – А это уже Миаф. – Истеричка.

– Истеричка?!

Из палатки вылетел взбешенный Каспар.

– Вы чем тут занимаетесь?! Это так вы стережете наш сон?!– заорал он. – Мало того, что в мою палатку влезли два мужика, так они еще пробрались в мой спальный мешок и облапали меня! – Под конец предложения его голос перешел на визг. – Дуйте спать, оба! Из вас сторожилы, как из бескута суп!

Мы переглянулись и, убрав оружие по местам, не мешкая, пошли к своей палатке.

– Это ж надо было! – запричитал себе под нос некромант. – Проснулся с двумя мужиками в обнимку! Бездна, сотри это из моей памяти.

– Мы же ему напомним? – шепнула я Винсенту.

– Определено, – ответил я, коварно улыбающейся Дэлле.

От каждой ее улыбки сердце падает, сладостно стягивая горло и поднимая твердую необходимость попробовать ее улыбку на вкус. И этот раз не был исключением. Я сжал ее тонкую талию и рывком потянул на себя, заставляя упасть на мое тело, жаждущее ее близости.

– Меня бы постеснялись! – возмутился Каспар, подкидывая дрова в костер.

– И давно ты стал таким правильным?

Я саркастично выгнул бровь. Молодой Кэннур был далек от разделявших мужчину и женщину «приличий».

– Мы не на пикник выехали, Винсент. – Некромант свел брови. – Будь благоразумнее.

Губы скривились, не желая признавать его правоту.

Я вернул взор к моей Дэлле и окоченел: она смотрела на меня огромными глазами полными беспокойства.

– Что такое?

Я быстро оглядел ее с головы, до ног.

– Отродья, – шепнула она.

– Подъем! – крикнул я, и палатки заходили ходуном.

Дэлла спешно достала карту из внутреннего кармана жилета и закрыла глаза, шумно втягивая воздух.

– Панцерники, – начала Дэлла озвучивать учуянное. – На Юге.

Ее палец остановился на карте.

– Шахта.

Я быстро осмотрел собравшийся отряд.

Все готовы.

– Чуть около двадцати тварей.

Дэлла снова смогла определить количество, и я могу не сомневаться в том, что она права.

– Я чувствую кровь. – Она распахнула глаза, и я увидел на их дне осадок страха. – Там люди.

Проносясь по редкому лесу, я оглядывался, стараясь держать Дэллу в поле моего зрения. Панцерники одни из самых неприятных тварей. Верткое длинное тело, слишком шустрое, а твердые пластины, покрывающие плоскую спину, защищают их от любых атак, приходящихся на пластины. Дэл не станет стоять в стороне, и мне остается надеяться, что она не будет геройствовать, как в прошлый раз с тлурком. Пусть панцерник и в разы меньше тлурка – он, бесспорно, опаснее.

В просвете деревьев показалось подножье черной отвесной скалы.

Дэлла выбежала вперед и, хватая ночной воздух, повела нас к бездновым отродьям. Десять игл больше не звенели в ее сапоге и, виляя возле головы, следовали за хозяйкой. Длинные золотые волосы играли на ее спине, стукая вплетенными черными бусинами-концентраторами, помогающими ей управлять тонкой сталью.

Завораживающее зрелище.

Чем ближе был просвет, тем быстрее мы бежали и чаще переглядывались. До нас долетал визжащий стрекот панцерников и человеческие крики, переполненные ужасом.

На поляне, перед пещерой, метались твари, перебирая множеством коротких лапок по истоптанной траве.

Пять мужиков сбились в кучу, прячась за тележками с черной рудой. Остальные их товарищи валялись по частям в разных концах поляны.

Панцерники доедали свой ужин, бросаясь от куска к куску, от ноги к туловищу. Пока у них было готовое к употреблению мясо, они не обращали внимания на трясущихся мужчин, но это был вопрос времени.

– В бой вступаем свободным кругом, не отходя от отряда более чем на два ярда. – Я решил использовать построение «солнце». Дэлла это поняла и кивнула. – Эдит и Миаф, держитесь центра.

Ядро с ощутимым гулом забилось в груди. По венам побежала жалящая сила. Я вскинул руки вверх, пуская поток энергии и разрезая ночное небо вспышкой.

Молнии с громом обрушились на поляну. Моя магия не могла принести особого вреда панцерникам, их броня была в силах вынести магические удары, но я преследовал другую цель – мне нужно было их оглушить и дезориентировать.

Как и сказала Дэлла, отродьев было около двадцати, а точнее – девятнадцать. Бой шел складно. Эдит и Миаф стояли с натянутыми тетивами на луках и выпускали стрелы, как только нам удавалось открыть для атак животы тварей. Каспар, по своему обыкновению, лениво управлял тьмой, отбивая нападки и переворачивая панцерников на спину. Едва бледное брюхо попадалось на глаза Паулю, он в один точный взмах сабли, распарывал толстую кожу под предсмертный утробный писк.

– Половина готова! – оповестил я отряд. – Но не расслабляемся!

Хлыст рассек воздух и обвил тонкую висячую шею отродья, вытянувшего голову из-под панциря для кусающего броска. Притянув к себе тварь, я полоснул кинжалом, пуская черную кровь, и, отбросив безжизненное тело, наотмашь ударил панценника, подкравшегося со спины. Он ударился о землю, клацнув клешнями у рта, и начал сворачиваться в непробиваемый клубок. Черный метал хлыста стянул его туловище, и со взмахом и громким воплем твари, обрушил его тело вниз.

– Миаф!

Паразит услышал меня и выпустил стрелу в брюхо оглушенного отродья. Вслед за стрелой Миафа, прилетела еще одна, выпущенная Эдит. Она пронзила плоть и разлетелась взрывом, расплескивая внутренности твари по отряду.

Я осмотрелся в поиске новой цели, в то же время, оценивая состояние своих бойцов. Когда взгляд достиг Дэллы, я невольно залюбовался.

Пригнувшись и плавно вывернувшись из-под броска безднового отродья, она одним ударом ладони отбросила панцерника на несколько ярдов от себя. Не дожидаясь пока тварь приземлиться, Дэлла пасом руки отправила ему в след три десятка игл. Тонкая сталь сверкнула, вонзаясь уколами в толстую бледную кожу и останавливая черное сердце.

Довольно оскалив личико, гончая вступила в новую схватку. Собрав силу в ногах, Дэл высоко прыгнула и встретила спину панцерника. Вернувшиеся иглы просвистели по бокам твари, пронзая многочисленные лапки и лишая существо возможности передвигаться. Черепахоподобная рокочущая голова вытянулась в поиске нападавшего, но Дэлла отрубила ее раньше, чем тварь додумалась посмотреть себе за спину.