Анна Алеванс – Когда ты уйдёшь (страница 9)
Шок и возмущение подруг был близок к её собственным чувствам, но не отражал их в полной мере.
– Что?!
– Да пошёл он к чёрту!
– Психиатр, тоже мне! – воскликнула Нелл, стукнув кулаком по столу. – Да такому психиатру самому в психушку надо! Что он там наплёл!
Этот сеанс стал для девушки своеобразной шоковой терапией. Она возненавидела этого хамоватого и жестокого врача, который буквально выбил землю у неё из-под ног. Первые часы после Алисса чувствовала себя жалкой, наивной, бесхарактерной дурой и поминала негодяя на чём свет стоит. Она всё вспоминала его холодные бледные глаза и безучастный надменный голос. Его слова задели её так глубоко, что, пожалуй, она могла бы и вовсе не оправиться. Но он и разозлил её, и поднял в душе какой-то огонь буйства и противоречия. Пусть считает себя правым, надменный засранец! Какое ей дело до его глупого мнения?!
– Наплюй на него, – сказала Кэрол, решительно взяв её ладонь в свою. – Ты наверняка не первая, кого он оговорил! Может, ему просто нравится издеваться над людьми! Наплевать, что он там сказал! Ты прекрасная, и мы это знаем. Найдём кого-нибудь другого, ладно? Кого-то чуткого, эмпатичного и без этих загонов!
Алисса с благодарностью улыбнулась. Она чувствовала их поддержку, и это заставляло её жить. Пусть они, наверное, и не понимали этого.
– Спасибо вам. Вам обеим. Не знаю, что бы я без вас делала. Но искать я пока никого не буду. Этот врач, конечно, придурок тот ещё, и к людям его подпускать нельзя, но он профессионал. Он выписал мне антидепрессанты. Это должно помочь.
Глава 7. Свобода и одиночество
Следующие полгода пролетели для неё совершенно незаметно. Алисса быстро устала штудировать сайты с вакансиями и неожиданно для всех – в том числе и для себя самой – приняла решение зарабатывать самостоятельно. Ей опостылели поиски, надоели долгие нудные собеседования, завышенные требования и ужасное высокомерие. Пауза в стаже длительностью почти два года настораживала всех. И почти каждый наниматель намёками или напрямик давал ей понять, что её образования и опыта явно недостаточно для служения их благому делу. А когда двое начальников одной крупной компании в не завуалированном виде обвинили её в безответственности и неспособности удержаться на одном месте, она ушла прямо посреди собеседования и дала себе зарок оставить всё это в прошлом.
Она никогда не работала сама на себя, но, исходя из собственных навыков, выбрала рекламную стезю, а именно – написание статей. В поисковике ей попался недорогой курс с азами профессии. Алисса освоила его за неделю и принялась искать первые заказы на просторах различных площадок. Страх провала и очередного позора был силён, но девушка не сдавалась и упорно следовала своей цели. Она не знала, откуда у неё вдруг появилось столько сил и смелости сопротивляться. Может, она наконец-то дошла до такой крайности, на которой отчаявшиеся люди плюют на всё и совершают совсем не свойственные им поступки. А, может, на ней сказывались препараты, и последний визит ко врачу в этом случае не был таким напрасным.
В любом случае Алисса обнаружила, что с новой стабильной работой она открывает мир заново. Хотя реклама вовсе не считалась ею работой мечты. Но писать она любила, и за эти годы в ней накопилось столько нерастраченной фантазии, что любой писатель обзавидовался бы. Конечно, серьёзные статьи о науке, психологии, медицине и истории не имели отношения к художественной литературе, которой она занималась когда-то; зато навыки написания текстов, грамотность и последовательность пригодились ей в процессе и даже помогли найти нескольких постоянных заказчиков. Она работала много, почти без выходных, но зарабатывала незаслуженно мало: после вычета налогов ей хватало средств только на оплату квартиры, еду и бытовые расходы. Однако Алисса и не думала жаловаться. Это дело дарило ей необходимую свободу и позволяло чувствовать себя полезной и значимой и при этом не страдать от постоянных придирок, неуёмного контроля и обесценивания со стороны начальства. В каком-то смысле она стала тем, кем мечтала – вольной птицей, не зависящей ни от кого.
С новой работой в её жизни появились и новые привычки. Просыпаясь по утрам она в первую очередь проверяла на специализированном сайте наличие новых заказов и почту от клиентов. За этим следовал подъём, включался музыкальный канал, и она начинала бодрую двадцатиминутную зарядку (как выяснилось, физические упражнения утром отлично поднимали дух). После быстрого завтрака с кофе (он стал обязательным с утра) Алисса открывала ноутбук и принималась за работу. Она никогда не откладывала заказы на потом, предпочитая делать всё сразу; а когда выдавалась свободная минутка, она отправлялась на прогулку, включала сериалы или созванивалась с подругами.
Возможно, впервые в жизни девушка чувствовала, что это такое – иметь полный контроль над собственной жизнью без боязни провала и тревог о завтрашнем дне. Откуда-то у неё появились силы, вера в себя и смелость начать жизнь заново, отбросив былые страхи и горечи. Да, это новая жизнь совсем не была идеальной. Бывали у Алиссы и тёмные дни: когда число заказов снижалось, и приходилось экономить буквально на всём ради оплаты ренты, или когда попадались нечестивые заказчики, отказывавшиеся платить за честно сделанную работу. Со временем она научилась принимать неудачи и перешагивать через всё плохое, не оглядываясь назад. И именно это новообретённое качество позволяло ей жить и радоваться, находить светлые стороны даже в самые неприятные дни.
Нелл и Кэрол с недоверием, а потом и с облегчением обнаружили в ней эти нежданные перемены. Они никогда не говорили этого, но Алисса читала в их глазах: поначалу обе сомневались, что она сможет вернуться к жизни без Маркуса, и не меньше неё ждали и верили, что он вернётся. Таким образом ожидания их не оправдались: она всё же выжила, пусть он так и не вернулся домой. Алисса не знала, поддерживали ли подруги какое-то общение с ним, во всяком случае, они никогда ни о чём подобном не упоминали. Наверняка они что-то да знали о его новой жизни – хотя бы от Брендана. Но она дала себе зарок не спрашивать. Это было слишком больно. Он сам захотел, чтобы она вырвала его из своего сердца – что ж, пусть так и будет.
Одним июльским днём, когда ничто не предвещало беды, всклокоченная после пяти часов беспрерывной работы Алисса направилась на улицу в надежде передохнуть и подышать свежим воздухом. За свой честный тяжёлый труд она могла зарабатывать и больше, но в её положении выбирать не приходилось. Вероятно, работай она в какой-нибудь компании, за те же обязанности ей платили бы более щедро; но, работая в офисе, она потеряет свободу, которая нужна ей куда сильнее денег – да что там, даже сильнее воздуха!
Она спустилась на первый этаж и первым делом проверила почту. В ящике лежало одно-единственное письмо с уже знакомой итальянской маркой. Эйдан писал ей нечасто, но всё же писал. Его визит на средиземноморье порядком затянулся; держали какие-то дела. В США он возвращался несколько раз, и это были исключительно деловые поездки – по крайней мере, так он писал. Все его письма были краткими, написанными будто второпях. Блэкуотер мало говорил о себе, больше интересуясь её делами. Алисса рассказывала о новой работе, рутине, походах в музеи и редких поездках загород. В общем, обо всём малозначимом – и уж точно не о собственных чувствах. Почему-то она считала важным убедить мужчину в том, что всё в её жизни пришло в норму и беспокоиться о ней не следует. Эта ни к чему не обязывающая переписка поначалу смущала её, но вскоре даже вошла в привычку; она порой ловила себя на мысли, что ждёт очередного его письма, и даже волновалась, не затерялось ли оно на почте.
Алисса сжимала письмо между пальцами, перечитывая раз за разом последние строки. Эйдан и до этого не раз упоминал, что ей неплохо бы воспользоваться его подарком и посетить Италию, но тогда он не был столь напорист и не давал понять, что хочет её увидеть. Она не привыкла, когда ей указывали, что она могла или что она
«Ты можешь работать и здесь», – писал он. Ах, да он уже всё продумал! Конечно, это правда: по сути, она могла заниматься рекламой и писать статьи из любого уголка Земли при наличии хорошей связи и ноутбука. В Алиссе заговорило природное упрямство и своенравие: как и всегда, если она чувствовала попытку подчинить себя. Его совсем не касалось, где ей быть и что делать! Не в том он статусе, чтобы давать ей советы и рассчитывать на её приезд!
Сердито бурча Алисса вернулась домой и бросила письмо на полку с корреспонденцией. Не станет она отвечать! Это просто нахальство с его стороны – так зазывать её! Она промолчит, и пусть он сам поймёт, какую глупость сказал!