Анна Александрова – ABRACADABRA. Или основано на реальных событиях (страница 1)
Анна Александрова
ABRACADABRA. Или основано на реальных событиях
Предисловие
Даже в наше время торжества науки, когда все изучено-исследовано, мир нет-нет да подкинет очередную историческую или природную загадку. А для писателя в жанре мистика такие загадки, что подарок с небес — поле чудес для необузданной фантазии магического мышления.
С трепетом и скрупулезностью доктора Франкенштейна я собирала, изучала, отделяла от плевел зерна этих реальных историй, чтобы потом перемолоть в муку и испечь для вас истории мистические.
Пляски Святого Витта, Манускрипт Войнича, Книга Смерти египетских Фараонов — все это неподдельные артефакты, в то время как мои рассказы — выдумка, основанная на обрывках реальности.
Чтобы вы понимали, где правда, а где фантазия, я испекла вам двухслойные повести: основа — задокументированные факты с комментариями исследователей, начинка — выдуманная писательская версия, «зарисовки» по теме.
Готовы окунуться в мир непознанного?
История 1. Египетская книга мертвых
В 1888 году британский охотник за сокровищами, ученый-ориенталист и коллекционер сэр Эрнест Альфред Уоллис Бадж выкупил у нелегальных торговцев древностями запечатанный папирусный свиток, найденный в Луксоре (Египет). Вскрыв печать, Бадж обнаружил прекрасно выполненную и идеально сохранившуюся «Книгу мертвых». Он тайно вывез свиток в Британию, где тот находится до сих пор и считается собственностью королевства.
«Книга Мертвых» — это самый известные письменные свидетельства древнеегипетской заупокойной литературы. Свитки с этим текстом находили в гробницах египетской знати и жрецов, датируются они примерно с 1550-х гг. до н.э. по 50 гг. до н.э.
Общее количество «глав» текста, известных по разным свиткам, — 193, однако исполнение, длина каждой «Книги Мертвых», число содержащихся в ней заклинаний и молитв варьируются. Составители «книги» сами решали, что включать, а что нет. Вероятно, значение имели и социальное положение, и уровень богатства усопшего. Некоторые свитки созданы изначально для определенного человека, его имя органично вписано в текст, поля украшены виньетками, есть иллюстрации. А некоторые — что-то вроде универсальных заготовок, куда имя вписывали позже в оставленные для этого пробелы.
Самый длинный найденный свиток «Книги Мертвых» (37 метров) посвящен жрецу Пинеджему второму, самый древний обнаружен в саркофаге царицы Ментуохотеп, а самый хорошо сохранившийся посвящен царскому писцу Ани (примерно 1250 г. до н.э.), именно его вывез в Европу сэр Бадж.
Условное название «Книга мертвых» дано европейскими исследователями. Но оригинальный древнеегипетский текст переводится все же, как «Заклинание для выхода на свет». Это своего рода инструкция покойнику для восхождения в мир богов, становления богом.
Среди молитв на пути к создателю, в «книге» есть и молитва отрицания, ее текст показывает, что этические нормы древних египтян вполне соответствовали христианским заветам. Вот небольшой фрагмент в переводе:
1. Я не совершал греха.
2. Я не занимался вооружённым разбоем.
3. Я не воровал.
4. Я не убивал мужчин и женщин.
5. Я не крал зерно.
6. Я не похищал приношения.
7. Я не покушался на предметы богов.
8. Я не лгал.
9. Я не чревоугодничал.
10. Я не произносил проклятия.
11. Я не прелюбодействовал.
12. Я не заставлял других плакать.
13. Я не ел сердца [то есть, я не огорчался понапрасну или не чувствовал угрызений совести].
14. Я не бросался в драку.
15. Я не прибегал к хитрости и уловкам.
…
20. Я не покушался на чужую жену.
И так далее до 42
Заклинание для выхода в свет
«Меня звали Тутмос. Я был верховным жрецом в храме мудрого Тота1 в Фивах. Я умер.
Жизнь покинула меня на тридцать седьмой весне. Не так уж и мало, но значительно меньше, чем я рассчитывал. Была ли моя смерть несчастной случайностью, или кони понесли колесницу по чьей-то злой воле, того я не знаю. И не узнаю уже никогда. Все свидетели тех событий сами давно мертвы. Ведь я умер много дней назад. Много лет назад. Много веков назад. Три тысячелетия назад.
Гибель моя была внезапной, но к переходу все было готово. Все великие мира египетского готовятся заранее, чтобы, когда наступит час, вознестись без препятствий и промедлений к свету Ра2, слиться с ним в одно целое. Просторная моя гробница была закончена еще в предыдущее половодье, стены ее были расписаны священными текстами, канопы, сосуды для органов, выкованы из серебра, ушебти3 расставлены в нишах, свиток заклинаний для выхода в свет составлен под чутким моим руководством. Я сам отбирал молитвы… Так что же пошло не так? Почему после смерти я проснулся лишь тенью?
Душа человека состоит из нескольких частей, то всем известно: Ка — жизненная сила, Ба — чувства и эмоции, Ах — слияние Ка и Ба, чистый дух, Хат — физическая оболочка, Иб — сердце, Сах — «священные останки», мумифицированное тело, Сехем — магические способности, Рен — имя, Шуит — тень4.
Если книга заклинаний собрана верно, все обряды соблюдены, и останки не осквернены, то части души воссоединяются после смерти вновь в новом качестве. Я должен был вернуться в тело, спуститься под землю на суд Осириса, и после… после подняться в небо и раствориться в свете Ра. Но все, что от меня осталось — лишь Шуит, тень.
Тень без света — просто мгла, в ней нет очертаний, в ней размазано сознание. Так и я был размазан по стенам гробницы, по собственному телу, по сосудам и оставленным для богов подношениям. Много лет я собирался в одну точку, много сотен лет. Мне помогали знания. Я все-таки верховный жрец Тота, и мой Сехем был силен когда-то.
Я заполз в собственное тело, и снова мне понадобилась вечность, чтобы оживить его. Запелененное в промасленные ткани, усохшее до костей, лишенное глаз и сердца, оно было пустым. И все же я поднял его. Скинул крышку гроба и сел. Шуит и Хат, тень и телесная оболочка. Живой мертвец. Слишком мало для воскрешения. Но я ждал, ждал, что придут за мной слуги Осириса. Они не шли.
Тогда я решил развернуть свиток, поискать там причину промедления. Что-то подсказывало мне, что дело в нем. Но вот беда — тело мое было лишено зрения, а тень рук. Мне нужен был свет. Хоть какой-то его источник, чтобы собрать остатки тени со стен, чтобы усилить Шуит, чтобы усилить и Хат.
Следующую сотню лет я двигал тело к лампе, что стояла на жертвенном столе. В ней еще оставалось масло. Моя тень хоть и не видела предметы, но осязала их каким-то незнакомым мне при жизни чувством. Будто каждая вещь вибрировала на своей частоте, а я ощущал их, как кошка ощущает дрожание мыши в темноте кончиками усов.
Еще сотню лет спустя я сумел зажечь лампу. Это стоило моему телу правой руки. Промасленная ткань загорелась от фитилька, полыхнуло ярким светом, озарив гробницу и священные тексты на стенах. А я стоял и впитывал тепло и мощь огня. Тень моя обрела очертания, а вместе с ними вернулась и Сехем — магическая сила.
Впервые за тысячу лет, проведенных в склепе, мне поддались ощущения, я наслаждался самоосознанием, чувствовал себя почти живым. Но действовать надо было быстро. Я оторвал горевшую руку и бросил ее в гроб. С трудом развернул свиток Заклинаний для выхода в свет. Читал не глазами, их не было. Читал чистым сознанием, объединенной силой Шуит, Сехем и Хат. Читал все сразу от первой до последней строки единовременно. И… увидел. О боги! Кто?!! Кто это сделал?!
В молитве отрицания, в строке, обращенной к богу Дуду, должной звучать как
Тело мое рухнуло на земляной пол, тень едва не вылетела из него, зацепившись за краешек иссохших губ.
Прошло не менее пяти веков прежде, чем я сумел вновь собраться с силами. Все это время я думал, я вспоминал…
Свиток Заклинаний испортил Ахмос, в том не было сомнений. Ахмос мне брат по матери. Был когда-то. Они была его женой. Они означает «желанная девушка». О да… Они была желанна многими. То, что Ахмос первым взял ее в жены, еще не значило ничего. Он привез ее из дальних земель, выкрал из храма Исиды. Похитил жрицу! Нечестивец… Я же освободил ее. Ведь я верховный жрец мудрого Тота в Фивах. Но я не забирал ее силой, вовсе нет. Они хотела идти со мной. Они меня полюбила. Нежный цветок, повадки кошки… воплощение Исиды на земле. Обладать такою мог только верховный жрец или фараон. Но даже он уступил это право мне. А Ахмос взбунтовался.
По просьбе матери я не казнил его за дерзость и неповиновение. Я внял ее мольбам, оставил Ахмоса в живых, лишь сослал на покаяние в восточные земли. Годы спустя он вернулся. И я дал ему место при храме. Сделал его правой своею рукой. Той, что загорелась…
Кроток и покорен он был, застил мне глаза лестью и словами о братской любви, предлагал новую свою жену мне в услужение. Сам. Но кроме Они мне не нужны были иные женщины. Они — мой свет. И то было взаимно.