Анита Вихрева – Четыре угла моей клетки (страница 2)

Меня зовут Алиса. Мне двадцать семь лет. Я архитектор. Я строю дома, в которых люди будут жить счастливо.

А сама живу в клетке из воспоминаний.

И ключ – у них.

Четверо.

Четыре угла моей клетки.

Четыре мужчины, которые знают мое тело лучше, чем я сама.

Четыре бога, которым я молилась, лежа на холодном полу.

Если ты читаешь это, девочка, – лучше закрой книгу.

Но если ты хочешь узнать, как пахнет страх, смешанный с желанием, —

читай дальше.

Но помни: обратной дороги нет.

Я предупредила.

ГЛАВА 1: ОШИБКА В НАВИГАТОРЕ, ИЛИ ДОРОГА В АД

Я ненавижу субботние вечера.

Нет, неправильно. Я их обожаю. Потому что именно в субботу вечером я могу наконец остаться одна. Без клиентов, без подчинённых, без вечного «Алиса Владимировна, посмотрите проект». Без мужчин, которые смотрят на меня с вожделением, но боятся подойти – слишком дорогой костюм, слишком холодный взгляд, слишком длинные ноги в слишком короткой юбке, которая кричит «трахни меня», но лицо за стеклянной стеной говорит «даже не пытайся».

Я знаю этот эффект. Сама его создавала годами. Идеальная внешность —

идеальный щит.

Сегодня я выключила телефон ровно в семь. Приняла ванну с пеной, пахнущей лавандой и ложью. Надела шёлковый халат цвета слоновой кости, который стоит половину моей зарплаты, и теперь сижу в кресле у панорамного окна с бокалом совиньона.

За стеклом – Москва. Огни, пробки, чужие жизни. А здесь – тишина.

Такая плотная, что звенит в ушах.

Я делаю глоток вина и чувствую, как кисловатое послевкусие разливается по языку. Вино дорогое, правильное, как всё в этой квартире. Семьдесят квадратных метров идеально выверенного минимализма. Белые стены, чёрная кожа дивана, ни одной пылинки. Дизайнерский свет. Картина, которую я купила на аукционе, потому что надо было купить хоть что-то, чтобы заполнить пустоту.

Пустота не заполняется.

Я ставлю бокал на стеклянный столик и провожу пальцами по своему запястью. Там, под тонкой кожей, бьётся синяя жилка. Я считаю удары.

Шестьдесят два в минуту. Идеальный покой.

Если бы он знал, что творится внутри.

Внутри – субботний вечер длится уже тридцать лет. Внутри – дикая, голодная женщина, которая хочет быть нужной. По-настоящему. Чтобы грубо. Чтобы до слёз. Чтобы утром не могла ходить.

Но эту часть себя я держу на коротком поводке. Она живёт в самой дальней комнате моего подсознания, и я кормлю её только раз в месяц – когда позволяю себе принять душ с дорогой вибрационной игрушкой, закусив губу, чтобы не закричать.

Стыдно? Конечно, стыдно. Мне, успешной женщине, архитектору с именем, в тридцать лет удовлетворять себя – одной. Это же пик женского счастья, правда?

Я усмехаюсь своим мыслям и беру телефон. Машинально открываю сайтзнакомств. Пролистываю анкеты. Красивые лица, накачанные торсы, умные слова о «поиске второй половинки». Врут. Все врут. Они хотят одного, а пишут другое. Как и я.

Знакомый айтишник с работы, Дима, уже месяц шлёт мне сердечки. Он милый.

У него чистые кроссовки и ироничные очки. Он наверняка будет сперва долго целовать, спрашивать «тебе приятно?», а потом кончит за три минуты и извиняться. И я должна буду гладить его по голове и говорить «ничего страшного, милый, всё хорошо».

Тошнит.

Я закрываю приложение. Смотрю на часы. Двадцать два сорок семь.

В голову лезет дурацкая мысль: «А что, если бы я могла сейчас оказаться где-то далеко? В лесу? В доме без связи? Чтобы кто-то сильный просто взял меня за шкирку и…»

Я обрываю себя. Хватит. Это всё вино и овуляция.

Иду в спальню. Ложусь на свежие простыни, пахнущие кондиционером.

Закрываю глаза.

В голове – белый шум.

* * *

Утро воскресенья началось с того, что мой навигатор сошёл с ума.

Я собиралась на встречу с заказчиком за город. Элитный посёлок в сорока километрах от МКАД, новый проект – дом в стиле хай-тек. Дорого, богато, безвкусно, но кто я такая, чтобы спорить, если платят нолями.

Я выехала в одиннадцать. Солнце слепило, навигатор спокойным голосом вёл меня по трассе. Потом вдруг перестроил маршрут: «Объезд, движение затруднено». Я послушно свернула на второстепенную дорогу, потом ещё на одну, потом в лес.

Асфальт кончился. Потянулась грунтовка с глубокими колеями. Я чертыхнулась, но поехала дальше – не разворачиваться же. Связь начала пропадать. Сначала прерывалась музыка, потом замолк навигатор. Телефон показывал «нет сети».

Я остановилась. Вокруг – сосны, тишина, ни души.

– Чёрт, – сказала я вслух.

Голос прозвучал глупо и одиноко.

Я развернула карту на телефоне – она не грузилась. Попыталась вспомнить дорогу назад, но лес вокруг выглядел одинаково со всех сторон.

Паника подступила к горлу липким комком. Я не из тех, кто паникует, но здесь, в этой зелёной глуши, без связи, без ориентиров, я вдруг почувствовала себя маленькой и беспомощной.

– Ладно, – сказала я себе. – Просто поеду прямо. Где-то же должна быть трасса.

Я поехала.

Через двадцать минут лес расступился. Я выехала к высокому каменному забору с коваными воротами. За забором угадывался дом – большой, старый, дореволюционной постройки. Ворота были приоткрыты.

Я остановилась. Сердце забилось чаще. С одной стороны – хотелось развернуться и уехать подальше от этого места. С другой – внутри шевельнулось странное любопытство, почти детское.

Я вышла из машины. Тишина стояла такая, что звон в ушах казался громом.

Пахло хвоей, прелой листвой и чем-то ещё – сладковатым, дымным.

Я толкнула ворота. Они со скрипом подались.

За ними оказалась длинная аллея, ведущая к дому. Дом был красив —

благородная архитектура начала прошлого века, колонны, лепнина, но краска облупилась, кое-где торчали доски. Место казалось мёртвым.

Я сделала несколько шагов. Потом ещё.

И вдруг услышала голоса.

Мужские. Низкие, спокойные. Они доносились из-за поворота.

Я замерла. Разум кричал «уходи», но ноги словно приросли к земле. Голоса приближались.

Первый, что я увидела, – это глаза. Серые, холодные, как зимнее море.

Они смотрели на меня из-под густых бровей без удивления, без злости, без ничего. Просто смотрели, словно знали, что я приду.

Потом я увидела остальных.

Четверо мужчин стояли полукругом в двадцати шагах от меня. Разные. Один