Angelina More – Надежда умирает последней (страница 6)
- Я не сужу... я презираю. Почему нельзя было сделать по-другому? Он бы был здесь.
Низкий смех мужчины эхом уносится листьями в ночное небо.
- Ты ничего не знаешь о наших законах и устоях, и делаешь преждевременные выводы, основываясь на законах своего мира. Здесь другой мир, ты должна была понять куда попала, а ты до сих пор живёшь иллюзиями и ложными надеждами. Он никогда тебя не оставит... если останется жив. Восточный мужчина никогда не откажется от женщины, которую выбрал, - в груди что-то начинает сжечь, это чувство перерастает в нечто, сродни, если небольшой клинок вонзить беспрепятственно прямо в цель, а потом резко вынуть его. Не ужели он сказал то, что я больше всего боялась услышать? - <<Он бы был здесь>>, - улыбается, и задирает голову вверх. - Это говорит твоя надежда на возвращение домой или твои чувства к нему?
- У меня нет к нему чувств! Я хочу вернуть свою жизнь. Вернутся домой - вот, что я больше всего хочу, - уже более тихо.
- Обманывай себя дальше, но мы оба знаем, что он пробрался глубже телесных ощущений. Да и твоя жизнь никогда не будет прежней, и это ты понимаешь.
- Когда будет безопасно? Через сколько? Сколько еще ждать? - хочу знать, когда будет финиш.
- Не могу сказать. Но... для тебя это хорошая новость, - кривит один уголок рта, а глаза смотрят так, как будто он знает меня до последней молекулы, - он жив. Убили бы - вернули для погребения, а так...
Сжимаю пальцы от предстоящей картины. Из-за покраснений замучил зуд на руках, это не остаётся без внимания.
- Ты хочешь что-то спросить? - хочу, но он ничего не сможет сделать, а если заступится за меня перед Закирой, то сделает только хуже.
- Не вижу смысла.
- Правильно. Ты здесь в роли наложницы, если можно так выразиться, - смотрит на мои руки, - всё могло быть гораздо хуже, - говорит так просто, будто рассказывает как приготовить одно из его любимых блюд. Никогда не смогу к такому привыкнуть. Как же сильно отличаются устои и правила оборзевших от больших денег людей и обычных ... крестьян? Да, мы для них не люди, хоть крепостное право отменили, но по факту ничего не поменялось для обычных смертных. У кого больше денег, тот и правит обществом.
- Тогда по вашим же законом ты подписал себе и Закире смертный приговор.
Мой взгляд устремлён прямо перед собой. На дворец, точнее малую его часть. Красивый. Стены песчаного цвета. Оконная окантовка бросается в глаза, она черного цвета, при чём на всех окнах, а сам размер окон в зависимости от назначения комнат разный. Со второго этажа идут лоджии.
- Я не видел другого пути, - не думала, что ответит, молчание длилось слишком долго, по крайней мере, мне так показалось.
Уже в комнате, лёжа под лёгкой простынкой, прокручивала наш диалог с Камалем. До сих пор удивлена его ответом на последний вопрос. Не ужели такая сильная любовь к Закире, чтобы предать того, с кем разделял не раз трапезу в его же доме? Стоит ли она таких жертв? Правильно сказал Камаль, что я не знаю ничего, чтобы судить. Правда куда глубже, чем кажется. И буду честна с собой, не хочу так глубоко нырять. Боюсь, не выплыву. Да и не нужна она мне, единственное, что хочу - это вернутся к семье. Ещё есть Мустофа, не известно какую он играет роль.
Мне бы провалиться в сон и отдохнуть, но сон как назло не идёт. Выплывают слова Камаля, сказанные про Имана.
Не верю.
Когда он спрашивал о дочери и моей жизни, для него это было важным. Для человека, которому всё равно чья та жизнь не тратил бы своё время на ненужные ему разговоры.
Успокаиваю себя, напоминая, что он жив. Так утверждает Камаль, но можно ли ему верить? Мне ничего другого не остаётся.
И я сама в это хочу верить.
☆☆☆
От Лайан узнала, что Камаль был частым гостем ещё в детстве. Мы с ней стали ближе в общении, нередко вели непринужденную беседу во время обеда или ужина. Через день после того дня в комнате, где девушка горько плакала, Лайан пришла ко мне на кухню поздно вечером.
Эмоция кипят, она не может ни с кем поделится своей болью о безответной любви. Видела, как сдерживает слёзы, видела, как пытается бороться и не показать своего истинного состояния, но эта девушка другая. Она отличается от здешних арабок. Не может держать маску, когда плохо... Слишком наивна, не лицемерна, добра и в ней нет корысти, нет той фальши, которая присуще местным женщинам. В ней больше человечности, думаю это качество ей досталось от Самиды Аль.
Тем вечером, мы поговорили не больше часа. Хоть она и утверждает, что приняла реальность, но по глазам, которые не никогда не врут, видно, что боль её разъедает. Влюблена она в него уже давно, за долго до этой работы, а когда в первый раз увидела <<думала, что умру от учащенного сердцебиения>>. Лайан по рассказам своей матери создала образ идеального мужчины, а когда увидела, этот образ только закрепился красивой оболочкой.
Она выговорилась, поделалась горечью, которая заполнила всё душу. Краски жизни пропали, но она справится и обязательно найдёт достойного мужчину. Такой, как Камаль не подходит ей. Они слишком разные. Я только надеюсь, чтобы её осведомлённость о романе с замужней женщиной не навредила ей.
- Тебе больно. Я понимаю. Все мы влюбляемся... и чаще всего не в тех, в кого стоило. Ты справишься, Лайан. Помни о своей цели, ты ведь хотела поехать учится? - дожидаюсь кивка. - Иди к своей цели, а мужчину, который тебе по судьбе встретишь позже. Обязательно встретишь, такой как ты нужен особенный.
Не смотрела на меня, но я надеюсь, что слышала. Я, действительно, ей желала этого, говорила от чистого сердца, но прислушается ли она ко мне?
Выходя из кухни, мы столкнулись с матерью Лайан. Сказав, что не нашла дочь в комнате, пошла искать её. Обвела нас настороженным взглядом, после развернулась и ушла в противоположный край коридора, пропустив дочь вперёд.
На следующий день я всё чаще стала обращать на себе пристальный взгляд Самиды Аль, когда снова Лайан села рядом начиная разговор <<ни о чём>>. Она не подходила, вела себя как обычно, но этот взгляд явно, что-то, да значил. Этим же вечером, когда кухня опустела, а я домывала посуду, Самида Аль завела разговор, как только прикрыла дверь.
- Ваше общение с Лайан может навлечь на неё беду, поэтому, Надя, сократи общение с ней до минимума, - я стояла у стола и вытирала руки о полотенце, когда Самида Аль после небольшого молчания заговорила. Ждала, первой не начинала, потому что сама не знала о чем хотела поговорить женщина, хотя догадывалась.
- Самида Аль, почему вы сами не запретите ей со мной общаться? - понимаю опасения женщины, но червь жалости начинает копошится. Лайан нужна сейчас поддержка, а Самида Аль не даст дочери то, что ей сейчас нужно.
- Надя, мы обе знаем за кого тебя здесь считают и какое место ты занимаешь в этом доме, - неприятно слышать, - общение с тобой негативно скажется на моей дочери. Она ...
- Запретив ей со мной общаться, вы не хотите становится врагом для дочери, потому что моя судьба в этом доме не определена, - отвлекаюсь на вид из окна. Маленькая передышка. - Я понимаю вас, не знаю… наверное, так же бы поступила на вашем месте. Я сокращу общение, но словесно не причиню ей боль, - уверена, что Лайан не так откровенно с матерью и поэтому та ничего не знает о её терзаниях. Но видит, что с дочерью что-то не то. Самида Аль любит свою дочь, но это любовь закована в рамки. Эта любовь подпитывается устоями здешней жизни.
Глава 6
Добралась до комнаты быстро. Звенящая тишина заполняет маленькое помещение. Громко стучат стрелки от часов. Слышно каждую секунду. Словно колокол рядом.
Анель сегодня ночует у Вахида. Видно, что девушка мучается от ситуации, в которую сама же себя и загнала. Если бы промолчала в первую встречу, кто знает, может и не заинтересовался мужчина её.
До безумия дикая разница отношения во время секса и после медленно её убивают, словно серная кислота по маленьким каплям на изматывающие мысли разум.
- Почему он так поступает? – обреченно с шумным выдохом произносит.
Боялась спросить, но потом переборола себя, но пожелала. Лучше бы этого не делала. Анель рассказала на эмоциях, и ей двигала злость, но эта злость поверхностная, внутри у неё раздрай от непонимания, приправленный душевной болью, обидой и разочарованием. Не хочет этого показывать, но голос иногда дрожит, а вот глаза прячет, потому что понимает, что уже ничего не сможет скрыть.
- Секс у нас разный, и относится так, что я себя ощущаю на седьмом небе от счастья, а после... Лечу вниз. Без страховки. Разбиваясь в дребезги.
- Он тебя заинтересовал как мужчина?
- Я не строю иллюзий на наш счёт. Но там, - указывает на грудную клетку, - свербит. Сильно свербит. Я понимаю, что между нами ничего не будет кроме секса и я после истечения срока работы уеду, но его ... На доли секунды, когда шепчет на ухо слова, - сглатывает, - мне кажется, он показывает истинное отношение ко мне, - шумно вздыхает. - Дура. Кто меня тогда за язык тянул? Кто он, а кто я? У него есть жена...- отворачивается. Сжимает в руках легкое покрывало.