Ангелина Галайба – Нея с острова Пирит (страница 6)

– Вы за кого меня принимаете? За монстра? – Алекса обернулась с притворной невинностью.

– Нет, но ты же помнишь, что случилось с той немкой, твоей соседкой по комнате?

– Чистая случайность, – отмахнулась Алекса.

– Ты обстригла ей волосы, пока та спала.

– Поделом ей, – усмехнулась рыжеволосая девушка. – Учитесь, мои дорогие, как убирать тех, кто вам мешает.

Подруги переглянулись, зная, что уговаривать Алексу бессмысленно. А она, тем временем, высматривая Нею, пробиралась через толпу. Ей захотелось побольше узнать о местной королеве.

Джим уже почти нагнал Нею, когда она оказалась замешана в оживлённый разговор с друзьями. Фрэнк, с весёлой ухмылкой, помогал ей развлекать пса, играя с Чизом и дурачась, словно мальчишка. Шарлотта и Рита весело рассказывали Зену о том, как сосед Неи, Нику, без устали доводит свою жену до белого каления, бесконечно флиртуя направо и налево. Нея, посмеиваясь, лишь заметила, что Нику не ценит ту, кто его искренне любит. Друзья радостно обменивались новостями, делились смехом и шутками, полные решимости провести этот вечер в атмосфере радости и беззаботного веселья.

– Привет, Нея, – Джим подошёл ближе и, с лёгкой улыбкой, протянул ей бокал с безалкогольным коктейлем. Он помнил, что Нея пьёт крайне редко и мало, алкоголь действовал на неё слишком сильно, и заботливо учёл это. – Как ты? А вот и Чиз, отлично! – Все обожали эту собаку, а Чиз обожал гулять в компании своей хозяйки.

– Привет, Джим! – Нея ослепительно улыбнулась старому другу. – Всё замечательно. Как у тебя дела? Как мама?

– Ей уже лучше, спасибо. Ты всегда такая внимательная, – Джим был искренне тронут тем, что она помнила о болезни его матери, которая на прошлой неделе подхватила вирус.

– Я обязательно загляну к ней, – обещающе сказала она, – и принесу мёд с ярмарки, ведь обязательно что-то останется после праздника.

Джим чувствовал, как его сердце тает от этих слов, и это не укрылось от глаз Фрэнка, который находился неподалёку. Хотя он был занят игрой с Чизом, его ухо ловило каждое слово, которое произносила Нея.

– Спасибо тебе, Нея, – прошептал Джим, беря её руку и нежно проводя большим пальцем по её тёплой коже.

– Джим, – осторожно вмешался Фрэнк, едва сдерживая ревность. – Привет-привет, давно не собирались все вместе.

– Действительно, – с ухмылкой согласился Джим, – с той злополучной драки прошло уже немало времени.

Когда-то, в порыве ревности и пьяного упрямства, оба приятеля сцепились в местной таверне из-за Неи. Девушка, ни о чём не подозревая, мирно спала в своей постели, не ведая о том, что стала причиной их ссоры. Слухи дошли до неё позже, но она предпочла не вмешиваться, зная, что порой время – лучший целитель.

– Ребята, может, пора оставить старые обиды? – предложила Нея, искренне пытаясь погасить тлеющий конфликт. Она никогда не выносила ссоры на публику и умела успокаивать страсти одним лишь тёплым взглядом.

– Ради тебя – хоть сейчас, – Фрэнк сверкающе улыбнулся, но в его взгляде читалась угроза. Он хотел оградить Нею от Джима. – Ты подаришь мне танец сегодня? – спросил он, стараясь опередить соперника в этой негласной борьбе за её сердце.

– Конечно! – весело подмигнула она и, взяв под руки Шарлотту и Риту, направилась к сцене. Чиз весело побежал следом.

– Ты думаешь, она по-прежнему с тобой? – ядовито протянул Джим, не сводя глаз с удаляющейся Неи. – Я слышал, Герман вернулся на днях. Она не хочет тебя, успокойся. Ты всегда был для Неи просто другом, приятель.

– Я не знаю, чего хочет Нея, но знаю одно: то, чего хочешь ты, тебе не достанется, – холодно отозвался Фрэнк, уходя прочь от соперника.

Слухи об отношениях Неи с Германом давно витали в воздухе. Пару раз их видели вместе под старой яблоней, обнявшихся и забывшихся в тёплых объятиях друг друга. Это будоражило всех вокруг, вызывало ревность и недовольство. Неужели сердце самой замечательной девушки теперь принадлежит чужаку?

Глава 4

Кристофер появился на празднике, когда краски заката потемнели, а солнце, скрывшись за горизонтом, оставило за собой лишь отголоски прошедшего дня. Он не был один – с ним отдыхали Фил и их старая компания. День, насыщенный скалолазанием, разбудил в нём ту страсть к экстриму, что давно пряталась за обыденными заботами. Кристофер любил опасность – она оживляла его, придавая бодрости уму и телу. С давних пор его увлекали дайвинг и походы, где ему уже не требовалась никакая дополнительная подготовка или страховка. Жажда риска была его вторым "я", и он с удовольствием делил её с друзьями, преданными таким же безумствам. Вымотанные, но довольные, они заехали домой, чтобы освежиться и сменить одежду. Вечер предвещал новые удовольствия, и Кристофер с радостью направился на праздник, к местным жителям, которых он находил приятными в общении, особенно после встреч с высокомерными французами, недружелюбными немцами и беспечными американцами.

Друзья были для него той опорой, которая напоминала, что не все люди прогнили изнутри, как червивые яблоки. Женщины в его жизни приходили и уходили, оставляя за собой лишь тень. Он мечтал, что когда-нибудь его женой станет простая, скромная девушка, не возносящая себя до небес. Француженки, со всей их изысканностью, временами приводили его в восторг, но в итоге сливались в однообразную массу, как красивая картина, размазанная чьей-то грубой рукой. В юности у него был роман с гречанкой, который он тогда считал чем-то новым и увлекательным. Однако требования девушки оказались слишком велики – у Криса тогда не было ничего, кроме амбиций и комнаты в немецком общежитии. В конце концов, очарованный и с разбитым сердцем, он расстался с ней, поклявшись забыть навсегда.

На днях, проведённых на острове, его мысли вновь обратились к этому романтическому увлечению. Как ни странно, в окружении гречанок, снующих вокруг, он больше не испытывал разочарования или ненависти к девушке из прошлого. Напротив, ему казалось забавным, что он может встретить её здесь, на острове. Её звали Дана, если он правильно помнил. Когда-то взбалмошная, но невероятно страстная и притягательная, она была тем, кого забыть оказалось не так просто. В глубине души Кристофер надеялся увидеть её среди толпы незнакомых людей – давно знакомое, но повзрослевшее лицо, утратившее юные черты и обретшее взрослую жёсткость. Узнала бы она его или прошла бы мимо, как ни в чём не бывало? Кристофер усмехнулся своей глупости и постарался выбросить из головы старые воспоминания.

Ему вспомнилась фраза Ромена Роллана, которую мать говорила ему, когда он был маленьким: «Если бы вернуться, чтобы снова бороться». Годами позже встретил её уже на страницах книги. Эти слова сопровождали его всю жизнь, обретая новый смысл с каждой пройденной милей. Жан Кристоф нашёл свой мир в музыке, а Кристофер, хоть и стал бизнесменом, часто мечтал о побеге в леса, вдали от людей.

Настоящий аристократ, француз с немецкими корнями, светловолосый и голубоглазый, Кристофер явно выделялся среди собравшихся. Заметив свою сестру вдалеке, он лишь едва заметно кивнул ей. Всю неделю, проведённую вместе, он был готов задушить её по несколько раз на дню. Алекса всегда была тяжёлым человеком, но обладала удивительным талантом задевать брата за живое. В детстве он её не любил, но с годами проникся к ней и стал считать своим долгом защищать её от всех бед несмотря на то, что зачастую именно людей нужно было защищать от неё. Родители не знали половины того, что происходило в университете Алексы, и разгребать последствия приходилось ему.

Кристофер уже собирался занять столик с хорошим обзором на сцену, когда в толпе заметил девушку. Молодая гречанка, как ему показалось, с примесью немецкой крови, завораживала своей неуловимой красотой. Её загар, вероятно, был приобретён под палящим греческим солнцем, но светлая кожа, виднеющаяся под следами от купальника, выдавала её истинное происхождение. Тёмная коса, перевязанная яркой красной лентой, лишь усиливала его подозрения. В ней было что-то, что приковывало взгляды: то ли грациозная походка, то ли нежная фигура, то ли улыбка, обрамлённая пухлыми губами цвета румяного персика. Она будто парила над толпой, освещая её своим внутренним светом.

– Красивая, – задумчиво произнёс Фил, уловив, куда устремлён взгляд друга. – Познакомишься?

– Почему бы и нет? – Кристофер улыбнулся, в глазах мелькнул хитрый огонёк.

Ему действительно было интересно узнать, кто эта загадочная гречанка. Он видел, как вокруг неё вьются кавалеры и подружки, как ей все стараются угодить. Может быть, подсознательно его влекло к ней воспоминание о первой любви? Но Дана была совсем другой: более фигуристой, с кудрявыми чёрными волосами. У бывшей девушки с острова был совсем другой типаж, не похожий на эту местную королеву.

– Пойти с тобой? Или боишься конкуренции? – Филипп подшучивал, держа в руке кружку пива. – Она явно местная знаменитость, посмотри, как парни вокруг неё вертятся, как змеи.

– Давай присядем, хочу понаблюдать, – предложил Кристофер, усаживаясь за столик.

– Как скажешь, друг.

Они устроились в дружной компании, распивая напитки и пробуя местные закуски – мёд, орехи, оливки. Вино оказалось отличным, с местной винодельни. Крис вспомнил, как его мать закупала местные оливковые продукты годами ранее, когда они отдыхали на острове. Он любил эти вкусы, но теперь нечасто притрагивался к ним. Возможно, он просто переел оливок в детстве, а может, не хотел, чтобы они напоминали ему о Дане. Впрочем, он давно уже променял её на других девушек, с которыми также вскоре расставался.