Андрей Жизлов – Рассвет начинается ночью (страница 9)

– Угу, – проговорил Кубиш.

– Что-то ты неразговорчивый… А, я сообразил! – рассмеялся Горачек. – Уже утешаешь жену мастера?

Кубиш надавил красную кнопку и со злобой сунул телефон обратно в карман.

Ивета бросила пакет в прихожей, так что его содержимое снова рассыпалось по полу, прошла в большую комнату и опустилась на кушетку.

«Это надо было придумать такую гадость! Ну конечно, этот шкаф просто отомстил Миреку. Что-то у них там не задалось на стройке – и он решил с ним поквитаться. Сегодня же всё расскажу!» – говорила в ней Ивушка, наивная, любящая и преданная девочка.

«Посмотри, Кубиш назвал её имя, сказал, где она живёт. Не слишком ли много подробностей для выдумки? Или он поругался одновременно и с Миреком, и с этой Эвой? Разве может так быть?» – негромко возражала взрослая Ивета.

«Ну… – Ивушка смешалась только на пару секунд. – Конечно, может! Мало ли, Мирек наказал его за что-то, а бухгалтерша… Она и вычла у него этот штраф из зарплаты, вот и мстит!»

«Так если этот Михал уже вернулся со стройки, то где Мирек?» – спросила Ивета.

«Ну как… В пивной, например», – обрадовалась удобно подвернувшемуся оправданию Ивушка.

«Ты глупая. Ты не хочешь замечать очевидного, – возразила Ивета. – Он пренебрегает тобой. Почти не обнимает, почти не целует… Да что там, когда вы в последний раз разговаривали по-настоящему – так, как в самом начале? И ты думаешь, что это на пустом месте?»

«Да, на пустом. Это просто привычка, и в ней нет ничего плохого. Всё у нас наладится! – утешилась Ивушка. – И вообще, пора готовить ужин, Мирек скоро придёт!»

Звонок раздался в начале девятого. Ивета вздрогнула, у неё перехватило дыхание, что-то заболело в груди. Но она переборола тревогу, сделала шаг и через секунду открыла дверь. Пока Мирослав снимал обувь, Ивета всё никак не могла двинуться с места – ни обнять мужа, ни отправиться на кухню, где его ждал ужин. Мирослав заметил смятение жены.

– Что случилось? – поинтересовался он.

– Ну… Да так, ничего, – сказала она и попыталась улыбнуться.

Мирослав посмотрел на жену, покачал головой и отправился в ванную.

«Ну вот же он, мой Мирек. Пришёл с работы. Мой, а не чей-то», – подумала Ивета и попыталась успокоиться этой мыслью.

Пока Мирослав расправлялся со свининой и цветной капустой, она всё никак не могла присесть, заглядывала то в гостиную, то на кухню. Ивета раскрывала тетрадь, лежавшую на письменном столе, хватала ручку, но, понимая, что не может сосредоточиться, закрывала снова. Появляясь на кухне, она то и дело открывала шкафчики, заглядывала в холодильник. Когда Ивета в очередной раз проделала эту манипуляцию, Мирослав внимательно посмотрел на неё.

– Иветка, я же вижу – что-то произошло, – произнёс он.

Она постаралась посмотреть на Мирослава как можно невозмутимее.

– Да так, проблемы в школе, – соврала Ивета.

– А, понятно, – Мирослав махнул рукой.

Когда фильм, который он смотрел вечером на «Нове»7, заканчивался, а тетради с грехом пополам были проверены и подступало время сна, Ивета поняла, что не сможет лежать в одной постели с Мирославом. Подумав, она схватила телефон и убежала на кухню. Мирослав обернулся ей вслед.

Три гудка спустя в трубке раздался заспанный голос Вацликовой.

– Просим… Иветка, ты что так поздно?

– Прости меня, Бетушка, пожалуйста, прости, – зашептала Ивета. – Можно у тебя сегодня переночевать?

– Что случилось? – спросила подруга.

– Ох, Бетушка, не спрашивай меня, пожалуйста, ни о чём, очень тебя прошу, – сказала Ивета. – Скажи только – можно?

– Можно, конечно. Я тогда тебя жду, – проговорила Вацликова и положила трубку.

Ивета вошла в гостиную.

– Мирек, послушай, у Вацликовой неприятности дома. Я переночую у неё, надо поддержать Алжбету.

– Ну… Как хочешь. Ты утром вернёшься, да? – поинтересовался он.

– Наверное, я от неё сразу пойду в школу. А завтрак сейчас приготовлю… – Ивета засуетилась и опять пошла на кухню.

Мирослав поднялся и отправился следом.

– Да не беспокойся, я всё разогрею сам. Ну что ты, Иветка? Ты так переживаешь из-за подруги? – он попытался обнять жену.

– Ну да, из-за неё, – Ивета открыла холодильник, отгораживаясь от мужа. Он толкнул дверцу, она захлопнулась, и Мирослав обнял жену за плечи. По телу Иветы пробежала дрожь – как от прохладной воды.

– Отпусти меня, пожалуйста, – прошептала Ивета, опустив глаза. – Я спешу.

Мирослав расцепил руки. Ивета прошмыгнула к шкафу и стала быстро переодеваться. Он последовал за ней.

– Какая же ты беспокойная, Иветка, – с улыбкой сказал он, опершись на дверной косяк. – Сначала спасаешь каких-то девочек из неблагополучных семей, теперь вот подруга поманила тебя пальцем – и ты сразу бежишь к ней.

– Ну да, вот такая я, – сказала она, суетливо срывая юбку с вешалки. – Или я тебе не нравлюсь?

– Нравишься, – улыбнулся он. – Очень нравишься. Ты ведь моя девочка.

Мирослав шагнул в комнату, обогнул стол и подошёл к Ивете, которая застыла с юбкой в руках. Он снял с неё очки, не глядя бросил их на диван и, обхватив ладонями голову, поцеловал – долго, тягуче, сладко. Так, как она любила.

«Бетушка, прости меня, я не приду, всё в порядке», – скороговоркой набрала она подруге через час.

Вацликова внимательно посмотрела на подругу поверх очков. Они сидели в лаборатории, которая примыкала к кабинету химии: у обеих было окно в расписании, и Ивета наконец поведала Алжбете о вчерашнем происшествии.

– Ты нормальная? – спросила Вацликова.

– А что?

– Ты правда считаешь, что этот человек тебе соврал?

– Ну Бетушка, у него ведь были причины для этого, – убеждающе произнесла Ивета. – Они с Миреком конфликтовали, он сам сказал.

Вацликова покачала головой.

– Ты просто проглотила таблетку и думаешь, что она будет действовать вечно. Скажи, разве ты на сто процентов уверена, что Мирек тебе не изменяет?

Алжбета попала в цель. Ивета схватила пузырёк со стола и стала открывать и закрывать крышечку.

– Подожди, это щёлочь, – Вацликова отобрала у неё пузырёк и вручила другой, на котором было написано «NaCl»8. – Ну?

Ивета опустила голову.

– Нет, не на сто процентов, – тихо произнесла она.

– Этот человек тебе оставил телефон?

– Нет, ничего не оставил, – Ивета продолжала терзать пробочку пузырька.

– Иветка, ты просто не сможешь жить в этой неопределённости, я тебя знаю, – Алжбета старалась говорить мягче. – Ты не Мациухова, которая и сама не без греха, и мужей подбирает таких же. Ей в этой неразберихе нормально. У тебя номер конторы, в которой работает Мирек, есть?

– Конечно, – Ивета отставила пузырёк с солью и схватила телефон.

– Тогда, во-первых, позвони туда и выясни номер этого каменщика. Во-вторых, набери его и попроси узнать точный адрес этой бухгалтерши. Если врал, он сразу пойдёт на попятную. Если не врал и всё сделает, то… ну ты сама понимаешь.

– Я боюсь, Бетушка, – шёпотом призналась Ивета и жалобно посмотрела на подругу.

– Ты измучаешь себя сомнениями, если не сделаешь это.

– Хорошо, – пообещала Ивета. – Я позвоню завтра.

– Иветка, нет. Позвони прямо сейчас. Я закрою лабораторию и не выпущу тебя, пока ты это не сделаешь.

По тону и взгляду Вацликовой Ивета поняла, что подруга почти не шутит. Помедлив, она отыскала в адресной книжке номер «Текса». Любезная секретарша сообщила, что, к сожалению, дать телефон Михала Кубиша не может, но готова назвать телефон точки, на которой он работает в Лоунах.

– А кто его спрашивает? – голос сторожа стройки в трубке был совсем не таким любезным.

– Это соседка, – соврала Ивета. – Извините, но дело очень личное и срочное, помогите, пожалуйста.