Андрей Зенин – Корпорация "Божий промысел" (страница 31)

Очередной бедолага, топящий грусть в вине. Клик по кнопке. Собеседник дёрнулся.

«Ого! Удача! – подумал Люц и смахнул страничку вправо. – Жалко, что он в щи!»

В ближайшие полчаса больше никто не отреагировал. Значит, придётся работать с тем, что есть.

Люц перешёл на страницу с избранным. Кликнул на портрет последнего. Тщательно подбирая слова, чтобы помутневшее сознание собеседника не вскипело, написал: «Ты слышишь меня?»

Пьяненький полноватый мужчина встрепенулся:

– Она мне говорит, я её не слышу! А я, между прочим, всё слышу.

Люц задумался – совпадение? Надо пробовать: «Хочу тебе что-то сказать».

– Хочешь сказать? Рот используй! Она же молчит, как тварь. Хрен знает, что у неё в башке.

Непонятно. Нужна ещё попытка: «Выйди из бара. Давай спокойно поговорим».

– Эй, чего смотришь! – он повернулся к угрюмому дальнобойщику. – Пошли выйдем, побазарим!

«Да что же он делает-то!» – Люц видел, что человек его вроде как слышит, но трактует послания парадоксально.

Полноватый мужчина, прихватив с барной стойки початую бутылку, направился к выходу. Люц выдохнул – всё-таки шанс пообщаться есть. Встав из-за стола, дальнобойщик вразвалку пошёл следом.

На улице, задрав голову к звёздам, полноватый мужчина допил остаток алкоголя. Недоумевающе посмотрел на пустую бутылку. Посмотрел через неё на вышедшего следом бугая.

Люц быстро напечатал: «Хорош бузить! Избавься от него».

Пьяница, держа бутылку за горлышко, разбил её о край двери.

– Что, не понял! Быка – в стойло! От быдла надо избавляться.

Он кинулся на дальнобойщика, просто вышедшего покурить, воткнул острую «розочку» в живот бедняги. Бугай от неожиданности ойкнул, посмотрел на живот, из которого хлынула кровь.

– Изыди! – полноватый пьяница ещё несколько раз воткнул стекло в беднягу, пока из кафе не выбежали люди и не скрутили его.

Люц закрыл лицо рукой. Посмотрел на карточку персонажа, выбрал пункт: «Заблокировать навсегда».

Глава 27

Месячный отпуск Вари подходил к концу.

Сначала было немного трудно – приходилось каждый день менять отель, находить темы, знакомиться с людьми. Однако, самое сложное было поверить, что её на самом деле, как пророчила мать, не продали в бордель. Она делала именно то, о чём договаривались. Заказчики, вроде, были довольны. Через пару недель, заглянув на сайт турагентства, она увидела свои фотографии, прочитала написанные ею отзывы. Под ними даже появились комментарии реальных туристов. Большинство отмечало, что всё соответствует действительности, но добавляли рассказы об обнаруженных недостатках.

Когда четыре недели, на которые она договаривалась, истекли, директор турагентства предложил продолжить. Варя задумалась. Если не тратить суточные, а тратить ей было их практически не на что, она зарабатывала здесь намного больше, чем в магазине. Но главный плюс – можно не возвращаться в ненавистный город. К матери, спившейся до животного состояния, к Гоше, не способному вылезти из-под мамкиной юбки, к вечно грязным разбитым дорогам, к продавленному и прокуренному дивану в углу неуютной квартиры.

Она позвонила директору магазина. Объяснила свои резоны. Сказала, что увольняется. Он, конечно, огорчился, но понял её. Договорились, что шеф пока подпишет за неё заявление об отпуске за свой счёт ещё на месяц. Пообещал договориться с отделом кадров – место будет её ждать.

***

Но однажды заканчивается вообще всё. Конкретно сейчас у Вари заканчивалась виза, сделанная на два месяца. Последнюю ночь перед рейсом в Россию ей предстояло провести в кемпинге для сёрферов.

Пришлось добираться на попутках – в старом микроавтобусе с привязанными к багажнику на крыше досками.

Лагерь стоял в бухте, окружённой древними скалами. Морские волны облизывали песчаный пляж, на котором стояли бунгало. Между столбов, врытых в песок, растянуты гирлянды лампочек. Их паутина накрывала, кажется, весь пляж.

Её встретил загорелый мускулистый парень с немытыми после солёной воды, торчащими во все стороны волосами.

– Мигель! – он протянул Варе раскрытую ладонь.

– Варя.

– Молодец, что приехала!

– Давайте, пока солнце не село, я сделаю фотографии.

– Да, закат очень классный, но у меня же другая фишка – сёрфинг. Нам всё равно, где жить, главное – волна!

Варя посмотрела на быстро скрывающийся в сумерках море.

– Тогда сегодня вряд ли получится. Уже темно.

– Ну и хорошо! Значит, будем просто отдыхать. Ты сколько уже не расслаблялась? – улыбчивый парень легко и непринуждённо перешёл на «ты».

– Да я последние два месяца только и делаю, что отдыхаю. Скоро на работу.

– А где ты работаешь?

– В магазине. Электронику продаю.

– Ку-у-ул. Ладно, бросай вещи у бара, пойдём жрать.

***

Ночь наступила сразу. Стало темно, но звёзды были видны только над морем. У костра собрались сёрферы. Повар раздал миски и снял с огня дымящийся котелок. Разлил всем ароматный рыбный суп, раздал лепёшки, судя по неидеальной форме и подгоревшим краям, изготовленные им же.

После супа в те же миски он разложил рис тоже с морскими гадами, приправленный острым томатным соусом и какими-то пряностями.

Ничего вкуснее Варя никогда не ела.

Прямо над костром подвесили огромный чайник, который весь вечер находился в состоянии «почти кипения». Травы закинули прямо в него. Казалось, с каждым часом чай становился ещё ароматнее.

– Мигель, зачем тебе реклама в турагентстве? Мне кажется, тебе хватает постояльцев.

– Это летом, в сезон. А когда становится прохладно, волн нет. Людей нет.

– А кто к тебе поедет?

Парень задумался.

– Я думаю, романтики. Для кого природа важнее удобств.

«Которые ещё и на улице», – подумала Варя.

За полночь все разошлись по домикам. Костёр догорел. Мигель выключил гирлянды и стало видно, как искры догорающего костра уносятся в звёздное небо, как будто воплощая свою мечту – стать если не звёздами, то уж звёздной пылью точно. Абсолютной тишины как будто не было, но звуки сплетались в непостижимой гармонии этой ночи. Кто-то уже храпел в своём бунгало, кто-то занимался любовью, и девушка сладко постанывала через равные интервалы. Через такие же интервалы на берег с тихим шелестом накатывали волны.

Варя почувствовала, что становится холодно. Угадав её состояние, Мигель накрыл её плечи какой-то просоленной ветровкой. От неё пахло морем, рыбой, пóтом. Она прижалась к нему плечом, положила на него голову. Было так хорошо и тихо! Все проблемы как-то сами собой растворились под бескрайней искрящейся созвездиями вселенной.

– Ты, наверное, спать уже хочешь? Пойдём, я тебя в твоё бунгало провожу.

Он взял её за руку, провёл к домику. Варя шла медленно, стараясь не хромать.

– А где свет включается?

– Здесь нет света.

– Но в баре же есть.

– В лагере свет есть, в бунгало – нет. Зачем? Те, кому не спится, сидят у костра. Тем, кто устал, свет не нужен.

– Не поспоришь.