Андрей Яковенко – Камень раздора (страница 4)

– Прошу, Лириан, – пригласил он, жестом пропуская эльфа вперёд. В его голосе звучало нетерпение, смешанное с тревогой.

Лириан вошёл в дом, ощущая, как густой, затхлый воздух обволакивает его, словно плотное одеяло. Внутри был полумрак, и глазам понадобилось время, чтобы привыкнуть к тусклому свету, проникавшему сквозь небольшое окошко. Обстановка была скромной, но чувствовалась заботливая рука, создававшая здесь уют, несмотря на суровые условия. Комната, служившая одновременно и гостиной, и столовой, была обставлена простой деревянной мебелью: массивный стол, окружённый несколькими табуретами, старый сундук, служивший скамьёй, и кровать, застеленная домотканым покрывалом с выцветшим узором. В углу располагался очаг, над которым висели закопчённые горшки и сковороды, а на полках, прикреплённых к стене, теснились книги, свитки и разнообразные мелочи, создававшие ощущение обжитости. В воздухе витал сложный аромат: сушёных трав, специй и старого дерева.

В комнате находилась пожилая гномиха, сидевшая на табурете у очага. Её фигура, согнутая годами тяжёлой работы, казалась совсем хрупкой. Морщинистое лицо, испещрённое паутинкой тонких линий, выражало спокойствие и мудрость. Но больше всего внимание привлекали её глаза: тусклые, но живые, они смотрели на мир с пониманием и добротой.

– Корбух, это ты? – спросила она тихим, немного дрожащим голосом, не отрывая взгляда от очага.

– Да, мама, это я, – ответил Корбух, подходя к ней и нежно целуя в щёку. – Я привёл гостя.

Старушка медленно повернула голову, и её взгляд, как луч света, упал на Лириана. В её глазах мелькнуло изумление, будто она увидела нечто совершенно невероятное.

– Эльф? – прошептала она, сомневаясь в реальности происходящего. – В нашем доме эльф? Не помню, чтобы такое случалось…

Но тут же она взяла себя в руки, и её лицо расплылось в приветливой улыбке.

– Прошу, проходите, молодой человек, – сказала она, с трудом поднимаясь с табурета. – Не обращайте внимания на моё удивление. Я всегда рада гостям. Особенно таким… необычным.

– Спасибо, – поблагодарил Лириан, очарованный её добротой и простотой. Он слегка поклонился, проявляя уважение к старшей (хотя ему уже двести два года и формально она годилась ему как минимум в дочери). – Меня зовут Лириан. Как я могу обращаться к вам?

– Нустральда, – ответила гномиха. – Нустральда Двуггорт. Приятно познакомиться, Лириан. Добро пожаловать в наш скромный дом.

Она внимательно оглядела эльфа с головы до ног, словно оценивая его.

– Корбух, а гость, наверное, проголодался с дороги? – спросила она, вновь обращаясь к сыну. – Я как раз заканчиваю приготовление грибных котлет. Осталось совсем немного картофеля почистить, и можно будет садиться за стол.

– Мама, спасибо, но у нас с Лирианом очень важные дела, – резко ответил Корбух, даже не взглянув на Нустральду. Он явно нервничал и хотел поскорее закончить с формальностями. – Мы поужинаем позже, когда закончим.

Лириан почувствовал, как в его душе поднимается волна негодования. Ему не понравилась грубость Корбуха по отношению к матери.

– Прошу прощения у вас, Нустральда, – сказал он, поворачиваясь к старушке и одаривая её своей самой обаятельной улыбкой. – Корбух, конечно, прав, у нас есть некоторые вопросы, которые нужно обсудить. Но я буду счастлив составить вам компанию за ужином позже. Ваши грибные котлеты наверняка восхитительны! Я знаю, что гномы – превосходные кулинары!

Лицо Нустральды озарилось радостью.

– Ах, какой же вы галантный молодой человек! – воскликнула она, всплеснув руками. – Мне очень приятно это слышать!

Корбух нервно переступил с ноги на ногу, будто стоя на раскалённых углях.

– Лириан, нам действительно пора, – сказал он, беря гостя за руку и тянучи его в сторону. Он повёл эльфа в дальнюю часть дома, где находилась его комната.

Корбух отворил дверь, и Лириан переступил порог, оказавшись в обители гномьего интеллекта и творческого хаоса. Комната, вопреки ожиданиям, оказалась довольно просторной, но при этом была тесной из-за обилия предметов, заполнявших каждый её уголок. Здесь, похоже, Корбух не только спал, но и работал, питался, а также предавался своим научным изысканиям.

Вдоль стен высились полки, заставленные книгами, свитками, глиняными табличками и всевозможными артефактами. Казалось, что здесь собрана библиотека видного учёного, или даже нескольких поколений гномьих мудрецов. На полу, в беспорядке, валялись стопки пергамента, исписанные замысловатым почерком. Какие-то схемы, чертежи, карты и диаграммы были развешаны на стенах, образуя причудливый коллаж, отражавший сложные мыслительные процессы, происходившие в голове Корбуха.

Посреди комнаты стоял большой деревянный стол, заваленный книгами, свитками, чернильницами, перьями, лупами и другими письменными принадлежностями. Создавалось впечатление, что здесь одновременно велись несколько научных проектов, и Корбух пытался соединить все знания воедино. Рядом со столом стояла простая кровать, застеленная грубым одеялом, и небольшой сундук, служивший одновременно и шкафом, и местом для хранения самых ценных вещей.

В углу комнаты, рядом с окном, стояла небольшая жаровня, наполненная углём. Над ней висел закопчённый чайник и стояла кружка, что свидетельствовало о том, что Корбух часто предавался долгим чаепитиям, размышляя над сложными вопросами. В целом, комната создавала впечатление уютного беспорядка, отражая характер своего хозяина: рассеянного, увлечённого и немного не от мира сего.

– Прошу, не обращайте внимания на хаос, – смущённо пробормотал Корбух, наблюдая за тем, как Лириан с любопытством рассматривает его жилище. – Здесь всегда так… немного… неорганизованно.

– О, не стоит извиняться, Корбух, – ответил Лириан с улыбкой. – Я вижу здесь не хаос, а творческий беспорядок. Это же настоящая сокровищница знаний! Я бы с удовольствием провёл здесь несколько дней, изучая все эти книги и свитки.

– Что вы, что вы, Лириан! – засуетился Корбух. – Не стоит так говорить. Мои труды вряд ли покажутся вам занимательными.

– А как так вышло, Корбух, что вы вместо работы в шахте столько времени проводите за чтением? – спросил Лириан. – Не в обиду будь сказано, но это несколько необычно для гнома. Обычно ваши братья и отцы в шахтах копаются, а вы тут пергаменты перебираете. Неужели вас с детства тянуло к знаниям?

Корбух вздохнул и опустил взгляд.

– Вы правы, Лириан. Это действительно необычно для гнома. Но… так сложились обстоятельства.

Он немного помолчал, собираясь с мыслями.

– Дело в том, что я… не очень-то пригоден для работы в шахте, – признался он. – Я всегда был слабее своих братьев, и мне трудно давалась тяжёлая физическая работа. К тому же, однажды…

Гном запнулся, не решаясь продолжать.

– Однажды… что? – подтолкнул его Лириан с мягким участием в голосе. Эльф понимал, к чему клонит собеседник (ещё при встрече он заметил проблему Корбуха), но дал ему возможность рассказать самому, чтобы не показаться некорректным.

– Однажды я получил травму, – прошептал Корбух, и его лицо исказилось от боли. – Во время работы в шахте произошёл обвал, и меня завалило камнями. Я чудом остался жив, но повредил спину. С тех пор больше не могу работать физически.

Двуггорт вновь вздохнул.

– После этого я обратился к книгам, – продолжил он. – Я нашёл в них утешение и смысл. Стал изучать историю Раффлхоллоу, легенды о Толгаре, древние языки… это стало моей страстью, моей жизнью.

– О, Корбух, как же это трагично! – воскликнул Лириан, прикладывая руку к сердцу. – Но, как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло! Благодаря этой травме вы открыли для себя мир знаний и стали настоящим учёным. А ведь, кто знает, может быть, вы были бы сейчас простым шахтёром, и никто бы никогда не узнал о вашем таланте.

Корбух покраснел и смущённо улыбнулся.

– Ну что вы, Лириан! – пробормотал он. – Я всего лишь скромный исследователь.

– Не прибедняйтесь, Корбух! – возмутился Лириан. – Я вижу, что вы – человек необычайного ума и любознательности. И уверен, что вы ещё прославитесь своими открытиями!

Корбух махнул рукой, словно отгоняя от себя эти мысли.

– Ладно, Лириан, – сказал он. – Хватит обо мне. Лучше я покажу вам то, что меня так взволновало.

Он подошёл к своему столу, заваленному книгами и свитками. Отодвинув в сторону несколько томов, он освободил место и жестом пригласил Лириана присесть.

– Здесь не очень удобно, – извинился он, – но, думаю, вам будет достаточно места.

Затем гном наклонился и достал из небольшого сундучка, стоявшего под столом, стопку скреплённых листов пергамента.

– Это… – начал гном, кладя стопку на стол. – Недавно я, как обычно, посетил городскую библиотеку и провёл там почти весь день. Мне казалось, что ничего интересного снова не найду… Как вдруг мне на глаза попалась эта стопка пергамента, спрятанная в куче старинных книг.

– И что же там было? – с нетерпением спросил Лириан.

– Я начал читать эти записи… – прошептал Корбух, и его голос задрожал. – И понял, что передо мной записки какого-то гнома о событиях, произошедших много столетий назад, когда клан Эналдук оказался на грани уничтожения из-за распрей между его ведущими семьями.

Он посмотрел на Рапсода широко раскрытыми глазами.

– Этот таинственный участник тех событий не стал называть себя, – продолжил он, – но изложил всё крайне подробно. И я был в шоке, когда ознакомился с его записями.