Андрей Яковенко – Камень раздора (страница 3)

Лириан, опустив лютню, почувствовал укол разочарования. Он всегда привык к восторженному приёму, к аплодисментам и похвалам. А здесь, в Раффлхоллоу, его талант, казалось, никому не нужен. Музыка, призванная озарить эту мрачную пещеру, осталась неуслышанной и непонятой.

Бард, стараясь не встречаться взглядом с презрительными шахтёрами, уже собирался покинуть площадь, как вдруг услышал тихий, неуверенный голос.

– Э… эльф? Постойте!

Лириан остановился и обернулся. Перед ним стоял гном, чей внешний вид резко отличался от привычного облика шахтёра. Он был коренастый, но заметно заплывший жиром, а плечи слегка ссутулены, будто из-за давней травмы спины. На бледном, почти безжизненном лице выделялся крупный нос с лёгкой горбинкой, а маленькие, круглые уши казались приплюснутыми к голове. Но больше всего внимание привлекали круглые очки. Сквозь толстые стёкла его прищуренные глаза казались огромными, создавая комичный, но в то же время немного печальный эффект. Голова его была полностью лысой, как у всех гномов Эналдука. Одет он был в простую хлопковую одежду: свободную рубаху и штаны, поверх которых красовалась поношенная кожаная жилетка.

– Я… я хотел сказать… – пробормотал гном, переминаясь с ноги на ногу. – Мне… мне очень понравилась ваша песня.

Лириан удивился. Неужели хоть кто-то в этом городе оценил его талант?

– Правда? – с надеждой в голосе спросил он. – Я очень рад это слышать!

– Да… да, – закивал гном, поправляя очки. – Это была очень… красивая песня. И… и очень грустная.

– Спасибо, – улыбнулся бард, чувствуя теплоту на душе. – Я очень рад, что она тронула ваше сердце.

– Меня зовут Корбух, – представился гном, протягивая Лириану неуверенную руку. – Корбух Двуггорт.

– Лириан Рапсод, – ответил эльф, пожимая руку Корбуха. – Очень приятно познакомиться!

– Взаимно, господин Рапсод! – сказал Корбух, на его щеках выступил лёгкий румянец. Затем он понизил голос почти до шёпота и огляделся, явно опасаясь быть услышанным. – Не поймите меня превратно, но здешние обитатели, к моему великому сожалению, не слишком искушены в изящных искусствах. Их разумы более заняты рудой и камнем, нежели вдохновенными мелодиями и мудрыми словами.

Лириан расцвёл в улыбке.

– О, вы как луч света во тьме! – воскликнул он, прикладывая руку к сердцу. – Я уже начал было думать, что в этом славном, но несколько… приземлённом месте совершенно не ценят прекрасное! А что вы скажете о моём исполнении?

Эльф взглянул на Корбуха с артистическим ожиданием. Ему не терпелось услышать похвалу, изложенную этим застенчивым шахтёром.

– Вы большой мастер! – Корбух вновь нервно поправил очки. – Очень трагично вышло. Я, признаться, знаком с этой историей. Но позвольте полюбопытствовать, как вы, эльф, узнали о ней? Ведь эта баллада – о событиях, что произошли давным-давно, и хорошо известны они только историкам Плиории!

Чувствуя, что беседа принимает интересный оборот, Лириан оживился ещё больше.

– Дорогой Корбух! – воскликнул он, взмахнув рукой. – Такие барды, как я, находят вдохновение в самых разных источниках! Странствуя по миру, я собираю легенды и предания, как шахтёры драгоценные камни. И должен признать, эта история особенно тронула моё сердце!

– Она отзывается и в моём народе, ведь в те годы его чуть полностью не истребили! – дополнил Двуггорт. – После войны города были разрушены, большая часть архивов утеряна, многие семьи вырезаны… Однако, благодаря сплочённости клана Эналдук, мы сумели отстроить разрушения, восстановить ремесленные гильдии и возродить наш клан. И, возможно, излишняя угрюмость шахтёров – это отголоски давних времён, когда само выживание клана стояло под вопросом…

– То, что случилось с вашим народом в ту вампирскую войну, действительно трагично, – произнёс Лириан с искренним сочувствием в голосе. – Я рад слышать, что клан Эналдук смог возродиться из пепла и вновь обрести своё величие. Ваша стойкость достойна восхищения!

– Благодарю вас, господин Рапсод, – ответил Корбух. – Мне тоже приятно пообщаться с действительно интересной личностью. В Раффлхоллоу такое случается нечасто.

– О, Корбух, вы слишком добры ко мне, – скромно потупил взгляд Лириан, но тут же вновь засиял своей обворожительной улыбкой. – Но позвольте сменить тему! Я просто заворожён этим барельефом! – он указал на каменную громаду, возвышавшуюся за их спинами. – Что он означает? Не расскажете ли мне эту историю с точки зрения шахтёров? И что это за дивный камень Толгар дарует вашему народу?

Корбух на мгновение задумался, словно собираясь с мыслями.

– Это… Камень дорханга, – промолвил он тихим, но торжественным голосом. – Он символизирует господство шахтёров над горой Эналдук и всеми её неисчерпаемыми сокровищами. Мы верим, что Толгар даровал нам эту власть, чтобы мы могли добывать из земли руду и драгоценные камни, принося процветание Раффлхоллоу и всей Плиории.

– Дорханг… – задумчиво повторил Лириан. – Что означает это слово?

– Дорханг – это титул главы клана Эналдук, – пояснил Корбух. – Он является верховным правителем Раффлхоллоу, и его воля – закон для всех жителей города. Толгар даровал ему этот камень, чтобы дорханг правил мудро и справедливо, защищая интересы своего народа.

Лириан с интересом слушал Корбуха. История этого народа казалась ему всё более увлекательной и загадочной.

– Но, как я понимаю, всё не так просто? – спросил эльф, смотря в глаза гному.

Корбух помрачнел, его взгляд стал тревожным. Он вновь оглянулся по сторонам. Затем гном понизил голос почти до шёпота.

– Боюсь, всё гораздо сложнее, господин Рапсод. Да, Толгар вручил нам Камень дорханга, даровав власть над горой. Но это дарование привело к ужасающим последствиям, из-за которых клан чуть не пришёл в упадок.

Бард удивлённо вскинул брови.

– Каким образом так могло выйти? – спросил он. – Я не понимаю…

Корбух вздохнул.

– Правящая верхушка тщательно подчистила архивы, – ответил он, – скрыла от народа ту кровавую бойню, которую устроили Знатные Семьи. Официальная история гласит о мудром правлении дорханга и процветании Раффлхоллоу. Но я… я откопал правду.

Он замолчал, словно не решаясь продолжать.

– И что же вы обнаружили? – с нетерпением спросил Лириан.

Корбух в очередной раз оглянулся по сторонам.

– Я выяснил, что после дарования Камня дорханга между Знатными Семьями началась жестокая борьба за власть, – прошептал он. – Они плели интриги, устраивали заговоры и убивали друг друга… Раффлхоллоу оказался на грани гибели.

– Но как же так? – воскликнул Лириан, поражённый услышанным. – Почему об этом никто не знает?

– Тише, прошу вас… Всё из-за того, что правящая верхушка тщательно скрывает правду, – объяснил Корбух. – Они боятся, что их власть окажется под угрозой.

Лириан задумался.

– И вы хотите, чтобы мир узнал об этой истории? – спросил он.

– Да, – твёрдо ответил Корбух. – Народ должен знать правду о своём прошлом. Только тогда мы сможем избежать повторения ошибок. Но я боюсь… боюсь репрессий со стороны дорханга Лентара Унгримма. Если они узнают о том, что я копаюсь в архивах, меня ждёт неминуемая гибель.

Лириан посмотрел на гнома с сочувствием.

– Тогда я предлагаю вам свою помощь, – произнёс он. – Расскажите мне всё, что знаете. А я… напишу балладу об этих событиях. И благодаря моей песне весь мир узнает о трагедии, случившейся в Раффлхоллоу.

Корбух на мгновение замер, обдумывая предложение барда. Его глаза, скрытые за толстыми стёклами очков, казалось, изучали душу эльфа, пытаясь разглядеть его истинные намерения. Наконец, он кивнул.

– Я… я согласен, – прошептал он. – Но здесь небезопасно. Нам нужно уйти отсюда.

– Куда же нам направиться? – поинтересовался Лириан.

– К моему дому, – ответил Корбух. – Там тихо и спокойно. Никто не сможет нас подслушать.

– Отлично, – согласился Лириан. – Тогда идём!

Корбух слегка оживился.

– Подождите… – он нервно откашлялся. – Господин Рапсод…

– Послушайте, Корбух, – перебил его Лириан с мягкой ухмылкой. – Прошу вас, перестаньте называть меня «господином». Я не люблю формальности. Зовите меня просто Лириан.

– Хорошо… Лириан, – исправился Корбух, и на его лице появилась робкая улыбка.

Затем гном огляделся по сторонам и махнул рукой, призывая Лириана следовать за ним. Быстро зашагав по узким улочкам Раффлхоллоу, Корбух повёл эльфа в самое сердце семейного квартала, к своему укромному жилищу.

Лириан с любопытством рассматривал строения по пути, вглядываясь в детали, которые могли рассказать о жизни их обитателей. Дома здесь были приземистые, вросшие в скалу, и тесно прижатые друг к другу, будто искали тепла в этом мрачном месте. Стены, сложенные из грубо отёсанного камня, были покрыты слоем копоти и мха, свидетельствуя о долгих годах, проведённых в тени.

Наконец, Корбух остановился перед одним из домов, внешне ничем не отличавшимся от остальных. Лишь небольшая табличка, прибитая над дверью, с вырезанной на ней незатейливым шрифтом надписью на шахтёрском языке, указывала на то, что это чьё-то жилище, а не просто часть скалы. Сама дверь, массивная и окованная железом, говорила о том, что её хозяева ценят безопасность и уединение.

Корбух дрожащими пальцами достал из кармана связку ключей, долго возился, подбирая нужный, и, наконец, с тихим щелчком отворил дверь.