Андрей Вербицкий – Домен 2 (страница 13)

Большой зал цитадели привели в порядок еще утром. Со стен убрали охотничьи трофеи, чтобы освободить место для щитов гостей, длинный стол накрыли скатертью, поставили кувшины с разбавленным вином и блюда с хлебом, сыром, солониной и запеченной на углях птицей. Не пир, но и не оскорбление. Все в рамках благопристойности.

Когда спустя час Рогард вошел в зал, бароны и некоторые приглашенные рыцари уже собрались и тихо переговаривались. Мариус Дорн занял место у правого края стола и с видом человека, которому все давно надоело, рассматривал собственные усы. Барон Протагор, сухой высокий старик с желтоватым лицом и острым носом, стоял у окна и что-то тихо говорил своему капитану. Урий Жорд теребил рукав, улыбался всем сразу и выглядел так, будто хотел извиниться за свое прибытие. Рядом с ним неподвижно сидел престарелый рыцарь Элвир, и одним взглядом заставлял молчать даже чужих рыцарей.

Присутствовали и другие: толстый барон Керн с двумя сыновьями, молчаливый и всегда мрачный Рутер из Каменных Холмов, хромой барон Вейс, прибывший вчера с двумя десятками солдат, но привезший с собой трех новых боевых големов и молодая владетельница Сайра Торн, сменившая отца лишь прошлой зимой. Молодая баронесса решила поиграть в войну, но ухмыляться с превосходством Рогард не смел, девушка привела с собой две сотни латников и трех магов, что по меркам Свободных Земель являлось солидной силой.

Рогард дождался, пока стихнет гул голосов, и встал во главе стола.

- Господа бароны. Баронесса. Благодарю, что откликнулись так быстро. Положение хуже, чем ожидалось. Дружина моего отца разбита. Сам он, по нашим сведениям, жив, но находится в руках изменника Ласкона. Мутанты перешли Гиблую и двинулись вглубь наших земель.

- Это мы все знаем. Ближе к делу. Сколько врагов? – прервал речь хозяина замка барон Протагор.

Рогард едва сдержался, чтобы не ругнуться:

- Точного числа мы не знаем. Разведчики возвратились не все. А те что ускользнули от патрулей мутантов докладывают о как минимум тысяче. Вполне возможно, что пока мы тут вино пьем количество мутантов увеличилось.

- Значит, руководствуемся слухами, - презрительно бросил старик Элвир.

- Слухи не убивают дружины, - немного резко вставил свое слово Мариус Дорн.

По залу прошел недовольный ропот. Леди Торн подняла руку и к удивлению Рогарда, все присутствующие моментально замолчали.

- Нам нужен не спор, а план, - сказала она спокойно. - Кто поведет объединенное войско?

Вот оно. Вопрос, которого Рогард ждал и опасался.

Керн хмыкнул:

- На землях Маргронов командовать должен барон Маргрон. Но отец ваш пленен, Рогард. А вы еще не барон.

- Зато я знаю местность, - сдержанно произнес Рогард. - Знаю броды, дороги, где достать запасы и как обойти всевозможные препятствия на пути. Предлагаю совет из владетелей, а походное руководство за мной до освобождения отца.

Протагор прищурился:

- Удобно. Мы даем людей, а Маргрон получает славу.

- Или первым получает стрелу в глаз, - заметил барон Вейс с улыбкой. - Меня устраивает.

Несколько баронов тоже усмехнулись. Напряжение чуть спало.

Тогда заговорил обычно молчаливый Рутер:

- Если мутантов много, завтра они могут выйти к тракту, ведущему из владений Ласконов. Надо выступать утром. Споры оставим на вечер после победы.

Один за другим владетели кивнули. Даже Протагор, помедлив, стукнул костлявыми пальцами по столу.

- Хорошо. Но мои люди не станут подчиняться вашим десятникам.

- Им и не придется, - ответил Рогард. - Каждый барон ведет своих. Общий порядок объявлю завтра перед выходом. А сейчас прошу наслаждайтесь отдыхом, едой и вином.

Он говорил спокойно, но внутри все сжималось. Впервые за много лет под крышей Маргронов сидели те, кто еще вчера с радостью делил бы их земли. И теперь от того, сумеет ли он удержать их вместе, зависела не только судьба отца, но и всего баронства.

Глава восьмая

Грав.

Хитрец пока мы смеялись сохранял невозмутимое выражение лица и дальше внутрь не заходил.

- Звал, - отсмеявшись ответил Бореол, хотя в глазах все еще плясали смешинки. - Только что говорили, что ты кусаешь баронов и заражаешь их дурными мыслями.

Бран Хитрец скосил на меня взгляд, потом на вождя, потом снова на меня. Лицо у него преобразилось и сделалось таким оскорбленно-невинным, что я едва не развеселился повторно.

- Я кусаю только врагов, - заявил колдун и шагнул ближе. – И то редко. У них обычно кровь дурная, зубы портит. А барон Ласкон сам по себе испорчен. Тут моей вины нет.

- Благодарю за высокую оценку, - буркнул я.

Бран устроился сбоку от нас, не спрашивая позволения, словно шатер вождя был его собственным. Впрочем, отношения между разведчиком Рысей и вождем явно были дружескими, поэтому поведение Хитреца было не удивительным. Колдун вообще вел себя везде как дома. Даже в Родхоле умудрялся шляться по улицам с таким видом, будто городские стражники обязаны перед ним расступаться и кланяться. Самое удивительное, что иногда расступались. Не кланялись, правда.

Бореол принял серьезный вид и произнес:

- Послушай. Барон желает, чтобы в Родхоле при необходимости случилось что-то неприятное для Ликапия Белиша. Пожары, големы, разбойники. Что думаешь?

- Пожары скучны, - тут же отозвался Бран, словно мы обсуждали меню на ужин и предложение неожиданным для него не стало. – Големы надежнее, но сложнее. У Белиша неплохие мастера и погонщики големов. Шума будет много, польза сомнительна. Разбойники уже получше. Надо подумать.

- Вот! – ткнул я в него пальцем. – Человек понимает суть задачи.

- Я не человек, - напомнил Бран с ухмылкой. – И не надо тыкать. Пальцы у баронов нежные, жалко будет, если откушу.

Бореол снова хмыкнул, но на этот раз быстро посерьезнел. Он провел ладонью по колену, будто смахивал невидимую пыль.

- И кого можно отправить? – спросил он у Хитреца. – Ты в Родхол не пойдешь.

- Я и не собирался, - Бран дернул плечом. – Не люблю дважды входить в одну ловушку. Особенно если в первый раз сам из нее вышел только потому, что хозяин ловушки был занят подсчетом прибыли. Отправить можно Тойра Лысого, Гумма и старого Эльса. Тойр умеет молчать и знает язык людей лучше половины ваших купцов. Гумм от человека внешне не отличается и пьет так, что его примут за наемника хоть в Родхоле, хоть в столице Империи. А Эльса помнишь, вождь? Его посылал твой отец в Империю с каким-то заданием и Эльс умудрился три года отслужить у соляных обозников, пока его не выгнали за то, что он сломал управляющему челюсть. И никто не понял, что рядом все время находился измененный.

- За дело сломал? – уточнил я, удивляясь. Не ожидал как-то, что измененные порой так надолго внедряются в общества людей.

- Безусловно, - кивнул Бран. – Управляющий назвал его собакой. Эльс на кулаках объяснил разницу между собакой и Рысью. Тяжело жить среди людей слишком долго и не сорваться.

- Подходящий человек для тайной работы, - усмехнулся я.

- Иногда лучший тайный работник тот, на кого все смотрят и сразу решают, что он слишком туп для такой работы, - философски заметил Хитрец. – Люди часто недооценивают тех, кто много молчит и громко рычит.

С этим трудно было спорить. В моем мире подобные товарищи тоже часто оказывались куда опаснее говорунов в дорогих костюмах. Особенно если у них хватало терпения дождаться нужного момента. И все-таки интересно, чем таким измененные занимаются в Империи, что у них даже шпионы имеются. Сейчас конечно я спрашивать не стану, но от любопытства аж зудит. Очень неожиданные откровения и заставляют серьезно задуматься.

Снаружи донесся отдаленный шум. Кто-то крикнул, потом послышался смех, топот, звяканье оружия. Ночь в лагере после битвы была беспокойной. Победа победой, но раненых много, мертвых еще больше, нервы у всех натянуты, будто струны. У Рысей к тому же свой порядок. Они не сидели по шатрам тихо, как деревенские мыши. То ходили, то спорили, то пели глухими голосами у костров. Казалось, что это не лагерь союзников, а огромное живое существо, ворочающееся в темноте.

- Колдунов к раненым отправишь сейчас? – напомнил я.

Бореол кивнул.

- Уже отправил бы, если бы ты не начал говорить о Родхоле. После нашего разговора пойдут пятеро. Двое сильны в работе с плотью, один в травах, двое умеют отводить гниение. Но чудес не жди, барон. Мертвых они не поднимут, отрубленные руки не прирастят.

- Я и не прошу чудес, - ответил ему. – Мне бы просто, чтобы как можно меньше людей умерло из-за того, что кто-то решил сэкономить силы.

- Бореол внимательно посмотрел на меня.

- Ты странный человек, Грав Ласкон.

- Мне уже говорили.

- Нет, - он качнул головой. – Не в том смысле. Ты пришел из мира, где нет нашей Силы, но рассуждаешь так, будто желаешь изменить саму основу жизни. У нас слабый отстает. Сильный ведет. Раненый либо поднимается, либо его оставляют духам. Так было всегда.

- «Так было всегда» - худший довод из всех возможных, - сказал я. – Обычно им прикрывают лень думать.

Бран вдруг тихо фыркнул:

- Запомню. Хорошие слова. Ими удобно злить старейшин.

Бореол не улыбнулся. Он все еще смотрел на меня слишком пристально.

- Если я начну менять племя, многие решат, что меня испортил людской барон.

- Они и так решат, - пожал плечами я. – Вопрос не в том, что решат многие. Вопрос в том, кто из них рискнет пойти против тебя.