Андрей Уланов – Все как у людей (страница 31)

Hад нами вороны кружатся,

Да стрелы сыплются из тьмы.

И песни сложат, может статься,

О том, как в битве пали мы.

— А ты, Лейн, тоже ничего так… молодцом. Был бы гномом, так ваще… ну да ниче, мы с тебя еще кого надо сделаем! Откуем, н-на!

От сопровождающего эту речь дружеского похлопывания — запросто способного переломать ключицу — я сумел уклониться, хлопок пришелся по массивной спинке стула. Гном, как и ожидалось, разницы не заметил — после третьего бочонка.

И этот крик из наших глоток —

Быть может наш предсмертный вой,

Hо многим эльфам суждено тут

Лежать с разбитой головой.

— Еще пива?

— Этому столику больше не наливать!

— Лейн… пойдем, а…

С третьей попытки я сумел опознать в клубе табачного дыма, для разнообразия — зеленом и воняющем чесночной закуской — нашего Сэма. Несказанно удивился, протер глаза и повторил попытку еще раз, но нет — надо мной действительно нависал орк. Чудо из чудес, да и только.

Если напрячь память, Сэм действительно не рвался на попойку. Что, в общем, удивительно для орка. Главным зачинщиком выступил Тимми — как же, гномы нас приглашают, выпивка и жратва за их счет, непременно надо пойти. Ну вот, сходили…

Hас похоронит вольный ветер,

Иссушит кости пыль веков.

А эльфы долго будут квасить

Здравур из наших черепов.

— Лейн… мне чего-то хреново… давай пойдем, а…

— Давай!

У меня даже получилось подняться. Со второй попытки, опираясь о стол, но все же я сумел.

— Найди Дорина. Я попробую Смейлинга раскопать.

Где может оказаться гоблин после трех часов пьянки с коротышками? Ничего сложного — пригласившие нас охранники каравана заняли два стола и Тимми обнаружился уже в середине первого. Точнее, под серединой столешницы, где он храпел в обнимку с чьим-то сапогом. Извлечь его из-под стола получилось довольно просто, а вот разбудить…

В итоге гоблина кое-как придерживал я, меня держал орк, а Сэм, в свою очередь, опирался на гнома. Не очень гармонично выглядящая конструкция, но мы сумели протиснуться в дверь трактира. Даже успели отойти на три десятка шагов, прежде чем свежий ночной воздух оказал на орка свое живительное воздействие.

— Буэ-э-э…

— Да-а, — уважительно произнес гном некоторое время спустя, — теперь я познал смысл проклятья: «что б ты блевал дальше, чем видишь».

— Это тебе из-за забора не видно. Забор-то высокий.

— Вот и я говорю… — тут орк попытался рухнуть и Дорин едва успел подхватить его. — Эй, осторожней! Тебе как, полегчало?

— Буэ-э-э…

— Ясно. Давай еще пару шагов… отлично, а теперь КУНАЕМ!

Поилка для чокибо оказалась широкой, но мелкой, поэтому кунуть орка хотя бы головой не вышло. Но какой-то эффект от макания и елозанья мордой по мокрой доске все же проистек. Сэм оглушительно чихнул, разбрызгав большую часть воды, выпрямился, взмахнул руками, покачнулся и рухнул в лужу посреди дороги, напугав уж валявшуюся там свинью.

— Мы ведь его не донесем? — уточнил я у Дорина. — Может, сходить в порт, возчика с телегой нанять?

— Не надо, — пробулькал орк, — я сейчас встану… сам. И пойду.

Он действительно проделал все обещанное. Встал, правда, только на четвереньки, но и этого хватило, чтобы я от удивления уронил и челюсть, и гоблина. А уж когда Сэм начал переставлять конечности! Правда, беговой ящер из орка получился так себе, сильно загребал вправо и в итоге, описав широкую дугу, Сэм уперся макушкой в стену бакалейной лавки. Поскольку мы еще находились в гномском квартале, стена была каменная. Не вся, только до уровня окон, примерно на ярд с четвертью — но Сэму хватило. Некоторое время он пытался то ли пробить стену макушкой, то ли подкопаться под нее, но затем очередной пАстук о каменную кладку привнес в голову орка мысли о тщете всего сущего.

— А-а! Дерьмо! Ненавижу! Задолбало!

— В прошлый раз он вроде затылком приложился, — с тревогой произнес гном.

— В тот раз, когда ты его повозкой сшиб? — уточнил я.

— Да не сшибал я его! Молотом клянусь!

— Меня сбил гребаный грузовик! — Сэм успел перевернуться и теперь сидел у стены, глядя куда-то вдоль улицы, в сторону моря. — Гребаный исекайный грузовик из дерьмовой манги, чтобы ему покрышки разорвало!

— Он что, снова богохульствует? — шепотом предположил гном.

— А что ты хотел? Ваше пиво на другие расы плохо действует. Особенно когда выходит через верх и раньше времени.

— Где Избранность⁈ — продолжал бормотать Сэм, — Система эта, с режимом подсказки… где? А великая магическая сила, меч-кладенец, гарем влюбленных красоток⁈ Чтобы все делалось по щелчку пальцев! Бля, столько времени гребаный револьвер нормально изобрести не получается! Металлургия, нах, мешается, в магическим мире — металлургия, чтоб её сопроматом приложило! Почему я орк⁈ А-а-а…

Сэм вскочил и принялся трясти головой.

— Ведро-то зачем?

— Я просто воды плеснуть хотел, — принялся оправдываться гном, — а оно скользкое. Эй, Сэм, не надо, не ломай! Ты ж так его еще сильнее себе на бошку насадишь!

— А это еще кто? — неожиданно трезвым голосом осведомился орк, отбрасывая выломанную дощечку и сверкая глазом через образовавшуюся в ведре щель. — Как-то не очень дружелюбно выглядят.

Стыдно признаться, но я только после слов Сэма обратил внимание на происходящее вокруг. Хотя подошедшие к нам не особо прятались. Дюжина… нет, полтора десятка рыл, одеты жарковато для местного климата, тут даже ночью влажно и душно. У всех дубинки, ножи, какая-то позвякивающая ржавой цепью хрень и оскал морд, по сравнению с которыми давешняя ватага грузчиков выглядит образчиком дружбомагии. По большей части гоблины, но трое необычно крупноваты. А еще один, держащийся чуть поодаль и замотанный в тряпки от пяток до макушки, выглядел чересчур высоким и костлявым… словно мой сородич? Бред, наверняка просто тощий гобл.

— Тимми не очнулся? — деловито уточнил Дорин.

В ответ на пинок под ребра Смейлинг застонал и попытался перекатиться на бок, но глаза так и не открыл.

— Бревно бревном.

— Морготова отрыжка! — гном сплюнул и вытер бороду тыльной стороной ладони. — А ведь скажут… скажут, нас было четверо.

— Бей!

Я едва успел юркнуть за спину Сэма. Пара здоровенных обломков известняка свистнули ровно там, где миг назад маячила моя башка и разбились о стену. Еще несколько угодили в Дорина, вызвав металлический лязг — бородатый параноик даже в трактир кольчугу надел! — а последний влетел Сэму в живот.

— Буэ-э-э…

— Что за… а-а-а, глаза! Не вижу… а-а-а!

Судя по звукам, ринувшийся в атаку на орка ударный отряд получил в упор залп полупереваренным пивом и временно выбыл из боя. Затем Сэм взвыл и ринулся вперед, расшвыривая и роняя всех, кому не повезло — нападавших, фонарный столб, пальму. Сбоку что-то вспыхнуло, громыхнуло, все заволокло сизым дымом и в дыму кто-то завыл еще громче орка.

— Барук Казад!

Дорин, чуть замешкавшись, пнул в колено вражеского бойца, вырвал из лап упавшего дубину и бросился в облако дыма следом за Сэмом. Как только гном пропал, из облака, покачиваясь, вышел гоблин, закатил глаза и упал. Следом вылетел еще один, споткнулся о первого и тоже остался лежать. Судя по доносящимся из дыма крикам, стуку и треску ломаемых костей — эти еще легко отделались.

— Сдохни, эльфийская мразь!

На мою долю осталось всего пятеро. Или шестеро, считая одного полуорка за двух гоблов. Но самым противным оказался гоблин, размахивающий дубинкой, утыканной гвоздями и клыками. Редкостный урод, к тому же. Даже для гоблина.

— Сдохни! Сдохни! Сдохни!

Запала у него хватало на троих, умения драться — тоже, но в отрицательном смысле. Так-то меня бы уже давно затоптали, а от неуклюжих замахов этого гобла получалось уклоняться даже в пьяном виде. Пока полуорку эти танцы не надоели.

— Дай, я ему вмажу!

Одной лапищей он закинул вопящее недоразумение себе за спину, а второй… как летит кулачище, я еще увидел, а вот что-то сделать уже не успел.