Андрей Турукин – Поцелуй русалки (страница 5)

– Эээ… С чего начинать? Там все сложно.

– С начала, Джек. В Оксфорде тебя не научили, что любая история начинается с начала? Ты же работаешь в газете, должен был хотя бы там это узнать.

– Как раз с газеты все и началось, – вздохнул я. – Вы же знаете, что у «золотой молодежи» Олдтауна нынче в моде посещение Бэйтауна, а точнее, Доков? Ну и променад по Док-стрит, разумеется.

– Что-то слышал, да, – кивнул мэтр.

– Ну вот, главный редактор решил, что это может стать отличным материалом для статьи, а то мол, вечно у нас в газете только светские мероприятия, новости моды, колонка редактора, да объявления. Ах да, еще рекламные развороты. Ну еще раз в неделю с небольшим мы перепечатываем статьи из европейских и американских газет. Рутина в общем, бессмысленная и беспощадная.

– Не преувеличивай, – отмахнулся Оутерс. – Правильно и модно одеваться должен уметь каждый уважающий себя мужчина. Ну да ладно. Продолжай.

– Да собственно, решить-то он решил, а идти в Доки пришлось мне. Ибо остальные сотрудники редакции банально не подходят по возрасту. Ну и тот факт, что я буквально вчера прибыл на остров, тоже посодействовал.

– Ну конечно, с корабля на бал, да? И твоя репутация шалопая и бездельника, каким ты был до отъезда в Англию, тут совершенно не при чем? – беззлобно подколол меня мужчина, которого в детстве я называл исключительно дядей Майклом.

– Ну, да, – признал я очевидный факт. – Шеф примерно так и сказал. Так что я пошел к братьям Твист, купил у них одежду и отправился в Бэйтаун. Там я всю ночь бродил следом за отпрысками лучших семей острова, и Бог мой, где их только не носило! Хотя кулачные бои были ничего, не хуже чем в Англии. Ну и ромовый забег мне запомнился. Отличная статья должна получиться!

– В общем ты не скучал. – Кивнул мэтр. – Переходи к утренним событиям, это важнее.

– Да собственно там и рассказывать нечего. Примерно в половине шестого утра вся эта компания утомилась и отправилась по домам. А я пошел пешком. Наткнулся на Вильямса, прошу прощения, капитана Вильямса, и он попросил меня помочь ему: проследить за местом преступления. Это показалось мне интересным, и я согласился. Обошел дом, сунулся в переулок, увидел там тело, точнее то, что от него осталось. Мне почему-то стало дурно, я оперся о стену, испачкался в крови и вышел из переулка. Собственно, там никого, кроме меня, и не было, пока не прилетел стервятник и не забрал меня в гнездо. А потом вы за мной пришли.

– Стервятник? – не понял мэтр, потом сообразил и рассмеялся. – А, ты о Вулчере. Не поверишь, именно так его и называют за глаза. И вовсе не за внешность. Это все?

– Почти. Инспектор все утро меня допрашивал, ну как допрашивал – просто беспрерывно задавал один тот же вопрос – зачем я убил. Очень хотел, чтобы я сознался в убийстве, предлагал смягчение приговора. Полагаю, что пеньковый галстук мне заменили бы на шелковый. Но я его разочаровал. И меня отвели в камеру, где я в итоге смог немного поспать. Потом вы приехали и меня разбудили. Все.

– Да уж. Негусто. – Задумчиво хмыкнул Оутерс. – Мне нужно подумать обо всем этом. Давай послезавтра пообедаем на Верхней Набережной, в ресторанчике дядюшки Цзао. Тогда и поговорим.

– Конечно, сэр. С радостью.

– Отлично, Джек. О, да мы приехали. – Мэтр лучезарно улыбнулся. – Отдохни, приведи себя в порядок, тебе ведь еще статью сдавать, не ошибаюсь?

– О, точно, я и забыл. – И тут до меня дошло. – Боже милосердный, мне же еще от дядюшки взбучку получать, причем за дело! Кой черт понес меня на эту галеру?!

– Цитируешь Мольера? Оксфорд явно пошел тебе на пользу, – хохотнул Оутерс. И, отбросив шутливый тон, добавил: – А касаемо взбучки… Твой дядя пока ничего не знает, Раджив сразу же отыскал меня, ну а я, в свою очередь, поехал за тобой. Я Вулчера хорошо знаю, если уж он вцепится, то не отпустит, и плевать он хотел на все, кроме закрытого дела. Так что будь осторожнее, Джек. Уверен, вы еще не раз с ним встретитесь, а я не всегда смогу прибыть тебе на помощь. Ну, все, отдыхай, а у меня еще есть чем заняться. До послезавтра!

– До послезавтра, – пробормотал я, глядя, как уважаемый юрист берет в руки вожжи и, лихо свистнув, пускает лошадь в галоп.

– Мэтр опаздывает на встречу в Верхнем городе, – негромко прокомментировал картину индус. – Полагаю, что сильно. Молодой господин, ванная и свежая одежда будут готовы через десять минут. Или предпочитаете сначала пообедать?

– Пообедать, – решил я, поразмыслив. – Но сначала поговорю с дядей. Он у себя?

Раджив щелкнул крышкой своих карманных часов.

– Три часа пополудни. Да, он сейчас у себя в кабинете.

– Вот и отлично. Наверное. Ладно, я пошел, пока не передумал.

Поднявшись на второй этаж по лестнице для прислуги (она была ближе, чем парадная, не подумайте), я собрался постучать в дверь кабинета, когда услышал громкий голос дяди:

– Да входи ты уже!

Глава 2

Особняк Донохью, 15.03

– Мог бы и не стучать, Джек, – ворчливо сказал дядя. – Ты же знаешь, я тебе всегда рад.

Я огляделся. В кабинете как обычно царил полумрак. Шторы были задернуты, и все, что я видел, – письменный стол, ярко освещенный лампой, и силуэт дядюшки. Он сидел за письменным столом, поглощенный какими-то документами. За его спиной неподвижно стоял Камал. В его темных глазах отражался свет лампы, лицо было спокойным, даже сонным, но я знал, что это лишь видимость. При необходимости этот здоровяк мог быть быстрее кошки.

– Добрый день, Джек, – произнес дядя, не прерывая чтения. – Как прошло твое утро?

– Так себе, если честно, – ответил я. – Я не выспался, я видел скверное, меня арестовали и первую половину дня я провел в камере полицейского участка.

Дядюшка даже головы не поднял.

– В камере, – повторил он со странной интонацией. – И как оно? Там были крысы?

– Не знаю. Я спал. Но крыс я там не заметил.

Дядя хмыкнул.

– Тогда твой первый арест прошел гораздо лучше моего. Нам с Майки приходилось спать по очереди.

Он наконец отложил бумаги в сторону и посмотрел на меня. Очки его ярко блеснули отраженным светом. Я поёжился. Здесь стало прохладнее? Нет, показалось.

– Тебя не было за завтраком, Джек, и очень жаль. Сегодня Рене превзошел сам себя – его тортильяс были просто чудесны. Но думаю, что он с радостью приготовит еще одну порцию и подаст тебе на десерт к обеду. Ты же наверняка голоден?

Я пожал плечами и кивнул, соглашаясь. За годы, что живу у дяди, я понял, что когда он задает вопросы в такой форме, отвечать на них не обязательно. Потому что по факту это распоряжения. Примерно так я и получил Раджива. Его старший брат сопровождает дядю в поездках, выходах в свет, а когда дядя остается дома, выполняет обязанности его камердинера

– Ну что же, – нарочито бодро сказал я, когда пауза затянулась. – Пойду я пожалуй, приму ванну, а потом пообедаю и отдохну. Не буду мешать, дядюшка!

– Ступай, Джек, – кивнул дядя, уже поглощенный очередным документом. – Увидимся за ужином.

Приняв ванну и пообедав, я почувствовал себя достаточно живым для написания статьи, ради которой все и затевалось. Но не тут-то было. Мысли все время возвращались к жертве. В очередной раз потерев ранее измазанную кровью руку, я невольно вскрикнул от боли – во время мытья я так скреб кожу, что чуть ее не содрал, но запах, он все еще был здесь, в моих ноздрях, этот мерзкий, отвратительный запах.

Собравшись с мыслями, я вернулся в комнату, сел за письменный стол, пододвинул к себе печатную машинку и размял пальцы, раздумывая над началом. Что нужно сказать читателю, чтобы он дочитал статью до конца? Хороший вопрос, да? К счастью, в данном случае у меня уже был готов ответ.

«Как, наверное, знают читатели «Вечерней Звезды», совсем недавно, ваш покорный слуга вернулся на Уиллоу Рок из Англии. И знаете, у меня такое чувство, что я не покидал остров, настолько по-прежнему он выглядит, будто и не было этих шести лет. И это хорошо, это здорово, но… иногда я скучаю по вечернему Лондону. Это заставило меня задуматься, а как же развлекаются молодые люди здесь, на Уиллоу Рок? Пришлось провести небольшое "расследование", но результаты его меня изрядно удивили. Итак, предлагаю вашему вниманию семь самых популярных способов борьбы со скукой на нашем острове…».

Встав из-за стола, я потянулся. За окном неторопливо сгущались сумерки. Надо же, неплохо поработал, подумал я. А который час? Восемь часов пополудни! Ужин! Дядюшка же ясно сказал, что мы увидимся за ужином. И это будет… через десять минут? Боже, мне срочно нужно переодеться. Я почти позвал Раджива, но вспомнил про сигнальный шнур, дернул его и кинулся в ванную комнату – привести себя в порядок. К моему возвращению на кровати уже лежали костюм из твида и светлая сорочка. Одеваясь, я поймал себя на том, что продолжаю думать об убийстве, и это начинало меня раздражать.

Когда я спустился в столовую, дядя как раз садился за стол.

– Прошу прощения за опоздание, дядя. Дописывал статью и не уследил за временем, – ответил я на невысказанный упрек. Дядя кивнул.

– Ничего страшного, Джек. Работа должна быть сделана. Давай спокойно поужинаем, а после поговорим.

– Конечно. Приятного аппетита.

– И тебе, Джек.

Поужинав, мы перебрались в гостиную, куда Раджив принес кофейник, ароматные булочки и сигары.