Андрей Цедрик – Вселенная Райского: (Не)Райская история (страница 7)
Она пошла на звук. Шаги были тяжёлыми, земля тянула, как болотистая глина.
И вдруг – озеро. Впервые за всё время оно не казалось живым. Оно было как… чёрная смола. Неподвижная. Застывшая.
Посреди воды стояла фигура. Женская. В белом платье. Лицо закрыто длинными волосами. Она не двигалась. Только её тень – дрожала на воде, будто бы жила отдельно.
Маша не могла отвести взгляд.
– Кто ты? – прошептала она.
Ответ пришёл изнутри:
– Я – ты, которую ты забыла.
Ты меня бросила, когда выбрала «ту жизнь».
Но здесь – твоя настоящая.
Ветер подул, и фигура начала приближаться по воде, не двигая ногами.
С каждой секундой Маше становилось всё труднее дышать. Казалось, сама земля хочет схватить её и вернуть назад. Домой. Под воду.
И тут позади кто-то положил руку ей на плечо.
Маша обернулась.
Андрей.
Но… лицо его было белым, как мел. А на лбу – тень, как след от чёрных пальцев.
Он сказал только одно:
– Она не одна. Их семеро. И каждый уже знает, кто ты.
Маша проснулась в слезах. У неё дрожали руки. Пальцы были сжаты в кулаки – ногти врезались в ладони. Под ногтями – тина. И чёрный песок.
На подушке лежал камушек из озера.
На нём – выцарапано:
«Ты не проснулась. Просто закрыла другие глаза.»
Глава 4: Семеро под водой
Утро началось не с солнца, а с молчания.
Такого плотного и странного, что Маша проснулась в тревоге – она не услышала привычного пения птиц, не чувствовала утренней прохлады от окон, не ощущала ни одного звука живого мира. Будто всё живое затаилось.
Андрей уже не спал. Он сидел на краю кровати, обхватив голову руками.
– Они звали меня, – сказал он, не поднимая взгляда. – Во сне. Все сразу.
– Кто?
– Они… в воде. Их семь.
Он замолчал.
– И знаешь что? Один из них был я.
Маша молча натянула кофту. Руки дрожали. Под ногами – тот же холод, что и ночью. И что страннее всего – на полу у кровати остался влажный след. Словно кто-то босыми ногами стоял там до рассвета.
На завтрак не хотелось ничего. Ни есть, ни говорить, ни даже смотреть друг на друга. В комнате с каждой минутой становилось всё теснее. Словно воздух сжимался.
– Я нашёл кое-что, – сказал Андрей. – В книге Варвары. Старой.
Он вынул из рюкзака ветхую тетрадь с потемневшими страницами. Чернила расплывались, но слова были видны:
«Каждые сорок лет озеро требует себе семь душ.
И если не отдать, оно выйдет и возьмёт то, что живёт по ту сторону.
Были времена, когда приносили скот. Потом – детей.
А теперь – сами приходят. Думают, что отдыхают.
А на самом деле возвращаются».
– Мы – чужие. Но они считают, что мы должны. Или… что мы уже должны были.
Маша сжала губы.
– Я не верю в это.
– Тогда почему ты каждую ночь видишь её?
Тишина.
Андрей встал, подошёл к двери.
– Нам нужно к озеру. Сейчас. Пока солнце высоко. Пока они не начались.
– Кто?
Он посмотрел на неё с таким выражением, что по коже побежали мурашки.
– Видения.
Они дошли до озера ближе к полудню.
Теперь оно казалось другим. Уже не смолистым, но и не живым.
Безликим.
Как зеркало, натянутое над забвением.
На берегу кто-то уже был.
Старуха. Высокая. В платке. Она сидела на камне, будто ждала. В руках держала берестяной короб.
Когда Маша и Андрей подошли ближе, она заговорила, не поворачиваясь:
– Не те имена носите. Потому не могут вас найти.
– Кто? – Маша остановилась в шаге.
– Те, кто остались в воде. Семеро. Каждый связан с тем, кто ушёл, но не простился. С тем, кто был, но не умер.
– Вы… Варвара?
Старуха медленно повернула лицо.
Лицо, как пергамент. Глаза – белёсые, но ясные.
Она не улыбалась. Не злилась. Она была как само озеро – принявшая.
– Варвара была до меня. Я – та, кто её заменила.
И ты, девка, тоже не просто гостья. Ты – звено.