Андрей Труфанов – Невский рубеж (страница 6)

− Ты что-то знаешь про этих людей? − поинтересовался Пельгусий.

− Лучи креста расширялись от основания к концам? − уточнил воевода.

− Да, именно так, − ответил староста.

− Это тамплиеры, − сказал Евпатий.

− А кто это такие — тамплиеры? − изумлённо спросил Пельгусий.

− Тамплиеры — это рыцарский орден, основан во Франции. Иначе их называют Орденом бедных рыцарей Христа или Орденом бедных рыцарей Иерусалимского храма. Сами себя эти разбойники зовут «Бедные воины Христа и Храма Соломона». Самый кровожадный из всех орденов. Возник он несколько позже ордена мальтийских рыцарей-госпитальеров. Ордену принадлежат обширные земли в Европе, а также в Палестине и Сирии, а подчиняются они самому папе римскому, − ответил Евпатий.

− Откуда ты всё это знаешь? − поинтересовался Пельгусий.

− В умных книгах писано, да и людей я знавал, которые бывали на землях Франции и Британии, − ответил Евпатий.

− Так что, думаешь, их сам папа прислал сюда? − спросил староста.

− Папа не папа, но не без его ведома они здесь. У католиков одно общее дело: весь мир в свою веру обратить. Думаю, как-то договорились они между собой, − ответил Евпатий.

− Так что теперь делать будем? − спросил Пельгусий.

− Что делать? Для начала нужно понять, на какое количество ополченцев мы можем рассчитывать. Потом, если удастся, выяснить, сколько человек насчитывает их отряд. В Ладоге ходят слухи, что видели большой отряд крестоносцев — более ста копий, — который следовал из окрестностей Пскова в нашу сторону. Завтра пошлю людей проверить посад, а потом совершу рейд по Северной дороге, − произнёс Евпатий.

− В Лесные Дали надо бы людей послать — недалеко они от Бугров стоят. Чего доброго, и туда нагрянут, − предложил староста.

− Да, завтра отправлю туда десять конных дружинников. Пусть посмотрят, что там происходит. Вот что ещё думаю: если они здесь, значит, где-то должны поставить лагерь. Самое удобное место — район устьев Ижоры и Невы. Там мало селений, много воды и очень неплохая просматриваемая местность. К тому же рядом Ладожский лес, где в случае опасности можно укрыться. Но их там нет: вчера лично проводил там рейд. Где же они ещё могут быть? − спросил Евпатий.

− Может, на старой стоянке Вепря. Мои следопыты ходили туда зимой. Лагеря не было, но место очень хорошее. Там можно спокойно разместить человек двести, а то и больше, − ответил Пельгусий.

− Нужно проверить этот вариант. Только своих людей туда не посылай: рыцари — не разбойники, они обязательно устроят хорошее охранение вокруг лагеря, − предупредил воевода.

− Хорошо. Мне как дальше быть? − поинтересовался староста.

− У тебя же есть, как я помню, жильё в Ладоге? Иди туда. А если ты понадобишься, пришлю к тебе своего человека. Если же узнаешь что-то о судьбе людей из деревни — немедля беги ко мне. А теперь иди, небось утомился с дороги, да и поесть тебе надо, − сказал Евпатий. Пельгусий поклонился и вышел.

− Этого ещё не хватало — храмовники появились. А может, они с самим Гедемином пожаловали? В том году ничего у него не вышло, вот и хочет в этом реванш взять, − сказал себе Евпатий.

Лебяжий острог

В остроге началась суетливая жизнь. С началом строительства нового острога большинство людей находилось там. Лукерья с Глашей, а также Пелагея с Ладой по очереди готовили еду для работников. Из мужчин в остроге постоянно были только отец Евлампий, Митрич, Фирс, Фомка-блаженный и пара дружинников для охраны; остальные все находились на Северной дороге. Лишь охотник Архип каждый день ходил на охоту за дичью.

Этим утром Архип, как всегда, вышел с рассветом и направился в сторону Соснового леса, где всегда водилось много дичи. Он шёл не спеша, любуясь весенним лесом, в котором повсюду просыпалась жизнь. Множество разноцветных птиц кружило вокруг, по деревьям весело прыгали белки, а чуть поодаль пробежал испуганный заяц. Пахло весной. Вдруг он услышал какие-то отдалённые голоса и осторожно пошёл в ту сторону, откуда они доносились. Пройдя около сотни метров, он увидел бредущих по лесу людей. Архип притаился за широким дубом.

− Потерпите, осталось немного, − сказал крупный мужчина.

− Дети оголодали и замерзли ночью, − ответила женщина.

− Ничего, ещё пару часов — и будем на месте. Там согреетесь, и вас накормят. Мир не без добрых людей, Степанида, − пытался успокоить её мужчина.

− Хорошо тебе, Илья, ты вон какой здоровый, − кряхтя, сказала Агрепина. Тут из-за кустов вышел охотник.

− Илья? − удивился он. − Что вы здесь делаете?

− Архип? − тоже удивившись, молвил Илья. − Да, он самый.

− Я вот на охоту вышел, дичи в этом лесу много, − сказал охотник.

− А мы в острог идём. Горе у нас, Архип. Опять эти дьяволы-крестоносцы напали на нашу деревню. Вот все, кто в живых остался, − произнёс Илья.

− Вот как... Ну, пойдёмте тогда в острог быстрее, небось все изголодались, − молвил охотник.

− Есть немного, − сказал Елисей.

− Тогда пошли. Бабка Авдотья вас накормит и обогреет, − сказал Архип и повёл людей в обратную сторону. Через некоторое время они уже были в остроге.

Бабка Авдотья встретила гостей приветливо и сразу повела к столу. Сегодня на Северной дороге дежурили Лукерья и Глаша, поэтому Пелагея и Лада были в её распоряжении.

− Пелагея, быстро неси на стол, а то люди в лесу оголодали, − проворчала бабка.

− Случилось что? − поинтересовалась Пелагея.

− Потом узнаешь, а сейчас бери Ладу и несите еду, − ответила Авдотья.

Вскоре женщины принесли кашу, яйца, хлеб и молоко. Илья и остальные принялись за еду. Пока они ели, их никто не беспокоил, даже подошедший дед Митрич. Бабка Авдотья наказала Пелагее натопить баню, чтобы люди могли отогреться и помыться.

− Ну, рассказывай, Илья, что с вами приключилось? − спросил Митрич. В этот момент в избу вошёл отец Евлампий.

− Что ты, Митрич, пытаешь людей? Дай им поесть, − строго произнёс отец Евлампий.

− Да они уже поели, вот я и интересуюсь, − сказал дед.

− Ну, если поели, то рассказывай, Илья, − сказал батюшка.

− Опять, отец Евлампий, эти дьяволы-крестоносцы напали на нашу деревню. Вот все, кто остался. Еле отбились от них. Только эти какие-то другие были: кресты у них красные на плащах, и речь не немецкая, а тот язык я немного знаю, − сказал Илья.

− Вот как... Нужно оповестить владыку. Сегодня же пошлю ему весточку с голубем, − сказал отец Евлампий.

− Евпатия Пельгусий оповестит. Он как раз в то время у нас был, по поручению посадника приезжал. Я его сразу отправил, чтобы успел предупредить воеводу, − произнёс Илья.

− Хорошо. Отдыхайте. Вечером приедут Никита с Игнатом, тогда и поговорим. Они люди военные, знают, что делать, − сказал Евлампий. − А сейчас Пелагея вам баньку истопит, прогреетесь как следует.

Пелагея натопила баню. Первыми пошли женщины с маленьким Даниилом. Потом парились мужчины.

− Илья, что теперь делать будем? Видно, деревня наша вся сгорела, − спросил Агапит.

− Сейчас по велению владыки и новгородских властей возводят новый острог на Северной дороге. Говорят, гораздо больше прежнего. Думаю, для обслуги люди понадобятся. А потом охотник и скорняк, как ты, им не помешают. Отец Евлампий жалует ремесленников, да и бабы у нас работящие. Вон, когда на той стороне Волхова разбойники Вепря Заречье сожгли, их жителей в острог взяли. Буду просить отца Евлампия, чтобы и нам покровительство своё дал, − ответил Илья.

− А ну поддай пару, Елисей, − попросил Агапит и хлестнул Илью дубовым веником по спине.

− Ох, хорошо. Ещё похлещи, чтобы кожа распарилась, − произнёс Илья.

− Веники у них хорошие, дубовые да берёзовые, − сказал Елисей и плеснул в печь воды.

− Как думаешь, Илья, кто-нибудь ещё в живых остался? − спросил Агапит.

− Думаю, нет. Те, прошлогодние, вороги лютые были, а эти и того хуже. Всех подряд под меч. Когда вы бежали, я собственными глазами видел, как деду Акинфу голову, будто тыкву, на две части разрубили. Рубил тот здоровый, который в моём дворе с нами дрался. Я его оглоблей так саданул, что он в конский навоз свалился, − ответил Илья. Все невольно рассмеялись.

− Так ему и надо, дьяволу пустоголовому. Вот придёт Евпатий с дружиной, всыплет им по первое число, − сказал Елисей.

− Мал ты ещё о ратных делах думать. Евпатий придёт... А ты хоть знаешь, сколько их на нашу землю пришло? Не думаю, что это все были. К тому же, если они пожаловали, то обязательно должен быть обоз, и лагерь они где-то разбили, − наставительно ответил Илья Елисею.

− На каком языке они говорили? − спросил Елисей.

− Не знаю. Как шведы лопочут — слышал, как немец гавкает — тоже слышал, а этот какой-то незнакомый, − ответил Илья.

− Значит, какой-то новый ворог, нам ещё не ведомый, прибыл с нами воевать. Видели, какое у них оружие дорогое и доспехи хорошие? Видно, богатый хозяин за ними стоит, − сказал Агапит.

− Ты кресты на плащах видел? Так вот, все они одним миром мазаны. Папские выкормыши, и на землю Русскую пришли, чтобы в свою проклятую веру нас обратить. Буслай говорил, что к нашему князю не раз папские посланцы приезжали, книги какие-то привозили, так Александр их в шею выгнал, − произнёс Илья.

− Ну и молодец, что выгнал. И этих, в плащах с крестами, выгонит. Вот увидишь, Илья, − сказал Агапит и плеснул воды в печь. Илья крякнул от удовольствия.

− Ладно, давайте заканчивать. Скоро должен Никита с Игнатом приехать, надо ещё с ними переговорить. А завтра пойдём помогать им со строительством, − сказал Илья.