Андрей Труфанов – Невский рубеж (страница 2)

− Ладно, пытки пусть остаются привилегией палача, а мы воины. Нам о походе думать надо. Я так понимаю, выступать нужно летом. Мы пойдём через Изборск на Псков, − молвил Андреас фон Вильвен. − Я сам поведу воинов Ордена.

− Да, сын мой, доверяю тебе эту священную миссию. Давайте выпьем вина за успех нашего похода и за здравие его святейшества папы римского, − предложил магистр. Все встали.

Через два дня шведское посольство возвращалось к Эриху Картавому. В это время из Ладоги прибыл Вальтер с хорошими новостями: стоянка для отряда Гедемина была оборудована на старом месте, где когда-то находился лагерь Вепря. Гедемин, фон Борк и Манфред со своими людьми спешно отбыли в новгородские земли.

Ладога

После долгих скитаний по лесам Олаф, Непея и Финн наконец обрели некоторое спокойствие и комфорт. Сначала они прибыли на старое место стоянки Вепря, где стали ждать вестника из Ладоги, но вместо него туда пришли Бардим и Чаклер, а днём позже прибыли вестовой от боярина Алексея и Вальтер. Так голодные и обмороженные разбойники попали в Ладогу. Боярин Алексей нашёл для них небольшое ветхое, но отапливаемое жильё, а Вальтер обеспечил их продуктами. Чаклер и Бардим поселились в посаде. Шпион боялся быть узнанным и, поскольку в ближайшее время никаких дел не предвиделось, решил укрыться подальше от знакомых глаз. Боярин Алексей тоже не хотел лишний раз высовывать нос из своего жилища, так как люди Евпатия знали о боярине-Иуде и могли его признать. Тогда его настигла бы жестокая кара. Поскольку Финн вызывал в городе меньше всего подозрений, его сделали связным между всеми, и он стал проживать вместе с боярином Алексеем. Его это вполне устраивало: во-первых, там было гораздо просторнее, уютнее и теплее, а во-вторых, стол у боярина был сытнее, чем у разбойников.

Финн сидел за столом и бесцельно бросал кости, как вдруг услышал стук в дверь и насторожился. Стук повторился. Он осторожно подошёл к двери и вынул из-за пояса большой датский нож.

− Кто там? − спросил он.

− Открывай, это Бардим, − послышалось из-за двери. Финн узнал голос разбойника.

− Сейчас, подожди, − произнёс он и снял засов. Бардим вошёл в горницу.

− Что, не ждал? Чаклер прислал меня. А где боярин? − спросил Бардим.

− Ушёл куда-то, он мне не докладывает. Надел рясу и ушёл утром, − ответил Финн.

− Понятно. Дай воды испить, а то после ходьбы ком в горле стоит, − попросил Бардим. Финн подошёл к жбану с водой и зачерпнул ковшом.

− На, пей, − произнёс он. − Зачем пожаловал?

− Скоро Вальтер с рыцарями должен появиться, нужно идти в лес, готовить стоянку. И дров нарубить не забудьте, всё должно быть наилучшим образом. Чаклер говорит, что какие-то знатные рыцари пожалуют, один вроде бы из самой Британии с людьми прибыл, капитульер ордена тамплиеров. Видимо, серьёзное дело немец затевает, − ответил Бардим.

− Скорее бы, а то запасы у боярина уже заканчиваются, оскудел стол. Недавно мясо ели, а сейчас только хлеб да немного сыра, − произнёс Финн.

− Тебе ли говорить. Когда мы с Чаклером в лес пришли, вы там еле живые были. Ещё пару дней — и загнулись бы от голода или околели от холода, − сказал Бардим.

− Это да, но человек быстро привыкает к хорошему. Думаю, немец не даст нам голодать, − произнёс Финн.

− С большим обозом они поедут. Вальтер сказал, что человек сто будет, не считая монахов и разной прислуги. Одних конников человек сорок, а то и больше, − молвил Бардим.

− Короче, мне нужно идти за Олафом и Непеей и выдвигаться в лес? − спросил Финн.

− Да, завтра нужно идти. И вот, возьми, тут немного серебра. Сходи на рынок и закупи продуктов, чтобы вам хватило до прибытия немца. Если возникнет что-то непредвиденное, придёшь сам, Олафа и Непею не посылай. У Олафа всё на лице написано, кто он, а Непея — смерд беглый, − предупредил Бардим и отпил ещё глоток воды. Жидкость струйками потекла по его жидкой бороде и намочила рубаху.

− Ладно, всё понял. Боярин придёт — тогда пойду. А ты ступай, здесь много лишних глаз. Соседи знают, что к Алексею никто не ходит, он вроде как отшельник живёт, а меня выдал за племянника, который приехал его навестить из Твери. Сейчас там голодно после нашествия монголов: много пожгли и разграбили язычники. За последний год много народу из центральной Руси в наши места пришло, − произнёс Финн.

− Ладно, бывай, пойду я, а ты особенно не мешкай, − напомнил Бардим и вышел на улицу.

Олаф и Непея от скуки играли в кости. Из своей избы они практически не выходили: боярин Алексей строго запретил им это делать. Скудную еду раз в два дня им приносил Финн. Их занятие прервал скрип открывшейся двери. Они оглянулись и увидели вошедшего Финна.

− Еды принёс? − недовольным голосом спросил Олаф.

− Да, вот немного, до завтра хватит. От Чаклера Бардим приходил, сказал, что завтра нам идти в лес — лагерь крестоносцам готовить. Скоро они должны пожаловать с большим отрядом. Боярин Алексей сказал, что мы будем у них проводниками. Ладно, пойду, мне ещё на рынок надо — запастись продуктами на несколько дней. Завтра из города нас подземным ходом выведет один человек, который служит боярину, − ответил Финн, передал Непее узелок с едой и пошёл к выходу.

− Что скажешь? − спросил Непея, когда дверь за Финном закрылась.

− А что говорить, кончилась наша тёплая жизнь, теперь придётся немного помёрзнуть, − ответил варяг.

− Ну, может, оно и к лучшему — хоть немного скуку развеем. Да и погода вроде не холодная. Вон капель какая, весна своё берёт, − произнёс Непея.

− Не думал я, что так долго задержусь на этой земле. Какая муха тогда Ольгерта укусила, что он решил идти вглубь страны, подальше от моря? Раньше-то мы только на прибрежные селения нападали, а потом вдоль Волхова пошли. И вот чем поход наш закончился. А Ольгерт золотые горы обещал, говорил, что богата земля новгородская, − молвил Олаф.

− Кто же знал, что этот проклятый Буслай со своими дружинниками попадётся на вашем пути, − произнёс Непея.

− Можно было бы с ним справиться, только Ольгерт недооценил силы противника. Говорил, что дружинников мало, что мы одолеем количеством. Ладно, чего старое поминать. В этом году поквитаемся за всё. Поход этот, видимо, богатым быть обещает, − сказал варяг.

− Что потом делать будешь? − поинтересовался смерд.

− Разбогатею — поеду на свои земли, к датскому побережью, − произнёс он.

− Я, наверно, тоже подамся подальше от этих мест — не будет мне жизни на новгородской земле. Может, в Чернигов пожалую, а то и в сам Киев, − произнёс Непея.

− Везде сейчас неспокойно. Там монгол хозяйничает, всей Европе от них покоя нет, − сказал Олаф.

− Да, монголы сейчас хозяйничают на Руси. Мой боярин говаривал, а я случайно услышал, что зимой тридцать восьмого года жестокая битва под Коломной была. Побили они рать нашу, а потом Владимир, Суздаль, Ростов, Тверь, Переяславль и другие города разграбили и пожгли. После взятия Торжка хотели на Новгород двинуть, но потом почему-то повернули назад. Не дошли всего вёрст сто и повернули в половецкие степи. А по пути им попался городок злой, Козельском зовётся. Так не могли они этот город семь недель взять, тьму людей потеряли, − молвил Непея.

− Ладно, что нам с тобой монгол? Другие у нас сейчас заботы будут. А когда разбогатеем, тогда и о будущем подумаем. А сейчас давай посмотрим, что нам Финн пожевать принёс, − предложил Олаф и стал развязывать узел.

Северная дорога

В феврале отец Евлампий, взяв с собой Фёдора и Шемяку, в сопровождении Тимофея и Свирида, прибыл в Новгород по приглашению владыки Спиридона. Спиридон вызвал его, чтобы обсудить строительство нового острога. Отец Евлампий представил проект, предложенный Фёдором. Владыка проект одобрил. По замыслу, новый острог должен был быть вдвое больше старого. Фёдор также предлагал возвести двое ворот и четыре башни: две с одной стороны и две с другой. Башни планировалось соединить навесными переходами с бойницами для стрелков. Для осуществления проекта владыка отрядил на Северную дорогу множество лесорубов, которые должны были за два месяца заготовить лес. К середине апреля лес подготовили, и началось строительство. Одновременно со стенами принялись возводить избы. Фёдор занялся строительством новой часовни. А Калаш, Зозуля, Мотыль, Дар, Рябой, Мирон, Арефа, Кузьма, Ефим, Спирька и Лопух взялись за постройку домов из заранее приготовленных брёвен. Им помогали и новгородские мастера. Владыка торопил: он хотел, чтобы к началу лета строительство острога завершилось. Никита как десятник почти каждый день находился на объекте и контролировал работы.

− Что, Фёдор, как думаешь, осилим к концу весны? − спросил он.

− А почему бы и нет, осилим, если никто мешать не будет. Вон, гляди, как мужики трудятся. Хорошо, что уже тепло, − ответил Фёдор.

− Хорошо бы, чтобы в этом году лето удалось, как в том. Вон сколько продовольственных запасов осталось. Митрич говорит, что никогда у них такого не было, − произнёс Никита.

− Митрич хоть и болтун, но здесь прав: в этом году нам повезло — и урожай хороший, и с охотой и рыбалкой сильно повезло. Ну, ладно, ты иди лучше глянь, как там наверху мужики бойницы делают, а мне крышу закончить надо, чтобы Шемяка мог подготовить стены для росписи, − сказал Фёдор. Никита стал подниматься по лестнице наверх, где строители делали переход между башнями.