Андрей Торопов – Странники (страница 30)

Такое разительное отличие не укладывалось у неё в голове. При том, что за исключением мелочей этот мир был похож на Землю как две капли воды. Иногда ей даже приходилось напоминать себе о том, что это не какой-нибудь уголок Земли, а другой мир.

Эмилию это даже слегка раздражало, поскольку делало её уникальную способность к путешествиям не такой уж ценной. Похожим было абсолютно всё: люди, их расы, дома, автомобили. И уж после всего этого Эмилия точно не ожидала увидеть какую-либо экзотику в местной авиации. В конце концов, всё летающее держится на двух вещах – физике и экономике. А они здесь, судя по всему, от земных ничем не отличались.

Хотя она планировала не разговаривать с Резой в течение всего перелёта, «мстя» ему за капли, любопытство оказалось сильнее.

– Реза? А почему у вас самолёты не похожи на наши?.. – Тут она осеклась, осознав, что вряд ли он когда-нибудь видел их самолёты. – …В смысле, у наших самолётов форма более…

– Я знаю, какая форма у ваших самолётов, – побывал на Земле несколько раз.

– Да? – Эмилия моментально забыла про авиацию и уже собиралась расспросить своего спутника, что он думает о её мире, но Реза уже пустился в объяснения.

– Просто учёный из нашего мира лет тридцать назад разгадал, как работает гравитация.

– Вот это да! – восхищённо отреагировала Эмилия. – Настоящий гений!

– Может, и гений, – пожал плечами Реза. – Хотя настоящего гения, как мне кажется, его собственное изобретение не должно было раскатать в тонкий блин.

Эмилия нервно сглотнула.

– Большинство учёных считают, что он сделал это открытие по ошибке.

– Может, просто завидуют? – предположила Эмилия.

– Чему? Тому, что его еле от пола отскребли?

Эмилия неодобрительно посмотрела на Резу, но тот её взгляда либо не заметил, либо просто проигнорировал.

– Мне кажется, что так оно и было, потому что этот физик специализировался на поведении объектов в условиях сильного давления. Например, на глубине моря. Сделанное же им открытие как-то далеко и от моря, и от давления. Но зато теперь у нас есть антигравитационный двигатель, и аэродинамика корпуса самолёта уже не так важна, как в вашем мире.

– Так вы, наверное, уже весь окрестный Космос покорили?

– С чего вдруг? – искренне удивился Реза.

– Ну, не знаю… У меня есть один знакомый, любитель научной фантастики. Так вот он мне как-то рассказывал, что в фантастических романах… правда, в основном в старых, – все как раз летали на таких вот антигравитационных двигателях.

– А фантастика точно научная? – не особо приятно съязвил Реза. – Антигравитация есть, пока есть гравитация. Так что далеко вверх такая птичка не улетит. Даже спутники на орбиту поднимают ракеты с дополнительными двигателями, которые работают так же, как и ваши. Так что мы пока даже до ближайших планет не добрались.

– Эх… – вздохнула Эмилия. – Но всё равно круто! Антигравитация!

– Ты бы знала, сколько этот двигатель жрёт энергии, – усмехнулся Реза. – А энергию у нас, так же как и во всех известных мне мирах, делают из природных ископаемых. Когда эту технологию изобрели, тоже рассказывали, как это круто – мы теперь можем не жечь двигателями нефть, как пещерные люди, а использовать научно-технический прогресс. И экологию сбережём, разумеется. Государство тогда прогнуло все авиакомпании на замену самолётных парков, цены на авиаперевозки выросли вдвое. А вот отчёта по эффективности всех этих мер никто так и не увидел.

Эмилия как-то сразу потеряла свой энтузиазм по поводу научного прогресса и зачем-то обиделась на Резу ещё раз.

Они всё шли и шли через огромный терминал, и тут у Эмилии появилось смутное, но очень нехорошее предчувствие. Судя по указателям вокруг, они уже подходили к своему выходу на посадку. И уже даже шли мимо первого такого выхода.

– Реза? – окликнула она спутника таким тоном, что обычно флегматичный спутник среагировал на неё сразу. – А паспортный контроль у нас вообще будет?

– Нет. Мы же летим внутренним рейсом.

Увидев её реакцию, он даже отошёл на полшага и торопливо объяснил, не дожидаясь новых вопросов:

– До посадки никто нас проверять не будет, но уже по прилёте на выходе из аэропорта стоят камеры, которые считывают радужку глаза. Если бы тебя не нашли в базе, возникли бы вопросы. – Поколебавшись, Реза добавил: – Это новшество у нас недавно внедрили. Большинство людей про эти камеры даже не знают.

Откуда про них знает Реза, Эмилия не стала и спрашивать.

***

Лететь было скучно, но зато гораздо более комфортно, чем Эмилия привыкла. Кресла были больше и удобнее и по земным стандартам скорее напоминали бизнес-класс. От настоящего бизнес-класса их отличало только количество сидений в ряду. Их было восемь: два по бокам и четыре по центру.

Пару раз она пыталась посмотреть фильмы на встроенном в спинку кресла мониторе, но ни один из них не смогла осилить даже до середины. Хотя она прекрасно понимала язык, но впервые по-настоящему осознала выражение «культурные различия».

На Земле она жила в эпоху глобализации, и все люди, по крайней мере в развитых странах, жили одними и теми же проблемами. Наверняка здесь было так же, но их глобализация Эмилию не коснулась, поэтому, когда темы разговоров выходили за пределы финансовых трудностей, еды или любовных отношений, она начинала теряться в догадках, что именно хотел сказать тот или иной персонаж.

Правда, иногда у неё внезапно наступало прозрение. Например, услышав в пятый раз фразу «попроси у Отшельника», она поняла, что, по сути, это означает «когда рак на горе свистнет». Но что стоит за этой фразой, она понятия не имела. Впрочем, как и за свистящими раками.

И случилось таких прозрений всего пара или тройка. Хуже всего, и это было предсказуемо, дела обстояли с местными шутками. Видя, как собеседники героя смеются после очередной фразы, Эмилия ощущала себя деревяшкой, полностью лишённой чувства юмора, с которым на Земле у неё всегда всё было в порядке, даже за границей. Разочарованная, она включила какой-то музыкальный канал, но вскоре выключила и его. Это её, правда, уже не сильно расстроило: с музыкой в самолётах ей и на Земле не везло.

Некоторое оживление в перелёт внёс обед. Вспоминая неудачные гастрономические эксперименты в Некмэре, Эмилия ждала этого часа с лёгкой тревогой, но, как и «дома», ей предложили всего два блюда на выбор. В результате обедом оказалось мясо, похожее на индейку, и гарнир, напоминавший булгур. Не самые её любимые блюда, но от самолётной еды она ничего особенного и не ждала. На десерт, правда, ей достался удивительно вкусный фруктовый салат, но, дабы сохранить баланс, Вселенная также положила ей кекс, который Эмилия торопливо выплюнула в тарелку, едва откусив.

После обеда к туалетам выстроились немаленькие очереди – феномен, который Эмилия наблюдала и на Земле, но тоже никогда не понимала. Вроде как процесс переваривания пищи должен занимать не менее четырёх часов, но, видимо, не у всех.

Девушка включила карту и какое-то время увлечённо изучала ничего не значащие для неё названия городов, над которыми они пролетали. Люди тем временем возвращались на свои места. Кто-то досматривал фильмы, кто-то читал, но большинство дремали, несмотря на ранний вечер. Эмилия спать не хотела, тем более что зачем-то попросила у стюардессы кофе, о чём теперь сожалела. Лететь ещё оставалось часа два, и проспать их было бы идеальным решением.

От скуки она чуть было не пошла на попятную и почти заговорила с Резой, но тот сидел в наушниках и смотрел какой-то мультик, картинкой и анимацией сильно напоминающий аниме. Чтобы хоть как-то себя развлечь, она решила прогуляться до туалета.

Очередь давно рассосалась, но кабинки были заняты, и возле одной из них ждала маленькая девочка, которую Эмилия легко опознала даже со спины благодаря ярким трёхцветным волосам. Чертыхнувшись про себя, она подумала, не улизнуть ли потихоньку обратно на своё место, но Эльза уже обернулась на её шаги и картинно приподняла брови.

Эмилия ожидала от неё какую-нибудь колкость вроде: «Если бы не ты, я бы сейчас на нормальном месте сидела!», но девочка оказалась более воспитанной, чем показалось. А может, просто не так уж сильно на неё обиделась. Зато она моментально расположила к себе Эмилию первой же фразой:

– Ненавижу летать! Скукотища, правда?

– О да! – искренне согласилась Эмилия. – Некоторые, правда, фильмы смотрят, и им норм вроде.

– Это они от безнадёжности, – уверенно пояснила девочка. – Я все их интересные «новинки» ещё неделю назад в кинотеатре посмотрела. Ну или дома, по кабельному.

Эмилия кивнула, совершенно не понимая, как она могла бы продолжить диалог. И заодно ругала себя за то, что сама заговорила про кино. Если Эльза поинтересуется у неё, что из последнего смотрела Эмилия или какие фильмы ей нравятся, что она ответит? К счастью, девочка сама продолжила разговор, заодно сменив тему.

– А вы тоже домой возвращаетесь? – спросила Эмилию Эльза.

– Не совсем, – уклончиво ответила Эмилия, осознав, что кино может быть не самой скользкой темой.

– То есть вы живёте в Некмэре? Вот повезло вам – такой красивый город, не то что наши трущобы. А зачем в Нискан летите?

Эмилия начала уже сочинять про себя стандартную историю про студенческие каникулы и дальних родственников, но потом ей пришла в голову другая идея. Эльза ведь совсем ребёнок; к тому же она казалась открытой и любознательной, а все дети любят сказки. Эмилия воровато огляделась. Ближайшие к ним кресла были пустыми, и большинство пассажиров либо спали, либо смотрели фильмы в наушниках – до них двоих не было никому никакого дела.