Андрей Стародубцев – Капитан Марк или кофе с запахом лаванды (страница 2)

– Вот именно! – Марк подмигнул. – Так что не переживай. Я слишком привык к твоей компании, чтобы так просто исчезнуть. К тому же… кто, кроме меня, помнит, что ты любишь, когда я загружаю в твои базы новые музыкальные подборки? Помнишь тот джаз 20‑го века, который я загрузил тебе? Ты тогда зависла надолго – я уж думал, ты перезагрузилась от восторга.

– Это был анализ гармонических последовательностей, – слегка смущённо поправила Вейлин. – Но… да, джаз мне понравился. Особенно Майлз Дэвис.

– Видела бы ты себя сейчас, – рассмеялся Марк. – Прямо как человек, который впервые попробовал мороженое и пытается сделать вид, что ему всё равно.

– Мороженное? Надо будет попробовать… – её взгляд упал на стоящий рядом 5D принтер.

Марк кивнул, задумчиво потирая подбородок.

– Капитан, – в голосе ИИ прозвучала тревога, – я всё ещё веду мониторинг. Я оставила Элию в каюте для гостей, но она вышла – и сейчас приближается к медицинскому отсеку.

Марк слегка нахмурился, бросив взгляд на дверь.

– Понятно. Держи меня в курсе её перемещений. И… Вейлин, что там с той сумкой, которую она принесла на борт? Ты успела её просканировать?

– Да, я провела полный спектр анализов, – ответила Вейлин. – И это любопытно: сумка изготовлена из неизвестного композитного материала с экранирующими свойствами. Мои сенсоры не могут проникнуть сквозь оболочку – ни рентген, ни спектральный анализ, ни даже квантовое сканирование не дают никакой информации о содержимом.

– То есть ты хочешь сказать, что не видишь, что внутри? – Марк приподнял бровь.

– Именно так. Результат нулевой. Материал поглощает или отражает все виды излучения. По структуре он напоминает сплавы, использовавшиеся древними цивилизациями для создания хранилищ артефактов – если верить легендам, конечно.

– Отлично, – Марк снова стал серьёзнее, но в глазах всё ещё плясали смешинки. – Значит, так: я «случайно» окажусь там же – якобы за пластырем для царапины, которую сам себе только что нанёс. Ты следи за её действиями, анализируй биопараметры, ищи несоответствия. А если что‑то пойдёт не так…

– …я активирую протокол экстренного спасения «М-01», – закончила за него Вейлин.

– «М-01»? Что за бред?

– С кофе, шоколадными батончиками и плейлистом джаза. – пояснила Вейлин, – А «М-01» – это Магия, версия один.

– Ладно, – кивнул Марк. – И Вейлин?

– Да?

– Спасибо, что беспокоишься. Это… много для меня значит. Даже если я иногда веду себя как безрассудный авантюрист.

– Безрассудный – да, – согласилась Вейлин. – Но именно такой ты мне и нужен. Удачи, Марк. И будь осторожен.

– Обещаю, – он положил руку на панель у двери, словно мог таким образом передать ей своё тепло. – Держим связь. И помни: никакой паники, пока я не скажу «паника».

– Зафиксировано, – в голосе Вейлин прозвучала едва заметная улыбка. – Протокол «Паника» активируется только по твоему прямому приказу.

Марк неторопливо зашёл в медицинский отсек – как и планировал, «случайно». Элия стояла у диагностической панели, сосредоточенно изучая какие‑то показатели на экране: тонкие пальцы порхали над сенсорным интерфейсом, а в глазах отражались бегущие строки данных. При его появлении она обернулась и слегка приподняла бровь – едва заметное движение, выдававшее лёгкое удивление.

– Капитан? – её голос звучал ровно, почти отстранённо. – Что привело вас сюда?

Марк слегка улыбнулся и, демонстративно поморщившись, продемонстрировал неглубокую царапину на предплечье – след «случайного» столкновения с острым углом панели в коридоре.

– То же, что и тебя, – необходимая медицинская помощь… а может, забота. В космосе, как и в жизни, редко найдёшь того, кто действительно умеет это делать. Здесь каждый сам за себя, а тепло человеческой поддержки – словно кислород в разгерметизированном отсеке.

Элия скользнула взглядом по царапине, затем снова посмотрела ему в глаза.

– А Вейлин… умеет? – в её тоне прозвучала едва уловимая ирония.

– О да! – Марк усмехнулся. – Она как никто может позаботиться обо всех сразу – и иногда делает это весьма настойчиво. Помнится, однажды она заблокировала все выходы из кают‑компании, пока я не доел суп. Утверждала, что «капитан должен поддерживать оптимальный уровень питательных веществ».

Элия едва заметно улыбнулась – уголки губ дрогнули, а в глазах мелькнуло что‑то вроде одобрения.

– Значит, тебе повезло с ней. Это действительно редкость – когда живой организм находит в себе симпатию к искусственному. И более того – обнаруживает в нём отклик, почти родство.

Марк сделал шаг ближе, внимательно вглядываясь в её лицо. В медотсеке царил мягкий, рассеянный свет, подчёркивая тонкие черты, но оставляя в тени глубокие, как космос, глаза девушки. Где‑то вдалеке едва слышно гудели системы корабля, создавая фоновый ритм их разговора.

– Что есть, то есть, – кивнул он. – Мы с ней дружны. Порой мне кажется, что она знает меня лучше, чем я сам. Но теперь, когда ты в безопасности и мы знакомы уже почти час… может, перейдём на «ты»? Так будет проще искать общий язык.

Элия на мгновение замерла, словно взвешивая его слова, затем чуть склонила голову – лёгкий кивок, почти незаметный, но полный значения.

– Согласна, – произнесла она мягче, чем прежде. – Так действительно будет проще. И… спасибо, Марк. За помощь. И за то, что не стал задавать слишком много вопросов сразу.

Он подмигнул:

– Вопросы будут, но они подождут. А вот царапина – нет. Так что, доктор, каков твой вердикт? Выживу?

Элия рассмеялась – коротко, искренне, и в этом звуке вдруг проступило что‑то человеческое, настоящее.

– Выживешь, – она шагнула к медицинскому шкафу. – Но только, если будешь слушаться врача. И не станешь «случайно» получать новые травмы в ближайшие пару часов.

Марк шутливо поднял руки:

– Обещаю вести себя прилично.

А про себя добавил : «По крайней мере, до тех пор, пока не узнаю о твоих находках… и о тебе самой».

– Как твой корабль оказался здесь? Ведь рядом ничего нет.

В глазах Элии снова мелькнул тот самый огонёк – смесь настороженности и интереса, – но она лишь покачала головой и снова улыбнулась – на этот раз чуть теплее, и жестом пригласила его подойти ближе.

– Позволь взглянуть на твою рану.

– Право не стоит, рана пустяк и не требует внимания, – пробормотал Марк убирая руки за спину.

Элия подошла, взяла его за руку и нежно провела другой рукой вдоль царапины. Марк ощутил тепло её кожи – вполне человеческое, даже успокаивающее. Но что‑то было не так: слишком ухоженные руки, идеальный маникюр с едва заметным перламутровым отливом, плавные, почти механические движения – слишком точные, чтобы быть случайными.

Свободной рукой Элия достала из кармана комбинезона компактный прибор размером с ладонь.

– Не дёргайся, – тихо сказала она, наводя прибор на рану.

Из окошка вырвался тонкий, почти невидимый луч лазера – настолько точный, что Марк даже не почувствовал тепла. Только лёгкое покалывание, будто от статического электричества. Элия медленно провела лучом вдоль царапины, выдерживая идеальную траекторию: ни на миллиметр в сторону, ни малейшего колебания руки.

Через несколько секунд луч погас. Элия убрала прибор обратно в карман и слегка отступила, оценивая результат. На месте царапины остался лишь едва заметный белёсый след – как от давно зажившего шрама.

– Готово, – произнесла она спокойно, но в голосе прозвучала нотка гордости. – Заживление на молекулярном уровне. Старая технология, но до сих пор одна из самых эффективных.

Марк осторожно пощупал кожу в том месте, где только что была рана. Поверхность была гладкой, без воспаления или покраснения. Он поднял взгляд на Элию.

– Что ж, – он слегка согнул руку, проверяя ощущения, – спасибо за лечение. Теперь самое время пригласить тебя на обед. Ты наверное голодна?

Элия улыбнулась чуть шире – на этот раз почти искренне.

– Всему своё время, Марк. Всему своё время. Твоя царапина… Удивительно быстро появилась и так же быстро зажила для обычного человека.

Марк замер, затем рассмеялся:

– Вижу, ты тоже не теряешь бдительности. Признаю, царапина была… постановочной. Но остальное – чистая правда: я действительно хочу понять, кто ты и что ищешь. И готов помочь – если это не угрожает моему кораблю и команде.

Элия помолчала, оценивающе глядя на него. В её глазах мелькнуло что‑то новое – не то уважение, не то интерес.

– Честность – редкое качество, – наконец произнесла она. – Возможно, мы действительно сможем договориться. Но сначала – ответь: Вейлин уже просканировала мои биопараметры?

Марк сделал невинное лицо:

– Вейлин? Сканирует? Да ты что, она же воспитанная! Максимум – записывает данные для бортового дневника.

Из динамика над дверью раздался невозмутимый голос Вейлин:

– Марк, уровень саркастичности в твоём ответе превысил допустимые нормы на 52%. Рекомендую быть откровеннее.

Элия расхохоталась уже в полный голос, и на мгновение её глаза словно потеплели.

– Хорошо, Марк. Я принимаю твоё приглашение на обед. Куда идти?