Андрей Сизов – Некто в красном фраке (страница 16)

– Нет. Она пока что в процессе написания. Начал писать её совсем недавно… В январе я должен сдать книгу в редакцию, чтобы уложиться в срок, прописанный в договоре, и получить аванс в размере четырёх тысяч долларов.

– Ого, неплохая сумма! – одобрительно произнёс Фрэнк, поджимая подбородок. – Но ты, я знаю, достаточно известен на северо-западе Америки. Поэтому и неудивительно, что тебе так щедро платят.

– Главное, чтобы прибыль у издательства превысила его расходы на рекламу. Иначе мне урежут первоначальную плату…

– Да, это, пожалуй, верно! – неестественно покашливая, проговорил Фрэнк, желая подчеркнуть сказанное. – Видишь, они возлагают на тебя большие надежды и, соответственно, выдают тебе своего рода кредит доверия. Они знают, что ты, вероятно, покроешь их расходы. Верно говорю? – напористо спросил Фрэнк.

– Наверное. – сухо ответил Джек, видимо, смущаясь чрезмерной хвальбы. – Но думаю, они не мыслят в таких высокопарных категориях. Их волнует только личная выгода. Ничего плохого в этом не вижу… – задумчиво сказал Джек, сложив руки на столе перед собой.

– Ох, Сочинитель Джек, не могу с тобой не согласиться. В наше время за прибылью гонятся даже такие, мать их, оборванцы, как мистер Уинстед.

– Эй, я всё слышал! – крикнул со своего места Джо Остин.

Слух был у него отменный. Особенно, когда кто-то говорил о нём или о его знакомых, среди которых, конечно же, значился господин Уинстед, держатель бакалейной лавки. Пожалуй, Джо мог посоревноваться с оперными звёздами. Может, спел бы не хуже.

– Да мне по барабану! И вообще, прикрой свою чёртову варежку! – громко и отчётливо произнёс Болтун Дейвис, да так, что все, кто сидел за столиками, услышали его и обернулись, пытаясь понять, что это такое в очередной раз намечается.

А впрочем, ничего не намечалось. Фрэнк хорошо знал, что Джо останется сидеть на месте и будет продолжать бухтеть себе что-то под нос. Так оно и произошло. Джек и Бакстер лишь синхронно расхохотались, бросая искоса взгляд за угол, где сидел Остин и методично уничтожал большую порцию чизкейка с виноградным джемом.

– Да он, похоже, услышал бы нас, находясь за милю отсюда. – заметил Бакстер, продолжая неистово смеяться. – Я согласен, что Уинстед пытается пробиться на недосягаемую высоту, стараясь отмазаться от репутации простого парня из глубинки, ругающегося как чёртов сапожник.

– Верно говоришь, Бакстер… А ты что думаешь Джек по поводу «Жиртреста» Уинстеда?

– Даже и не знаю, что и сказать. Наверное, доля правды в этом присутствует… Хм, интересно, – Джек ненароком устремил свой взгляд на спускающегося по ступеням на выход Питера Сноу, спешившего куда-то и заметно нервничавшего, – а отец Питера, Гилберт, до сих пор заходит сюда?

– Нет, не заходит. – ответил Дейвис, при этом услышав лишь захлопнувшуюся на доводчике входную дверь.

– Хм, странно. А почему же? Ему же нравились торты миссис Рейнольдс. Я же прекрасно помню…

– Он никогда больше не придёт сюда… Гилберт несколько лет назад ушёл из жизни. – очень мрачно произнёс Фрэнк. В глазах его была поникшая пустота, она была видна всем сидящим за столом. У Джека засосало под ложечкой от услышанного, живот наполнился тяжестью, а свет будто бы померк всюду. Джек был не особо впечатлительным человеком, но он никак не ожидал узнать сегодня эту новость, а потому его она застала врасплох, резко испортив ему настроение. «Почему я раньше сюда не заехал, чёрт подери? Старик наверняка ждал, что я приеду, чтобы поговорить с ним, а я его так предал», – донёсся его голос совести откуда-то из головы. Некоторое время Джек просидел молча, а потом, наконец, задумчиво спросил, потупив глаза вниз:

– Умер, значит?

– К сожалению. – многозначительно констатировал Болтун Фрэнк. Он нервно облизнул губы и одним мощным жадным глотком допил остывший кофе.

– А при каких обстоятельствах? И почему я об этом ничего не знал, Фрэнк? Почему ты мне ничего не говорил о его кончине? – направил Джек свой порицающий, осуждающий взгляд на своего друга.

– Извини, что не сказал тебе. Я просто не думал, что эта информация нужна тебе. Да и, знаешь, народу много померло за последние несколько лет. Не буду же я сообщать тебе о смерти каждого жителя. – Дейвис, дабы скрыть своё внутреннее беспокойство, взял со стола пачку сигарет, вытащил одну и, поднеся зажигалку, закурил. Всё-таки терзала его совесть по поводу того, что он ничего не сказал Джеку о смерти Гилберта. Ведь у Джека была возможность тогда приехать на похороны и проводить старика Сноу в последний путь и переговорить с его сыном. И если бы Фрэнк сказал ему…

– Всё равно ты мог мне хотя бы сообщить об этом.

– Послушай, Джек, я не мог тебе сказать о его смерти. Я сам сильно тогда распереживался… Гилберт умер от рака лёгкого. Вот что мне известно. Насколько эта версия правдива, не берусь сказать.

– А не помнишь, когда Гилберт умер?

– По-моему, в 1983-ем… – принялся нахмурено вспоминать Фрэнк. На его лице читалась неуверенность в том, когда на самом деле умер мистер Сноу, но его быстро поправили.

– Нет, Фрэнк. – поспешил опровергнуть его безучастным голосом Джонни Гаррисон. У него была феноменально хорошая память. Даты он запоминал выше всяческих похвал. – Он скончался 21 января 1984-ого года. Это я точно запомнил.

– А, точно! Кажется, я стал припоминать что-то подобное. Спасибо, Джонни, что напомнил.

– 21 января… Это день рождения моей бывшей жены. – нервно ухмыльнулся Джек.

– О, уже бывшей? Поздравляю! – пожал ему руку Бакстер. Джек особо и не возражал, как бы соглашаясь с ним.

– С чего бы поздравлять его? – тут же изумился Болтун Фрэнк. – Ты, что, до сих пор злишься после того случая, когда твоя жена тебе рога наставила? А, Бакс? – залился хохотом от души Дейвис, в издевательской манере показывая пальцем на Алана.

– Ну ты козёл, конечно, Фрэнки! – сильно негодуя, пробормотал Бакстер. Он смешно надул щёки и возмущённо посмотрел на Дейвиса, который сейчас был явно в ударе. Джек и даже Гаррисон, который всё это время угрюмо глядел на них, посмеялись над неряшливым видом Бакстера. Он здорово их насмешил.

– Да ладно тебе! Я-то просто знаю, что с тех пор ты терпеть не можешь женщин.

– Заткнись, Фрэнк. – угрожающим голосом проговорил Бакстер.

– Ладно, молчу… – отмахнулся Дейвис и обратился к Джеку. – Джек, что скажешь?

– Ну, лично я теперь чувствую себя получше. – признался Джек, театрально подняв брови и обнажив зубы в рекламной улыбке. – Намного лучше. Это правда.

– Раз тебе лучше, то, значит, ты всё правильно сделал. – сказал Болтун Фрэнк, откинувшись на спинку светло-красного дивана и запрокинув руки за голову. Шляпа натянулась назад, оголив его вспотевший лоб, на который свисали редкие тёмные волосы.

– Вот видишь, Фрэнк, я как в воду глядел! – довольно произнёс Бакстер. – Джек со мной согласен. Он теперь свободный человек.

– Да, но ты из другого исходил, не так ли? – справедливо заметил Дейвис.

– А я и не спорю с этим. – хитро сказал Алан, доедая предпоследний кусок ароматного и дьявольски аппетитного пирога.

– А где ты, Джек, будешь останавливаться? Тебе, наверное, нужно жильё. Я могу помочь с этим. – воодушевился Фрэнк.

– Думаю, я не нуждаюсь в помощи. Я сниму номер в местной гостинице. Деньги при мне.

– А, ну отлично тогда… Ты имеешь в виду отель «Олд-Сити»?

– Да. По-моему, он здесь единственный в своём роде. Других гостиниц нет в городе.

– Это ты верно говоришь, Джеки. Правда, в этой гостинице жара несусветная. Кондиционеров там нет. – предупредил Дейвис. – Особенно днём там становится невыносимо.

– Я переживу. Жару я обожаю. – заверил Джек.

– Ну, как знаешь.

Они ещё посидели несколько минут, продолжая балагурить. Конечно, больше всех зажигал Болтун Фрэнк, травя свои байки. Он был, как это водилось за ним, душой компании. Так бы они и продолжали болтать без умолку, если бы Дейвис краем глаза не заметил Вирджинию, которая только что приняла заказ через стол от них и хотела было отправиться назад, в сторону кухни. Фрэнк повернулся и крикнул ей:

– Эй, Джина! Подойди, пожалуйста, к нам на секунду!

Она обернулась, удивлённо вскинув брови, и неохотно пошла к ним. Вирджиния не ожидала, что он позовёт её. Она заметила незнакомого мужчину напротив Фрэнка, которого видела впервые. Теперь и Джек обратил на неё внимание. На женщину тридцати пяти лет, одетую в тёмно-зелёный фартук с фирменным логотипом и белую рубашку.

– Что ты задумал, Фрэнки? – поинтересовался у него Джек.

– Сейчас тебя познакомлю с ней. – легкомысленно произнёс Дейвис.

Джек не успел ему ничего ответить, поскольку Вирджиния подошла к ним и обратилась к Фрэнку, пытаясь понять, чего тот хочет.

– Чего тебе, Дейвис? – несколько небрежно спросила она.

– Хочу тебе представить своего друга. – добродушно произнёс Фрэнк и бросил мимолётный взор на Джека. И Вирджиния посмотрела на него с настороженностью во взгляде. – Знакомься, это Джек Уоллес. Ещё иногда мы его зовём Сочинителем.

– Очень приятно! – машинально протянула ему руку Вирджиния, ярко улыбаясь. Настороженность в её глазах улетучилась напрочь. Она поторопилась представиться в ответ, как только Джек дружественно пожал ей руку, продолжая сохранять хладнокровное спокойствие, будто каждый день знакомился с весьма привлекательными женщинами, такими же, как и Джина, по мнению самого Джека. Он оценил её, но при этом не испытал никаких особых чувств. – Меня зовут Вирджиния Кёртис. А для своих просто Джина.