Андрей Шестаков – Операция «Вариант» (Как закрывается «Ящик Пандоры») Продолжение (страница 13)
— Юра, «Омегу» срочно надо вытаскивать из ОВКР по-тихому, а то не дадут нам закончить «Вариант». Если военная контрразведка завтра утром на заседании КЦ доложит про «Омегу» нас всех отстранят от «Паритета» до полного разбирательства.
— Это невозможно…
— Первый раз слышу такие слова от подполковника Степного, но тогда тебе придется совершить невозможное, — потребовал полковник.
— Время позднее и в третьем главке, наверное, только дежурный наряд…, — начал сомневаться зам.
— Да, военная контрразведка вся от Курчатова до третьего главка сейчас на ногах. Когда такое случалось, что они задержали подозреваемого в сотрудничестве с ЦРУ? — нажимал Соболев.
— Но Тоболина они не отпустят…, — выдавил Степной.
— А ты им прямо скажи, — разозлился полковник, — что мы отдаем им все лавры за поимку американца, а они выпускают «Омегу». Жестко предупреди, что мы можем доложить на верх о том, что они проморгали установленного агента ЦРУ и кроме того задержали нашего офицера, который исправил их ошибку и спас САИ. Ты им напомни, что с сегодняшнего дня наше Управление является главным исполнителем операции «Паритет». Если сегодня они отправят «Омегу» к нам в Москву, то я не только не буду докладывать зампреду о нашем участии в поимке американского агента, но и не буду писать рапорт о недочетах в работе военной контрразведки по САИ.
— Попробую…, — неуверенно согласился зам.
— Если не согласятся, угрожай, что я немедленно иду к зампреду с докладом обо всех их «художествах», — яростно наставлял Соболев. — Да еще как надо доложу нашему генералу, который пока не в курсе, но, когда узнает о действиях Тоболина… все ЦэКа на уши поставит, чтобы приписать заслугу за американца себе. Думаю, медали им милее скандала, так что согласятся.
После успешного завершения первого этапа операции "Ящик Пандоры" Джон Милнер позволили себе немного расслабиться. Ему уже порядком надоело пребывание в этой скучной советской гостинице. Он открыл холодильник, достал прихваченную в дьюти фри бутылку виски, открыл и плеснул на дно стакана. Устроившись в кресле, сделал несколько неторопливых глотков и попытался вспомнить бойкие отели Сайгона с кукольными вьетнамками. Но напряжение не уходило. Он вскочил с дивана и нервно заходил по номеру со стаканом виски в руке.
«План «А» я выполнил, — продолжал успокаивать себя Милнер, — русские попались на простой, но эффективный трюк Райдера. Все-таки он неплохой спец, сумел все просчитать. И наш «крот» в КГБ, на удивление здорово отработал свое задние. Если бы он где-то сфальшивил кто знает, как бы все сложилось.
Что же там так тянут друзья Джакомо из Госдепа. Он же утверждал, что все под контролем.
Пока эти русские не придумали ничего нового, надо выбираться из этой дыры».
Вспомнив про русских Милнер, вдруг понял, что больше не может находиться в номере, где побывали и все облапали КаГэБэшники, он взял початую бутылку виски и вышел в коридор.
— К черту все эти условности, я выполнил задание, — бормотал агент, направившись в номер своего коллеги по ЦРУ, который в этой операции выполнял отвлекающую роль.
Снайдер открыл сразу, как будто ждал Милнера.
— Давай немного расслабимся, — предложил Джон и кивнул в сторону ванной комнаты.
Он знал, что гостиничные номера американской делегации прослушиваются КГБ. Об этом в своих донесениях предупреждал агент «Орнитолог».
— Мы все сделали как надо, — сказал Милнер, включив воду в ванной. — Но ждать решения Вашингтона одному невозможно.
Они немного помолчали.
— Билл, как ты думаешь, теперь этот САИ сорвется? — спросил Милнер, отхлебнув виски. — Ты же находишься на связи с главой нашей делегации и должен все это знать.
— Я почти уверен в этом, — неторопливо отпивая из своего стакана ответил Снайдер. — Вот только руководитель нашей делегации и все ученые очень хотят отследить взрывы на русском полигоне.
— Чепуха! Шеф заверял, что у солидных ребят в Госдепе, которые нас поддерживают совсем другие намерения. Кстати, ты не интересовался, может быть, настроение главы нашей делегации изменилось после сегодняшних событий?
— Я разговаривал с ним два часа назад, и он ничего конкретного по этому поводу не говорил. Я пытался спросить его напрямую, но он ушел от ответа, а это значит, что он по-прежнему находится под влиянием наших ученых и намерен довести САИ до конца.
— Остается надеяться на Эспозито, — сказал Милнер, а сам подумал, что видимо придется исполнять вариант «Б».
После непродолжительного молчания Милнер спросил:
— А как ты думаешь, Билл русские смогут что-нибудь придумать, чтобы нейтрализовать последствия нашей операции?
— Думаю у них мало времени. Они банально не успеют.
— Вот и я на это надеюсь, — сказал Милнер, закрывая воду, — Пойдем в номер. У тебя остался виски?
Уже далеко за полночь Милнер вернулся в свой номер, зажег свет во всех комнатах и заснул на диване не раздеваясь. Проснувшись под утро, он выключил свет и сел на кресло перед телевизором, который уже ничего не транслировал, кроме ряби на экране и стал анализировать ситуацию. Напарник заронил тень сомнения в том, что операция «Ящик Пандоры» успешно завершена. И хотя первая часть выполнена идеально, скорее всего придется прибегать к варианту «Б», чего отчаянно не хотелось. К сожалению, Снайдер в наличие этого плана не посвящен, значит он не помощник, дальше предстоит действовать в одиночку.
Руководитель советской делегации по САИ прибыл в посольство США в Москве по требованию руководителя делегации США.
— Мистер Иванов я настоял на сегодняшней встрече с Вами по поручению Госдепартамента США. Признаюсь мы не ожидали подобных провокационных и откровенно враждебных действий от КГБ СССР, тем более во время проведения заключительной и решающей фазы САИ в вашей стране. Советский Союз везде, где это возможно декларирует борьбу за мир во всем мире, выдвигает инициативы по прекращению гонки вооружений и сокращению ядерных потенциалов. Однако, как показывают последние события, готовность СССР бороться с ядерным безумием всего лишь очередная уловка советской пропагандистской машины. В то время как США стремятся к установлению действительной безопасности во всем мире, и в полной мере выполняют все взятые на себя обязательства, в том числе и по САИ.
Пользуясь тем, что американский представитель взял небольшую паузу Иванов мягко заметил:
— Надеюсь, мы разрешим наши недоразумения здесь на месте, не перекладывая ответственность за урегулирование этих незначительных инцидентов на наших первых руководителей.
— Не уверен, — жестко перебил американец. — Я уполномочен заявить протест, и повторяю, что США в полном объеме выполняет Женевские договоренности и в Неваде и уже здесь в Советском Союзе. В то время как сотрудники КГБ СССР нагло и бесцеремонно в нарушение всех международных норм врываются в номер нашего дипломата, в его отсутствие и устраивают обыск.
— Ну, во-первых, под видом вашего дипломата оказался сотрудник ЦРУ, разыскиваемый во всем мире за террористические акции… — попытался перевести разговор в другое русло Иванов.
— Нам лучше сейчас обсудить действия советской стороны…
— Я повторяю у нас тоже есть претензии к американской стороне, — настойчиво не обращая внимания на возражения американца заявил Иванов.
— Я настаиваю на том, чтобы вернуться к обсуждению инцидента с нарушением Женевских соглашений советской стороной, — с угрозой в голосе заявил представитель США.
— Три часа назад на атомном полигоне задержан американский ученый, который в нарушение упоминаемых Вами соглашений, произвел забор грунта в районе испытаний.
— Это ничем не подтвержденная очередная провокация…, — не слушая выпалил руководитель американской делегации.
— Нет, у нас есть официальное письменное признание вашего ученого, который прямо заявил, что был завербован ЦРУ США и действовал в нарушение всех международных норм, в том числе и наших Женевских соглашений, выполняя задание американских спецслужб.
— Это какой-то бред, — вяло запротестовал американец, — у меня совершенно другая информация….
— Поэтому предлагаю, — не реагируя на реплику продолжал гнуть свою линию Иванов, — давайте забудем эти мелкие инциденты и продолжим работу, достойно завершив выполнение международных договоренностей наших стран. Со своей стороны заявляю, что советская сторона приносит глубочайшие извинения за инцидент, имевший место в Семипалатинске. Все местные специалисты, которые в силу своей низкой компетентности проявили собственную инициативу и нарушили некоторые общепринятые нормы, будут жестоко наказаны.
— Я не уполномочен принимать окончательные решения и должен сообщить о содержании нашей беседы в Вашингтон, — заявил руководитель делегации США.
— Хорошо, — согласился Иванов. — Но, мистер Робинсон, давайте сделаем так, чтобы наши великие страны не выглядели посмешищем для всего мира, а наши имена не вошли в историю как имена двух неудачников, у которых была возможность отодвинуть мир от края ядерной катастрофы, а…
— Я все понял. Не надо пропаганды мистер Иванов. И еще. Мы должны Вас предупредить, что в дальнейшем Ваша страна должна категорически исключить даже саму возможность любого незначительного нарушения Женевских договоренностей. В противном случае мы предадим широкой мировой огласке все имеющиеся у нас сведения и документы, и советская сторона понесет полную ответственность за срыв САИ. Вы меня понимаете, мистер Иванов?