Андрей Северский – Ветеринар для драконов (страница 9)

— Боль? — спросил он.

— Тянет меньше. Во рту перестало звенеть.

— Не расправляй крыло.

— Вы удивительно однообразны.

— Это называется последовательность.

Кира дала второй глоток, уже по собственному протоколу. Тепловой рисунок не усилился. После третьего Тирр смог пошевелить крайними пальцами без судороги, но Михаил настоял, чтобы на этом остановились.

— Ему лучше, — сказала Кира. — Значит, лечим медью.

— Значит, малая проба переносится и совпала с улучшением. Лечение ещё нужно рассчитать.

— Вы собираетесь всю неделю говорить длиннее, чем требуется?

— После вчерашнего — да.

Дверь распахнулась. Вошёл мальчишка-служитель с кожаной сумкой гонца и свёрнутым мешком. За ним шагал распорядитель с белым воротником, тот самый, что на площади велел принести раму.

— Котёл опечатан без основания, — заявил он. — Утренний круг сорван. По чьему распоряжению?

— По моему, распорядитель Дорн, — ответила Аэла.

— Из-за одной пробы?

— Из-за пациента после падения и двух совпавших проб.

Дорн увидел Михаила с чашкой.

— Задержанный участвует в назначении?

— Нет, — сказала Аэла. — Он задаёт неудобные вопросы в пределах ограничения.

Сумку положили на стол. В боковом кармане нашёлся свёрток из промасленной ткани. Каменная каша высохла серыми комками. Кира раскрошила один над плиткой. Среди светлой крупы блеснули редкие медные точки, а бежевой глины оказалось больше, чем во вчерашнем порошке.

— Это не паёк третьего круга, — сказал Тирр.

Дорн поджал губы.

— С начала месяца состав унифицирован. Решение казначейства.

— Нас не уведомляли.

— На доске приказов висит лист.

— Гонцы возвращаются после закрытия канцелярии и вылетают до её открытия.

Аэла взяла мешок. На горловине стояла синяя печать городского склада.

— Что значит «унифицирован»?

— Одинаковая основа для всех служебных видов. Добавки выдаются по Табели.

Кира просеяла горсть через металлическую сетку.

— Здесь добавки меньше половины нормы медного гонца.

— Норма рассчитана для полной порции. Тирр признал, что съел половину.

— Потому что каша стала глиной на вкус, — сказал дракон. — Я решил, повар опять мстит за дым в кухне.

Михаил подвинул к себе мешок, не касаясь содержимого.

— Почему поменяли основу?

Дорн пожал плечами.

— Новая пошлина на цветные металлы. Казначейство не оплачивает их в корме, если вид способен получать добавку отдельно.

— Когда ввели пошлину?

— Двенадцать дней назад.

— Когда поменяли паёк?

— Девять.

Михаил посмотрел на Тирра.

— Когда впервые появился металлический вкус после полёта?

Тот нахмурился.

— Неделю назад. После Южной дуги. Я решил, что над рынком плавили посуду.

— Судороги?

— Один раз свело хвост. Ненадолго.

— Другие гонцы жаловались?

— Мы не обсуждаем слабость перед маршрутом.

— Тогда обсудите после него.

Дорн постучал пальцем по печати.

— У вас один заболевший, который недоедал утверждённую порцию. Это нарушение дисциплины, не снабжения.

— У нас один обследованный, — сказал Михаил. — Это другое.

— У вас вообще нет права говорить «у нас».

— Верно. Тогда у Палаты один обследованный и несколько гонцов на том же рационе. Можно дождаться следующего падения и получить вторую точку.

Аэла положила мешок рядом с пробирками.

— Дорн, список всех, кто получал унифицированный паёк девять дней. Отметить вид, круг службы, число пропущенных маршрутов и обращения в Палату.

— Это десятки работников.

— Поэтому начните сейчас.

— Архонт не одобрит остановку доставки из-за предположения чужака.

— Доставку не останавливать. До проверки снять с усиленных маршрутов всех медных, выдать старые добавки из резерва и провести опрос до вылета.

— Резерв учитывается на чрезвычайный холод.

— Падение гонца на рыночную площадь достаточно чрезвычайно.

Дорн поклонился настолько неглубоко, что жест стал формой несогласия, и вышел.

Тирр проводил его прищуренным взглядом.

— Если выяснится, что нас кормили дорожной замазкой, я всё-таки кого-нибудь укушу.