Андрей Северский – Станция Дрейф (страница 6)

— Вы перенесли вес.

Она обнаружила, что действительно упёрлась правой ногой в балку, готовясь к повороту, которого не было.

— Отпустите.

Он сразу разжал пальцы.

— Моя причина продолжать проверку, — сказала Ада, выравнивая дыхание, — установить источник остаточного импульса в несущем понтоне.

— Моя — выяснить, связан ли импульс с маршрутом «Ладоги» или с сегодняшним отвергнутым коридором.

Леон пропустил серую нить под белой жилой. Ада закрепила на противоположной стороне механическую шкалу. Они не называли друг другу ожидаемых значений. Нис наверху отмечал время по ударам станции.

На первом ударе нить потянулась к корме.

На втором — к береговому направлению.

На третьем серебряная развилка повернулась и указала прямо вниз.

Под ними не было ничего, кроме воды.

Леон замер.

— Что означает вниз? — спросила Ада.

— Маршрут проходит под станцией.

— Маршруты лежат на поверхности.

— Действующие — да.

Море ударило в понтон. Зелёный свет вспыхнул в щелях старого клейма и побежал по балке между их руками. На секунду металл исчез. Вместо него Ада увидела палубу другой станции: низкие поручни, мокрые канаты, женщину в жёлтом плаще у открытого люка. Женщина обернулась, но лицо осталось за полосой дождя.

Леон резко втянул воздух.

Видение погасло. Он прижал ладонь к балке так, словно удерживал закрытую дверь.

— Вы видели её? — спросила Ада.

— Запишите своё наблюдение.

— Леон.

— Не сейчас. Иначе у нас будет один журнал.

Он был прав, и от этого хотелось нарушить договор немедленно. Ада открыла синюю книжку и записала жёлтый плащ, открытый люк, отсутствие различимого лица. Леон отвернулся насколько позволял лаз и писал в серой. Только закончив, они передали журналы Нису по разным верёвкам.

— Поднимайтесь, — приказал Мик сверху. — Шарнир снова греется.

Ада отстегнула шкалу. В этот момент серая нить натянулась и ушла в воду сквозь щель между балками.

Леон поймал катушку обеими руками.

— Режьте, — сказала Ада.

— Потеряем направление.

— Потеряете руку, если след дёрнет.

— Нить настроена на мой журнал. Она отпустит.

Платформа качнулась. Катушка ударила Леона о край лаза. Страховочный трос удержал его, но правая рука оказалась прижата к балке. Вода внизу засветилась, и из глубины проступила ровная зелёная полоса.

Она шла не позади станции.

Она шла к ней.

Ада вынула нож. Чтобы перерезать нить, требовалось одно движение, но после белой жилы она слишком хорошо знала цену решений, принятых за другого.

— Моя причина резать — шарнир перегрет, через три удара Мик закроет створку. Ваша?

Леон посмотрел на зажатую руку, затем в светящуюся воду.

— Моя — направление уже измерено.

— Достаточно.

Нож перехватил нить. Она лопнула и метнулась вниз, оставив на лезвии зелёный ожог. Леон освободил руку. Они поползли обратно, а за ними с металлическим скрежетом закрывалась решётка.

В техническом ярусе Сева осмотрела Леонову кисть. Два пальца распухли, но сгибались. Он терпел молча, пока врач не надавила на сустав.

— Если хотите изображать бесчувственный прибор, — сказала она, — хотя бы не шипите.

— Приборы тоже шипят.

— Не когда я их лечу.

Ада стояла у навигационной сетки. Нис перенёс на неё три независимых ряда показаний: механическую шкалу Ады, измеритель Леона, интервалы собственного хронометра. Ни один ряд не использовал формулировки другого.

— Нам нужна исходная позиция отвергнутого следа, — сказала Ада.

Нис вывел отметку, сделанную сразу после рифа. Потом — положение у технического лаза. Между ними прошло сорок две минуты. «Дрейф» двигался на северо-запад с малой тягой. След должен был остаться у рифа или растянуться за ними.

Вместо этого расстояние сократилось на восемьсот саженей.

Мик решил, что перепутаны шкалы, и пересчитал вручную. Получилось семьсот девяносто четыре.

Сева перестала перевязывать руку Леона.

— Через сколько он нас догонит?

— Это не судно, — сказала Ада.

— Через сколько?

Нис провёл линию до следующего пересечения.

— Если скорость сохранится, до рассвета.

— Не сохранится, — сказал Леон.

Все посмотрели на него.

Он поднял серый журнал. На обложке проступил зелёный след от мокрой нити.

— Мы дали ему новую причину. До проверки он удерживался берегом и несостоявшимся столкновением. Теперь мы ищем в нём «Ладогу». А он может искать нас в ответ.

— Маршрут не способен искать, — сказала Ада.

— Тогда назовите это сближением двух контуров с общей памятью металла. Скорость всё равно вырастет.

Ада посмотрела на расчёт. Через час после потери берега у них появился движущийся след, который ожидал завтрашнее столкновение и проходил через понтоны исчезнувшей станции. Единственный человек, способный читать такие следы, прибыл под ложным предлогом и искал журнал сестры. Единственный береговой куратор, способный объяснить происхождение понтонов, удерживал их на ложном коридоре до последней секунды.

Прежний порядок действий закончился вместе с белой жилой.

— Снимаем тягу, — сказала Ада. — Полная остановка всех платформ.

Мик нахмурился.