Андрей Сапожников – Под взором с небес (страница 5)
«Отличный бросок, Феол», – оценил ветеран».
Деревушка моментально оживилась, несколько мужчин выбежали из своих жилищ с факелами, одного из них сразу же, проткнули копьём, факел упал на край соломенной крыши и здание моментально вспыхнуло. Дальше ветер сделал своё дело. Кругом творился хаос, крики умирающих и вопли о пощады. Красс добежал почти до середины деревни, когда перед ним появилась пожилая женщина. Она выскочила неожиданно из густого, чёрного дыма, молодой воин на мгновение замешкался и только потом нанёс удар в лицо своим щитом, сбив её с ног, и побежал дальше.
Почему я не убил её? Настаивал внутренний голос. Из-за угла здания на него кинулся худой мужчина с вилами, лицо его свело от ужаса, а глаза все покраснели и слезились от удушающего дыма. Отразив удар своим щитом, Красс вогнал наконечник своего копья ему в шею.
После убийства наступила, какая-то лёгкость, дрожь пробежала по всему телу, возле него на четвереньках проползал другой ипилл, волоча свою раздробленную щитом ногу, Красс добил и его. Затем ещё один был поражен, его копьём в живот, мальчишка, возрастом примерно младше его самого. Всё вокруг закружилось, и он будто попал в какой-то круговорот из крови, стали и смерти, плохо осознавая, что происходит. Он дошёл уже до окраины деревушки, когда «краем» глаза заметил убегающего мужчину, расстояние было приличное, пожилой ипилл что-то нёс на руках и бежал в сторону леса, который был в полукилометре от деревни. Красс скинул с левой руки окровавленный щит, прицелился и отправил свое копьё в полёт. Копьё описало дугу и воткнулось в землю, порезав ипиллу бок, он споткнулся, упал, но всё же поднялся, и хромая побежал дальше. Красс извлёк свой меч из ножен и побежал за ним.
Догнать хромающего человека не составило труда. Молодой воин подрезал мышцу на ноге убегающего мужчины. Тот свалился на землю, не издав не звука, и выронил свою ношу. Это оказался ребенок, девочка, года четыре, пять. Она кувыркнулась по инерции и уселась на сырой траве. Раздался детский плач. Мужчина начал молить Красса о милосердии к ребенку, протягивая к нему свои худые, липкие от крови руки, цепляясь за плащ. Но все молитвы были прерваны вошедшим в горло мечом. Немного отдышавшись, он подошел к ребёнку, взял её за ногу и поднял с земли.
Развернувшись лицом к деревне, он увидел чарующий своей воинственной жестокостью пейзаж. На изумрудно-зелёной траве, покрытой капельками недавнего дождя, сверкали блики пламени, от утопающей в чёрном смоге деревушке. Половина всех строений было объято пламенем, которое с рёвом возносилось к звёздному небу, озаряя мрак вокруг и отражаясь в спокойной воде небольшой речушки. Постоянно доносились вопли сгорающих заживо людей, и быстрые приказы «первого» копья. Во всём этом оранжево-красном хаосе мелькали блики от бронзовых щитов его сослуживцев и блеск смертоносного металла.
Дышать было тяжело, ветер нёс дым в его сторону, от которого разъедало глаза и сдавливалось горло, будто его кто-то душил. Пахло гарью, кровью, мочой и жжёными волосами. Красс снова посмотрел на плачущую в его левой руке девочку и занёс свой меч. Но она вдруг неожиданно перестала плакать и посмотрела ему прямо в глаза. Маленькие слезливые, чёрные глазки впились ему прямо в душу. Он опустил меч, затем его буквально взбесило своя жалость к этому маленькому ребенку раба. Он снова занёс свой меч, но так и не смог нанести удар. Так он и простоял бездвижно несколько секунд. Словно статуя из аллеи славы…
Странное чувство разрывало его внутри… Он будто смог разглядеть себя маленького в глазах этой девочки, в тот момент, когда солдаты забирали его у матери. Как она стояла в пороге их небольшого домика, окружённая копейщиками, а по щекам текли крупные слёзы. Двое солдат вели его в сторону вытянувшихся в середине деревни каравана повозок, держа за плечи, он смотрел на неё и не понимал пока ещё, что происходит.
Он разжал свою левую руку, и ребёнок свалился на влажную траву и снова зарыдал. Подобрав своё брошенное копьё, Красс молча развернулся и пошёл в сторону леса.
За спиной раздался знакомый голос Неосена: «Красс! КРАСС!»
Но молодой воин не слушал его. Не обращая внимания на крик друга, он вступил в сумрак леса. Здесь было намного прохладнее, чем на опушке. В лесу стоял плотный туман. Сам воздух словно загустел и обволакивал его горячее от бойни тело. Рокот сражения тоже постепенно начал отступать. Красс услышал, что кто-то преследует его. Молодой воин остановился и замер в ожидании. Его настиг Неосен.
«Ты что делаешь, Красс!? Тебя же четвертуют как труса!» – Вид у него был взъерошенный, шлем отсутствовал».
«Пусть сначала поймают…», – тихо ответил Красс, стоявший к нему спиной».
«Они даже ловить тебя не будут, я сам отведу тебя назад! У тебя совсем уже с головой проблемы, ты что задумал?!»
«Я не вернусь назад…», – Красс опёрся на древко копья, всем телом почувствовав усталость от происходящего, он все ещё не находил в себе сил обернуться и посмотреть на своего друга».
«Но почему? Это же всего лишь жалкие рабы! Мы уже всё сделали, тебе лишь нужно вернуться назад, и ты получишь свой щит. Всё, о чем мы с тобой мечтали с детства сбудется сегодня ночью, сейчас! Мы скажем ветерану, что преследовали убегающего, никто не узнает об этом! Посмотри на меня! Красс, посмотри!»
«Нет… я не могу… Я мечтал о славе с тех пор, когда впервые взял копьё в руки. Но мне не нужна слава, добытая трупами детей и женщин, пусть и ипиллов».
«И куда ты пойдешь? Я не отпущу тебя! Я не стану нарушать присягу!», – ещё громче прокричал Неосен».
Молодой воин помолчал пару секунд и затем вполголоса ответил: – «на юг», – и медленно пошёл дальше».
«Красс! КРАСС!»
Просвистело копьё. Оно порезало плечо Красса и воткнулось в тонкую ель, пробив её.
«Не делай этого…», – голос Неосена звучал зловеще».
«Ты же знаешь, я не могу просто тебя отпустить», – Неосен извлек меч из ножен и побежал на Красса».
Молодой воин в свою очередь развернулся, и вскинул копьё. Но так и не нашёл сил бросить его в друга. Красс откинул копьё в сторону и достал меч. Сталь с искрами соприкоснулась о сталь. Они закружились в вихре танца железа и смерти. Неосен был физически сильнее, но Красс проворнее. К тому же у Неосена был щит. Красс был вынужден отступать, то и дело, изворачиваясь от смертоносных ударов. В конце концов, Неосен оттеснил Красса к той молодой ели, в которой торчало копьё. Торчавшее древко мешало ему, и он отрубил половину. Красс отступил за дерево и получил неглубокий порез с правого бока. Он заметил, что наконечник копья Неосена торчит с обратной стороны дерева и, когда успел парировать очередной выпад, надавил всей своей массой на его щит и буквально насадил на острие копья, пригвоздив того к дереву. Неосен негромко вскрикнул и поперхнулся своей кровью. Красс отошёл от него, тяжело дыша. Неосен вытянул руку с мечом перед собой и уронил щит, который со звоном ударился о небольшой камень на земле и откатился от дерева. Молодой воин выбил меч из рук Неосена одним ударом своего оружия. Весь бой пролетел словно за мгновение.
«Хватит!», – взревел он».
Шлем сдавливал голову. Красс снял его и швырнул в сторону.
«Смирись уже! Я принял решение! Смотри, что мы наделали! Ты был мне как брат!», – молодой воин тяжело дышал, приходя в себя от мощных ударов друга».
«Т-твои родители на веки будет опозорены…», – сплюнув кровь, произнёс хрипло Неосен».
«Кто?! Мать? Чьё лицо я уже не помню или отец, который ещё до моего рождения погиб в бесконечных войнах?!»
Неосен молчал, он опустил голову и его взгляд остановился на окровавленном острие копья. Тёмно-красный наконечник копья торчал чуть ниже его груди.
«Девочка…», – тяжело произнёс Неосен, кровь пузырилась на его губах».
«Я… я сделал то, чего не смог ты… Не на юг… иди на север, обойди Андор, перейди горы и попадешь в Роррен… Там тебя точно не будут искать…», – кровь тонкой струйкой побежала из его рта».
Красс молча смотрел на умирающего друга.
«Давай, сделай это… я хочу выпить за одним столом с Деосеном…», – голос Неосена слабел, каждое слово давалось ему с огромным усилием».
Красс помедлил, ему не хотелось этого делать, но он осознавал необходимость. Отойдя чуть в сторону и закрыв левой рукой глаза другу, тихо произнёс: – «оставь вина и для меня мой друг, мы ещё осушим кубки вместе…», – одним резким движением, молодой воин перерезал мечом горло».
Красс отошёл, от льющейся, пульсирующей крови шёл пар. Он поднял его щит, взял копьё и пошёл назад обходным путём вокруг деревни, подальше от этого проклятого места.
Молодой воин понимал, что их ещё не скоро хватятся. Сначала решат, что двое погибли при зачистке деревушки. Но утром, когда всё основательно осмотрят и не найдут их тела, начнут поиски. Так что у него в запасе есть минимум полдня. Этого должно хватить, чтобы оторваться от преследования, потом главное не нарваться на патрули. Идея Неосена отправится не на юг, а на север показалась Крассу разумной. Обычно беглые солдаты стараются бежать именно туда, в тёплые страны в наёмные отряды. Воины Арона славятся выносливостью и живучестью, но не устойчивостью и терпимостью к низким температурам, это одна из главных причин, почему все дезертиры бегут именно на юг, где с охотой их берут за большие деньги на службу. Хорошо обученные копейщики, пусть и беглые, уже давно зарекомендовали себя по всему Кропосу.