Андрей Сапожников – Под взором с небес (страница 3)
Снова раздался вой. Это была новая стая. Донвур, словно проснувшись от своих воспоминаний, помотал в разные стороны головой, стряхнув с капюшона снег и ускорил шаг.
До цели оставался всего один холм. Местность была ему сильно знакомая, а мягкий лунный свет хорошо освещал дорогу. Снег в этом месте был рыхлый, и идти по нему, проваливаясь почти по колено, стоило больших сил. Наконец, взобравшись на холм, Донвур с удовольствием осмотрелся – деревушка, утонувшая в снегу на изгибе замершей во льду реки, а над ней – чистейшее небо, усеянное миллионами звёзд. Они были такими яркими и большими, что казалось стоит лишь протянуть руку и можно схватить одну. На звёзды можно было смотреть вечно…
На вой из леса отозвались лаем с десяток собак. В середине деревушки стоял небольшой постоялый двор. Дым из трубы и свет из окон приятно манили и будили воспоминания о кроличьей похлёбке, которую он ел там со своими братьями-хранителями прошлой осенью, когда их отправили выследить и убить снежного тролля, спустившегося с гор и нападавшего на дровосеков возле деревни Западный пик. Дорога со склона была намного легче. Ветер хорошо утрамбовал снег, и даже в тяжелых доспехах и мехах Донвур не проваливался. На улицах никого не было. Дороги были заметены свежевыпавшим снегом, и только в некоторых местах были протоптаны узкие тропы. Бродячие собаки приветствовали лаем замёрзшего странника. Все дома были старыми и покосившимися, некоторые погребены под снег по самые ставни. Сам постоялый двор заметно выделялся размерами средь остальных построек этой небольшой деревушки. Старое двухэтажное здание было построено много веков назад из брёвен, которые не смогут обхватить и двое мужчин. Оно выгодно располагалась на пересечении двух торговых путей и было особенно популярно в здешних краях.
Когда хранитель, наконец, вошёл в помещение, его сразу же обдало теплом от камина и запахами из кухни. С последнего визита почти ничего не изменилось, только людей сейчас было меньше. Несколько местных и шестеро с эмблемой расколотого рога на щитах и накидках на груди. «Из Роррена, люди Деорога Высокого», – решил Донвур».
Они изрядно набрались медовухи и громко пели песню известную в их краях:
«Не хотелось бы тут встретить людей из Норсена. Пожалуй, они смогут прочитать мои руны», – подумал про себя хранитель».
Поскольку они до сих пор воюют с Дендором и не признают хранителей севера, то резни не избежать. Постоялый двор «Глаз великана» находился в северо-восточной части Роррена, так что здесь легко можно было встретить людей из Норсена.
Подойдя к владельцу, Донвур достал трёх лучевую монету, постучал ею по прилавку и кинул ему. Серебро приятно сверкнуло в свете очага.
«За еду и койку», – устало произнёс хранитель, осматривая стеллажи, заставленные различной посудой и пыльными бутылками с крепкими настойками».
На массивной деревянной стойке слева от него стояла огромная бутыль с плавающим огромным глазом в мутном растворе, размером с кочан капусты. Именно он и дал название помещению. Но лишь приезжий южанин мог попасться на байку про глаз великана. Эти создания и вправду водились в этих краях, но это было так давно, что упоминания о них превратились в мифы и сказки, что рассказывают бабушки своим внукам перед сном. Донвур же, как и все остальные, знал, что этот большой глаз принадлежит мурунгу – огромной пресноводной рыбе, обитающей в здешних больших реках. Величина этой рыбины могла быть больше лодки, с которой её пытались поймать.
Тучный, весь в потных пятнах от жара камина хозяин немного покрутил монету в руках перед самым лицом, затем широко улыбнулся и спрятал серебро в глубоком кармане грязного камзола.
«Скоро будут готовы жареные перепела, подам с мёдом и сыром. Комнату покажу позже. Садитесь ближе к камину. Ну и стужа, да? Хранитель? Просто Вашу эмблему сложно разобрать из-за пятен крови на груди… Я скажу Гловеру отчистить её к утру. Куда опять подевался этот юнец? ГЛОВЕР! Хм…, наверное, в конюшне. Трудно пришлось по дороге?»
«Волки», – Донвур поморщился от собственного запаха, внутренности волка постепенно начинали оттаивать».
Внутри помещения было очень душно, наверное, это из-за всех мехов, что были на нем сейчас, так же камин пускал клубы дыма внутрь зала при каждом сильном порыве ветра, отчего на глазах выступили слёзы. Хранитель уселся на деревянную лавочку, стоявшую возле грубо вытесанного стола, недалеко от стойки и посмотрел на шумных северян.
«В последнее время их тут очень много развелось, местные пытаются их выжить, но тщетно. И чем суровее морозы, тем смелее и злее они становятся. Буквально за день до вашего прихода Марфа видела волка на улице деревни, а в зубах он держал соседскую собаку. Может, вы, как хранитель, замолвите словечко на совете Ордена? Мы все Вам будем очень признательны…»
Довольно рослый хозяин в сером фартуке что-то нарезал большим ножом, посматривая на Донвура из-под пышных бровей, лицо его было красным, словно помидор.
«Я ещё не скоро вернусь в орден. Тут меня не спрашивал монах?»
««Новых» богов или «старых»»?
Хозяин оторвался от работы, положил огромный нож на стол и опёрся на стойку массивными, заросшим густым чёрным волосом руками.
««Новых». Несущий слово, в возрасте, слезливые глаза, худощавый, седой, лет пятидесяти…» – Донвур повысил голос, стараясь перекричать шум от стука друг об друга полных медовухи кружек северян, и ударов ладоней по столу».
«Нет, таких не было. Сюда редко заходят монахи «новых» богов, сами же знаете на севере всё ещё сильна вера в «старых». Разбудить, если о вас спросят?»
Хозяин заведения весь обливался потом от жара от камина.
«Да. Подайте ужин в комнату, пожалуйста. Я пока сниму с себя броню, слишком долго был в пути. Прошу, покажите мне место, за которое я заплатил».
Хранитель поднялся и зашагал в сторону лестницы, ведущей на второй этаж, подальше от шумного зала. Только немного отогревшись от мороза, он осознал на сколько был вымотан этим ускоренным переходом. Ноги стали словно свинцовые, а в глазах всё плыло, будто он уже приложился к нескольким кружкам медовухи.
«Конечно, конечно, вам скоро всё принесут, ГЛОВЕР! Ленивый малец, куда же он запропастился. Прошу наверх, я проведу Вас…»
Ещё не успев договорить, тучный мужчина обогнал Донвура у самой лестницы и вмиг вбежал наверх, шустро перебирая, на удивление несуразно тоненькими ножками. Тяжело вздохнув, хранитель нехотя начал штурмовать ступеньки.
Хозяин помещения явно уделял ему слишком много внимания. Неудивительно – трёх лучевая серебряная монета щедрая награда за пару дней ночёвки в подобном заведении на отшибе.
Ещё во времена единого севера, королём Новулом Мудрым, была проведена денежная реформа. Он начал отливать собственные деньги нового образца. До него почти у каждого ярла или князя были собственные, и многие смешивали серебро и золото с другими, менее ценными, металлами, чтобы сэкономить. Новул же запретил чеканку монет по всему северу, и все деньги единого образца после этого производились только в Эборе.
Медная монета с изображением снежинки с тремя лучами – самая лёгкая и маленькая по цене, с пятью уже чуть больше. Потом идёт серебряная с тремя лучами, с пятью и семью. Так же использовалась золотая монета с тремя, и с пятью, была золотая с семью лучами, обычно её редко использовали, только при крупных сделках или больших покупках. Она самая тяжелая и самая ценная из всех. На обратной стороне на всех монетах, независимо от номинала был изображен герб Эбора – медвежий след. После распада севера на четыре различных государства и одно королевство, трое из них продолжили выпускать монеты того же образца, которые в простонародье назывались «снежинками», только уже с гербами своих домов или родов. Лишь ярлы Норсена начали отливать собственные – квадратной формой и отверстием посередине, как когда-то давно, когда ещё не были покорены Эбором, а племена что поменьше просто рубили прутья из серебра как в древности.
Поднявшись наверх и зайдя в комнату, Донвур подождал, пока хозяин зажжёт лампы с жиром и удалится. Как только хранитель остался один, он в первую очередь снял пропитанную кровью и испачканную внутренностями волка накидку и бросил её на спинку стула. Чуть позже, по обещанию владельца помещения, её должен был забрать мальчишка. Потом по очереди стал расстёгивать все кожаные ремни на доспехах, снял наплечники, сам нагрудник, полушубок из кроличьего меха, затем кольчугу из «небесного» металла. Она по-прежнему слегка светилась синим светом в темноте. Удивительный металл, полученный из расплавленных остатков доспехов, погибших богов Звёздного легиона. В итоге, после работы над ней нескольких королевских кузнецов, получилась невероятно прочная, выдерживающие попадания стрел с узким наконечником и очень лёгкая кольчуга. Вязаная кофта с высоким воротником под ней была, наверное, в полтора раза тяжелее. Великий дар короля своему сыну при их последней встрече…