Андрей Рыжов – Агрессия и воля. Как люди управляют людьми (страница 14)

При наличии возможностей прошлое будет корректироваться и на уровне документов: подменой/выборкой фактов, другой расстановкой акцентов и проч. В отсутствии же ресурсов по коррекции, компрометирующие факты из прошлого просто не упоминаются, «забываются», а от способных напомнить свидетелей АВ избавляются или же принуждают их молчать.

Часто АВ делают скачок в карьере, восходят на вершину власти, убирая с дороги препятствие, – например, человека, в доверие которого они первоначально вошли, и который их приблизил к себе за какие-либо услуги/заслуги, считая их способными и талантливыми, но для того, чтобы занять его место естественным путем, потребовалось бы слишком много времени, поэтому для ускорения процесса своего продвижения АВ прибегают к различным интригам против своего благодетеля, а то и к его физическому устранению. Впоследствии АВ сделают всё, что бы данное обстоятельство пропало из истории или было чем-то оправдано.

Репутация

Репутация АВ, собственно, и есть их миф. Под репутацией можно понимать некоторый комплекс из представлений, мнений, оценок профессиональных и личных качеств, который формируется в течение длительного времени вокруг индивида среди как непосредственно соприкасающихся с ним, пусть даже случайно, так и опосредовано: через рассказы, толки, слухи, сообщения в СМИ и т. д.

Репутация, в первую очередь, складывается из совокупности оценок профессионализма, дополненной мнениями, например, о семейной жизни, об увлечениях и развлечениях. Представления, положенные в её основу, не всегда однозначные, совпадающие в главном, но в большой выборке являют собой некий консенсус в форме определённого, хоть и расплывчатого, но – важно – устойчивого мнения о человеке. Таким образом основное качество репутации – устойчивость к влиянию вновь возникающих фактов, обстоятельств, оценок, а также ко мнению маргинализованной части общества. Именно это качество так влечёт АВ, ибо единожды приложив усилия по её созданию, впоследствии очень долго можно пользоваться её плодами, и лишь экстраординарные события способны нарушить устоявшиеся, «окаменевшие» (и тем удобные для части общества (АН и НН)) оценки.

Репутация может быть положительной и отрицательной, но репутация АВ всегда положительна. Переходные состояния невозможны, ибо они мыслят исключительно в категориях бинарных оппозиций. Чтобы стать такой, какой она должна быть, т. е. положительной, отрицательная репутация АВ, если она вдруг возникла, должна безвозвратно стереться из памяти причастных к её «созданию» и всех, хотя бы единожды соприкоснувшихся с ней, и сформироваться заново: в новом месте, новыми людьми, но с прежними АВ. Поэтому в случае неудачи они тут же проводят своеобразный ребрендинг себя, если пользоваться маркетинговой аналогией: переходят в другую компанию, переезжают на новое место, разводятся, меняют друзей, интересы, сферу деятельности. Причём репутация создаётся АВ не только для самих себя, но и для прочно ассоциированных с их именем товаров и услуг.

Репутация формирует ожидания, ожидания всегда равного самому себе состояния, на которое можно положиться, сняв с себя ответственность. Репутация тем прочней, чем слабее, неувереннее в себе её «потребитель». Например, репутация развитой промышленности и её технической продукции сильнее всего в недостаточно развитых в этом отношении экономиках. Так и в случае АВ: наиболее восприимчивыми к ауре их имиджа являются неволевые НН, отчасти АН, и в меньшей степени НВ.

АВ очень трепетно относятся к своей репутации, тщательно выстраивают её, вычищают, рафинируют, удаляя или скрывая всё порочащее, двойственное, неоднозначное, способное бросить на неё тень. Из их уст часто можно услышать фразу: «Я не хочу рисковать своей репутацией». Заботу о ней они демонстративно преподносят как оправдывающий любые их действия мотив, который вы должны принять безусловно, если не хотите стать их врагом.

Тайна

При всей транслируемой АВ вовне «дружелюбной» открытости и вовлечённости в судьбы других, они предельно скрытны в том, что качается их самих, особенно, в финансово-экономической сфере.

АВ, по их собственным словам, постоянно пребывают в состоянии «делания дел» (под делами они подразумевают любое занятие, даже самое, казалось бы, незначительное: покупку продуктов, уборку, приготовление обеда, поход в больницу и т. д.), но конкретные детали не раскрывают, либо раскрывают частично, с целью поддержания образа «успешного делового человека». На малоинтересное им предложение (равно невыгодное с точки зрения утверждения власти) АВ серьёзным тоном отвечают, что они занимаются сейчас или будут вскоре заниматься «делами» (если вы их не интересуете, то без уточнения какими именно; если интересны, то с приведением полной их номенклатуры) и им некогда. На вопрос о том, как прошли выходные, часть ответа АВ обязательно будет посвящена «делам», причём первая, а уж за ней пойдут, собственно, досуговые мероприятия, где они непременно «очень хорошо провели время, и советуют вам непременно последовать их примеру».

АВ всегда демонстративно запирают ящики, бюро, комоды, кабинеты, комнаты, где находится чувствительная для них информация, даже выходя на пару минут. А если на всём вышеперечисленном нет запоров, то они будут стремиться их установить как можно скорее, а также недоумевать – для компенсации потенциально негативного впечатления, – как другие могут обходиться без них.

Замки, с одной стороны, охраняют личную информацию от происков врагов (любой, кто потенциально способен что-либо подсмотреть, – враг), с другой – создают необходимый АВ образ таинственности. Тайна – составная часть мифа, сознательно формируемого ими вокруг своей персоны. Смысл её созидания в том, что она – своего рода неисчерпаемый сосуд, куда можно помещать как реальное, так и нереальное, и подлинное содержание которого никому (за исключением самых отчаянных, способных вступить в конфликт-противостояние с АВ, т. е. НВ) недоступно, тщательно охраняясь.

Тайна, например, используется АВ для карьерного продвижения и удержания позиций в научной сфере. Они часто становятся значимыми фигурами в какой-нибудь научной организации, обзаведясь громкими титулами и регалиями; за ними тянется шлейф-репутация учёных с «мировым именем; они выступают главными редакторами почти всех научных работ и книг, выпускаемых данным научным учреждением. Их фамилия золотым тиснением блещет на обложках, заметна издалека. Но на самом деле, сколь-либо значимого вклада АВ в приписываемые им научные достижения не делают – этот психотип к научной деятельности в чистом виде не склонен, поскольку наука требует значительных затрат ресурсов при минимальной отдаче через много лет (если она вообще будет), а результат в виде обретения властного ресурса им нужен здесь и сейчас. Совсем без науки подобный образ поддерживать, конечно, затруднительно, поэтому они рекрутируют научных «рабов» (прежде всего – НН, но также и НВ), либо просто присваивают чужие достижения. Но об истинной картине их «успеха» знают лишь единицы, но и те боятся раскрыть эту тайну.

Скрытность

Запоры, замки скрывают и закрывают. В арсенале АВ всегда есть ключ как символ власти над тайной, явленный для всеобщего обозрения и почитания.

Скрытность есть главный инструмент создания тайны, в поволоке которой столь уютно чувствуют себя АВ. Но они далеко не всегда испытывают необходимость что-то действительно прятать под условным замком – скорее, демонстрировать свою власть, регулируя доступ. Сам технический процесс закрытия доставляет им садистское удовольствие – видеть, как адресат этого своеобразного сообщения переживает от невозможности проникнуть в их тайны, которые, они уверенны, его интересуют так же, как они интересовали бы их. АВ превращают его в ритуал, в спектакль, у которого обязательно должна быть аудитория, завистливо, уважительно созерцающая их возможности.

АВ не опасаются проникновения в свой внутренний, во всех смыслах, мир, как НВ, его раскрытия, обнажения и утраты тем самым его уникальности. Но им необходимо лишить пищи критиков, обличителей, обезопасить свой миф от внезапных вторжений.

АВ обожают роль ключников – стремятся повесить на свою связку как можно больше ключей и никому её не доверять и тем более, отдавать. Они узурпируют право управлять доступами ко всем мало-мальски секретным (в том числе, порождая саму секретность) комнатам, хранилищам, складам, сейфам, ящикам, серверам, папкам, файлам, входным дверям, вратам и проч.

Важные для них вопросы АВ обсуждают исключительно за закрытыми дверьми вопреки транслируемому ими образу транспарентности и открытости. Сам процесс закрытия двери должен указывать не допущенным за неё на их текущий статус – низших, неугодных, незаслуженных, «изгнанных из рая». При этом сами АВ не терпят, когда их куда-то не пускают и всеми способами пытаются узнать, что там, без их ведома, происходит.

Сокрытие невыгодного

АВ очень трепетно относятся к тому, какой репутацией обладает то, с чем они соприкасаются. Они стараются избегать встреч с малейшим образом «запятнавшим» себя в глазах общества человеком. Под пятнами в данном контексте имеется ввиду несоответствие общепринятым стереотипам «правильного» поведения той группы, где АВ утверждают свою власть.