Андрей Посняков – Князь тишины. Том 1 (страница 1)

Князь тишины. Том 1

Глава 1

Чудовищно…

Бедолаг хватают среди ночи. Переправляют через Стену. Отводят от Первой Границы на добрую сотню метров. А потом сбрасывают прямо с дирижабля вниз, в этот кромешный ад, где кишат в вечном мраке жуткие твари, коим и названия еще не придумали. Без оружия. Без амуниции. Без возможности даже огонь развести. И шанс выжить в таких условиях — практически нулевой. Просто чудовищно.

Но именно этого Александр, отпрыск рода Бестужевых, сейчас и желал.

Желал всем сердцем и даже когда к нему подошел жуткого вида вахмистр корпуса, не дрогнул и не передумал в своем решении.

— Кто таков? Чего надо? Чего приперся? — прорычал вахмистр.

Лицо его было исполосовано глубокими шрамами, а один глаз прикрыт кожаной повязкой.

«Этот точно был за Стеной», — подумал Александр.

И вместо ответов на вопросы, вдруг разволновавшись, в спешке выпалил:

— Испытание!

— Испытание? — повторил вахмистр, прищурившись единственным глазом и осматривая парня.

Тонкие его губы расползлись в жутком подобии улыбки. Или, все же, оскала?

— Ты вообще понимаешь куда ты забрел, зелень болотная? Ты книжек начитался что ли? — Голос вахмистра походил на ржавый скрип.

«Наверное именно с таким скрипом Главные Врата Стены и открываются», — невольно подумал Александр.

— Здесь тебе не место для прогулок и игр, — продолжал распаляться вахмистр. — Иди обратно, пока еще можешь, к мамочке, под юбку. Ну, чего стоишь, змеиное ты молоко? Чего смотришь? Проваливай говорю!

Александр попытался выпрямиться, но спина не слушалась, одеревенев от страха.

— Чего молчишь? Вали, пока собак с цепи не спустил!

Словно в подтверждение его слов где-то далеко грозно залаяли псы. Парень не смог ничего ответить — язык словно прирос к нёбу.

— Ходят тут всякие, время мое отнимают, а потом…

— Испытание! — вдруг выпалил Александр, громко и отчетливо, стряхнув с себя оцепенение. А потом и вовсе крикнул во все горло: — Испытание!

Парень невольно вжал голову в плечи, ожидая грязной ругани от вахмистра. А может быть даже тумаков и ударов.

Но на удивление комендант не стал кричать и бить его. А вместо этого посмотрел на паренька так, будто увидел впервые. С любопытством.

Мгновение — и жилистая рука, больше похожая на узловатые корни дерева, впилась парню в предплечье, с силой, способной переломить кость, потащила к грубо сколоченному столу.

— Заполняй бланк.

Вахмистр усадил паренька на табурет, кивнул на чернильницу.

Еще не отошедший от шока Александр, глянул на пожелтевший листок бумаги. Стандартная анкета: фамилия, имя, отчество, род, степень аристократии. Все это Александр заполнил быстро. А вот над графой «Провинности, взыскания рода» задержался надолго, не зная, что писать. Правду? Нет, нельзя! Ни в коем случае нельзя!

— Бестужев? — деловито спросил вахмистр, поглядывая из-за плеча. — Тот самый что ли, из декабристов?

Александр кивнул. Совсем тихо спросил:

— Если напишу правду, то тогда не возьмут?

— Сделай прочерк, — буркнул вахмистр. И добавил: — Все равно никто не проверяет.

Александр окунул перо в чернильницу и прочертил в анкете длинную жирную полосу — словно отделяя свою прежнюю жизнь от новой.

— Поздравляю, — сказал вахмистр, забирая бланк.

И вдруг хрипло надсадно рассмеялся.

Александр понял — ничего хорошего этот смех ему не сулит.

***

Одной анкетой не обошлось. Пришлось заполнять еще гору каких-то бумажек. Среди них — отказ от ответственности.

«В моей смерти прошу никого не винить, иду добровольно…»

Александр старательно выводил буквы, выполняя требование вахмистра писать четко и понятно.

— Пиши под диктовку… "Осознаю — Испытание сопряжено с неминуемой опасностью для жизни и здоровья, — продиктовал по памяти военный. — Также понимаю, что шансы на возвращение ничтожно малы. С момента пересечения Стены перестаю считаться подданным Империи и становлюсь испытуемым". Написал? А теперь подпись. И дата. Ага, вот тут. Давай сюда.

Таковы правила. Пройти Испытание можно, но шанс выжить…

Александр тряхнул головой, стараясь откинуть недобрые мысли. Сейчас нужно думать о другом.

Но как ни старался он, все время возвращался к одному и тому же.

Социальный лифт.

Уродливое, казенное словосочетание, которое он услышал от отца, когда оказался в этих краях. Оно не передавало и доли того, что бушевало внутри парня. Нет, не лифт. Таран. Единственный, который может пробить стену — крепче той самой Стены, куда он сегодня пришел, — внезапно возведенную вокруг его жизни. Стену из презрения учителей, из побоев однокашников, из молчания матери, из горького взгляда отца, сломленного, отлученного в одночастье от всего.

Эх, если бы не эти декабристы, которые сбили отца с истинного пути…

— Ладно, пошли, — хмуро бросил вахмистр.

Двинули через пропускной пункт в сторону строений. Прошли первый заслон, второй. Вышли к главной крепости и гарнизону.

Крепость «Первопостная» были сложена из особого уральского камня. Такой камень ни пушка, ни динамит не пробьют — магическая защита. И ощущалась эта магия уже издали. Александр почувствовал, как гудит от напряжения воздух. И чем ближе подходили к крепости, тем сильнее ощущалась эта сила, мощная, крепкая, такая, что даже защипало статическим электричеством щеки.

— Сюда, — вахмистр кивнул в сторону ворот. — Шевели ногами!

На самом деле все было просто — размышлял парень, семеня за военным следом. До смеха просто. Род их, Бестужевых, когда-то был знатным, дворянским, имел связи и даже вход во Дворец Императора. Но потом отец связался с этими декабристами, будь они неладны. Сначала — читательские вечера. Дальше — дискуссионный клуб. Потом и вовсе тайное общество. И завертелось. Иная идеология, труды западных философов, манифесты, несогласие с нынешней политикой Императора. И… выход на Сенатскую площадь. Многих ранило, многих убило. Отцу повезло.

Александр горько усмехнулся.

Повезло ли? Отправили весь род в ссылку. Да не куда-нибудь, а на Урал, ближе к Стене! Без права на возможность вернуться. Все титулы конечно же забрали. Родовое гнездо и накопления — изъяли. Остались только насмешки, позор и жалкое существование до конца жизни.

Александр сжал кулаки.

Нет, он на такое не согласен. Всю жизнь прозябать тут? Нет! Уж лучше воспользоваться шансом, пройти Испытание, получить статус прошедшего, чтобы потом…

Напряжение в воздухе сделалось таким густым, что сдавило легкие — не вдохнуть.

А потом из-за Стены донёсся протяжный низкий гул. Это еще что такое?

Александр непонимающе глянул на вахмистра.

— Раздери тебя в дышло! — выругался тот.

— Что…

— Стой тут! — рявкнул вахмистр и рванул в сторону крепости.

По плацу, от будки к казармам, пронесся пронзительный, нечеловеческий вой сирены. Замигали магические огни, выложенные вдоль стены.

— Тревога! По местам! Нестроевые — в укрытия! — рёв вахмистра перекрыл вой сирены.

Александр, ошеломлённый, растерянный, прижался к какой-то бочке, не понимая, что происходит. Враги? Штурм?

Рядом с ним остановился, поспешно поправляя ремень, бледный кадет.