Андрей Попов – Зеркало на четвертом этаже (страница 2)

Голос у него был хриплый. Курильщик со стажем.

– Наверное, много чего видели за это время.

– Да уж. Видел, как магазин расцветал. Видел, как война закончилась и народ деньги тратить начал. Сейчас, правда, потише стало. Конкуренция.

Кабина проехала второй этаж. За дверью мелькнула тень – кто-то стоял в ожидании. Но лифтер не остановился.

– На втором не нужно? – спросила Джоан.

– Там никого. Тень от манекена, мэм. Свет так падает.

Лифт продолжал подниматься. Медленно, с натугой. Механизм был старый. Иногда трос поскрипывал – звук неприятный, нервный.

Джоан посмотрела на свое отражение в полированной панели напротив. Видела себя размыто, но достаточно, чтобы поправить волосы. Провела рукой по прическе – все на месте.

– Четвертый этаж сейчас хорошо работает? – спросила она. – Много народу?

– В это время дня почти никого. К обеду подтянутся. Женщины любят после ланча по магазинам ходить. А утром – человека три, может четыре. Примеряют спокойно, никто не торопит.

– Отлично. Не люблю толпу.

– И правильно, мэм. В толпе выбрать ничего не успеешь. Суета одна.

Кабина качнулась – проехали третий этаж. Джоан слегка потеряла равновесие, схватилась за поручень. Латунный, холодный. Отполированный до блеска тысячами рук.

– Извините, мэм. Механизм старый, дергается иногда. Жаловались мистеру Сандсу, говорили – нужно менять. Но он экономит. Говорит, работает же, зачем тратиться.

– А безопасно? – Джоан улыбнулась, но в голосе прозвучало легкое волнение.

– Да вы не бойтесь. Я каждый день по сто раз туда-сюда. Живой стою.

Лифтер хихикнул.

Джоан кивнула. Но волнение не ушло. Она вообще не любила замкнутые пространства. И лифты – особенно. Всегда представляла, что трос оборвется и кабина полетит вниз. Глупость, конечно. Но страх есть страх.

Над головой загорелась цифра «4». Лампочка мигнула два раза и погасла. Механизм остановился с глухим стуком. Дверь дернулась, но не открылась.

– Сейчас-сейчас, заело немного.

Лифтер потянул рычаг на себя. Дверь нехотя разъехалась в стороны. Скрипнула петлями.

– Прошу, мэм. Четвертый этаж. Женская одежда, обувь, аксессуары.

Джоан вышла.

Перед ней открылся торговый зал. Огромный – можно было пройти метров пятьдесят в длину. Потолки высокие, метра четыре, с лепниной по краям. Люстры висели через каждые десять метров. Хрустальные. Свет был теплый, приятный глазу.

Справа – стойки с платьями. Слева – обувные ряды. В центре – островки с шляпками, сумками, перчатками.

И тишина. Невероятная тишина для универмага.

Джоан огляделась. Никого. Только вдалеке, у стойки с шарфами, стояла продавщица и что-то записывала в блокнот. Не обратила внимания на новую покупательницу.

Джоан сделала несколько шагов вперед. Каблуки цокали по мраморному полу. Эхо разносилось по залу. Неуютно как-то.

– Можно вам помочь? – раздался голос.

Джоан обернулась. Из-за стойки вышла девушка лет двадцати пяти. Блондинка с высокой прической. Синий фартук, бейджик на груди: “Линда Моррис. Консультант.”

– Да, спасибо. Я видела в витрине платье. Зеленое. Хотела бы примерить.

– О, да! Новая коллекция. Очень красивое. Размер какой?

– Двенадцатый.

– Сейчас принесу.

Линда развернулась и быстро пошла к подсобке. Джоан осталась стоять. Посмотрела по сторонам.

Справа от неё – ряд примерочных кабин. Штук шесть. Занавески на кольцах, бежевые с золотой каймой. Перед каждой кабиной – небольшое зеркало. А внутри, судя по тому что видно через щели – ещё одно зеркало, большое, в полный рост.

Джоан подошла ближе. Заглянула в первую кабину – пустая. Крючок на стене для одежды. Скамеечка. Больше ничего.

Во второй – то же самое. В третьей – кто-то забыл шарфик. Висел на крючке. Красный, шелковый.

– Вот, нашла ваш размер!

Линда вернулась. В руках держала платье на вешалке. Изумрудное. То самое.

– Какое красивое, – выдохнула Джоан.

– Правда? Пришло на этой неделе. Вы первая примеряете. Вот сюда, пожалуйста.

Линда подвела её к седьмой кабине. Последней в ряду. Откинула занавеску.

– Если что – зовите. Я буду рядом.

– Спасибо.

Джоан взяла платье. Вошла в кабину. Задернула занавеску за собой.

Кабина была небольшая. Метр на полтора, не больше. Стены оббиты светлой тканью. Пол – деревянный, паркет. Скрипел под ногами.

Она повесила платье на крючок. Сняла сумочку с плеча – положила на скамейку. Сняла туфли. Разделась.

Перед ней было зеркало. Большое, от пола до потолка. В раме из темного дерева. Старое зеркало – стекло слегка мутное, с патиной по краям.

Джоан посмотрела на свое отражение. Критично осмотрела фигуру. Нужно меньше есть на ночь. Талия поплыла. Но ничего, платье скроет.

Она сняла с вешалки изумрудное платье. Надела через голову. Ткань была приятная – шелк с добавлением шерсти. Дышала хорошо, не сковывала движений.

Джоан поправила подол. Застегнула пуговицы на спине – неудобно, пришлось изворачиваться. Разгладила складки.

Посмотрела в зеркало.

Платье сидело идеально. Как будто шили на неё. Цвет подчеркивал глаза, делал фигуру стройнее. Роберту понравится. Точно понравится.

Она улыбнулась своему отражению.

За занавеской послышались шаги. Кто-то прошел мимо. Потом снова тишина.

Джоан повернулась боком. Посмотрела на силуэт. Да, определенно берет. Цена, конечно, кусается – видела на ценнике двадцать девять долларов и девяносто пять центов. Но можно себе позволить. Роберт получил премию в прошлом месяце.

Она постояла ещё минуту. Представила, как войдет в ресторан в этом платье. Как официант подаст меню. Как Роберт посмотрит на неё с гордостью.

Хорошее чувство.

Джоан провела рукой по ткани. Решила – беру.

Она потянулась к пуговицам на спине, чтобы снять платье.

И тут погас свет.

Резко. Будто кто-то щелкнул выключателем.

Кабина погрузилась в темноту. Не полную – сквозь щели в занавеске пробивался свет из зала. Но в самой кабине стало темно.

– Линда? – позвала Джоан. – У вас свет погас?