Андрей Попов – Сталин: личность, власть, эпоха (страница 7)

Сталин снял угол в избе местного жителя. Занимался охотой и рыбалкой – надо было на что-то жить. Пособие от властей было мизерным, на хлеб не хватало. Приходилось добывать пропитание самому.

Он научился ставить сети, охотиться на дичь, ориентироваться в тайге. Физически окреп – жизнь в суровых условиях закаляла. Но психологически это было тяжело. Бездействие, невозможность участвовать в политической жизни разъедали изнутри.

Он писал письма – товарищам, в редакцию “Правды”, Ленину. Просил присылать книги, газеты, хоть какие-то сведения о том, что происходит в мире. Иногда присылали – с большими задержками, через многочисленные руки.

Пытался бежать, но не получилось. В этих краях побег был почти невозможен. Куда бежать? Вокруг тысячи километров дикой тайги. Без проводника не выбраться. А проводника не найти – местные боялись связываться.

Так он просидел почти четыре года. С 1913 по 1917 год. Самый долгий срок из всех его ссылок. И самый тяжелый. Многие не выдерживали туруханской ссылки – сходили с ума, спивались, кончали с собой. Сталин выдержал. Упрямство и воля помогли.

Есть свидетельства, что в этот период он сожительствовал с местной девушкой, четырнадцатилетней Лидией Перепрыгиной. У них родилось двое детей. Тема деликатная, документально подтвержденная слабо, но современные исследователи склонны считать, что так и было.

Это показывает еще одну сторону его личности. При всей аскетичности и погруженности в политику, он оставался мужчиной со всеми биологическими потребностями. И не очень заботился о морали – четырнадцатилетняя девочка для тридцатипятилетнего мужчины.

И вдруг – спасение. В феврале 1917 года в России случилась революция. Царь отрекся, образовалось Временное правительство. Объявили амнистию политическим заключенным.

Сталин узнал об этом с большим опозданием – новости в Курейку доходили медленно. Но когда узнал – немедленно собрался в дорогу. Через несколько недель добрался до Красноярска, потом до Петрограда.

Представьте его ощущения. Четыре года в ледяном аду, в изоляции, в бездействии. И вдруг – свобода, революция, грандиозные события! Все то, о чем мечтал, ради чего жил, начало сбываться!

Он приехал в Петроград в середине марта 1917 года. Город бурлил. Митинги, демонстрации, собрания. Армия перешла на сторону революции. Рабочие создали Советы. Партии вышли из подполья.

Большевики тоже легализовались. Открыли редакцию “Правды”, начали выпускать газету легально. Проводили митинги, вели агитацию.

Ленин еще был в эмиграции – вернется только в апреле. А пока партией руководили те, кто был в России. И Сталин оказался в числе руководителей. Как член ЦК, как опытный подпольщик, как один из немногих, кто уцелел после долгих лет репрессий.

Он сразу включился в работу. Вошел в редакцию “Правды”, в Петроградский комитет партии, в Бюро ЦК. Писал статьи, выступал на собраниях, участвовал в принятии решений.

Позиция его была умеренной. Он призывал поддержать Временное правительство, сотрудничать с другими социалистическими партиями, не торопиться с новой революцией. Надо дать буржуазной революции развиться, укрепить позиции, а потом уже думать о социалистической.

Это была типичная меньшевистская позиция. И многие большевики придерживались ее в первые недели после Февраля. Только Ленин, вернувшись в апреле, резко развернул курс партии.

Третьего апреля Ленин прибыл в Петроград. Его встречали на Финляндском вокзале – толпы народа, музыка, красные знамена. Триумфальное возвращение вождя.

И на следующий же день он огорошил всех своими апрельскими тезисами. Никакой поддержки Временному правительству! Никакого сотрудничества с буржуазией! Вся власть Советам! Немедленный переход к социалистической революции!

Большинство большевиков были ошарашены. Как это – немедленная социалистическая революция? Россия же не готова! Рабочий класс слаб, крестьянство темное, буржуазия у власти. Сначала надо развить капитализм, потом уже социализм.

Но Ленин был непреклонен. Он говорил – момент уникальный, надо использовать. Массы радикализируются, Временное правительство слабое, война всех достала. Если не взять власть сейчас, упустим шанс на десятилетия.

Сталин поддержал Ленина. Не сразу – первые дни колебался. Но быстро перестроился. Он всегда был верен партийной дисциплине. Если Ленин сказал – значит, так и надо.

С этого момента большевики начали готовиться к захвату власти. Ленин стал душой этой подготовки, главным идеологом и стратегом. А Сталин – одним из организаторов.

Его роль была не на виду. Он не выступал на площадях, как Троцкий. Не писал пламенных статей, как Ленин. Но работал в тени – организовывал, налаживал связи, решал технические вопросы.

Именно такая работа была его сильной стороной. Не блеск, не харизма, а упорная ежедневная деятельность. Скучная, неромантичная, но необходимая.

ГЛАВА 3. 1917 ГОД И ГРАЖДАНСКАЯ ВОЙНА

После февраля в России установилось двоевластие. С одной стороны – Временное правительство, формально обладающее властью. С другой – Советы рабочих и солдатских депутатов, имеющие реальную силу.

Это была взрывоопасная ситуация. Правительство хотело продолжать войну, наводить порядок, откладывать радикальные реформы. Массы требовали мира, земли, хлеба.

Большевики умело играли на этих противоречиях. Ленин выдвинул простые и понятные лозунги: “Мир народам!”, “Земля крестьянам!”, “Фабрики рабочим!”, “Вся власть Советам!” Это находило отклик в сердцах миллионов.

Но Временное правительство и умеренные социалисты – эсеры и меньшевики, которые доминировали в Советах, – противились передаче власти большевикам. Они считали их экстремистами, опасными авантюристами.

В июле произошел первый серьезный кризис. Стихийная демонстрация солдат и рабочих в Петрограде. Большевики попытались возглавить ее и превратить в восстание. Не получилось – правительство подавило выступление.

Начались репрессии против большевиков. Закрыли газеты, разгромили редакции, арестовали лидеров. Ленину пришлось скрываться – сначала в Петрограде на конспиративных квартирах, потом в Финляндии.

Сталина тоже хотели арестовать, но он успел скрыться. Вообще, летом 1917 года казалось, что большевикам конец. Их объявили немецкими шпионами, изменниками родины. Популярность упала.

Но они не сдались. Продолжали работать в подполье, восстанавливали организацию, готовились к новому наступлению.

В августе ситуация резко изменилась. Генерал Корнилов, главнокомандующий армией, попытался совершить военный переворот. Он хотел разогнать Советы, установить военную диктатуру, навести порядок железной рукой.

Войска двинулись на Петроград. Началась паника. Правительство Керенского оказалось беспомощным. И тут эсеры и меньшевики вспомнили о большевиках.

Только большевики имели реальную силу – боевые дружины, связи с рабочими и солдатами. Их выпустили из тюрем, дали оружие, попросили защитить революцию.

Большевики справились. Организовали оборону города, разложили корниловские войска агитацией, сорвали мятеж. Корнилов был арестован, переворот провалился.

И после этого авторитет большевиков взлетел до небес. Они спасли революцию! Они единственные, кто способен действовать! Массы потянулись к ним.

В сентябре большевики получили большинство в Петроградском и Московском Советах. Троцкий стал председателем Петросовета. Началась подготовка к восстанию.

Сталин в эти месяцы работал в основном в партийных структурах. Он не был оратором, не блистал на митингах. Но был надежным аппаратчиком, который делал свою работу четко и без лишнего шума.

Его избрали в Политбюро – узкий руководящий орган партии. Туда входили всего семь человек – Ленин, Троцкий, Зиновьев, Каменев, Сталин, Сокольников, Бубнов. Это была верхушка большевиков, штаб будущего восстания.

Ленин настаивал на немедленном восстании. Он писал из Финляндии письма – горячие, требовательные. Медлить нельзя! Момент уникальный! Если упустим – все потеряем!

Но многие в руководстве колебались. Зиновьев и Каменев открыто выступали против восстания. Слишком рискованно, говорили они. Можем проиграть, и тогда конец всему.

Троцкий был за, но хотел приурочить восстание к съезду Советов, который должен был открыться в конце октября. Чтобы придать захвату власти легитимность.

Ленин был против такой осторожности. Восстание надо начать до съезда, поставить его перед фактом. Иначе противники успеют организоваться.

Сталин поддерживал Ленина. На заседаниях ЦК он голосовал за немедленное восстание. Хотя публично высказывался мало – не его стиль.

Двадцать четвертого октября Ленин тайно вернулся в Петроград. Пришел на заседание ЦК и фактически ультимативно потребовал начать восстание. Его воля переломила колебания.

В ночь с двадцать четвертого на двадцать пятое октября началось восстание. Отряды красногвардейцев, революционных солдат и матросов захватывали ключевые пункты города – мосты, вокзалы, телеграф, электростанции.

Сопротивления почти не было. Временное правительство оказалось абсолютно беспомощным. К утру двадцать пятого большая часть города была в руках большевиков.

Вечером того же дня открылся Второй съезд Советов. Меньшевики и правые эсеры в знак протеста покинули зал. Осталось большевистское большинство.