Андрей Попов – Ромео и Джульетта существовали. Кровавая правда о Вероне 1303 года (страница 2)
Человек, не святой. С сомнениями и страхами.
Финал
У Шекспира Джульетта просыпается, видит мертвого Ромео и закалывается его кинжалом. Красивая смерть на сцене. Публика в слезах.
В реальности все было быстрее и страшнее. Джулия проснулась через десять минут после того, как Ромоло выпил яд. Тело еще теплое, но сердце уже не бьется. Она схватила его кинжал и ударила себя в сердце одним точным движением.
Монахи нашли их на рассвете. Кровь еще не высохла.
Никакой красоты. Только боль и смерть.
Что осталось неизменным
Но главное Шекспир сохранил. Любовь двух молодых людей из враждующих семей. Тайный брак. Убийство на площади. Изгнание Ромео. План с зельем. Роковая ошибка с письмом. Двойное самоубийство.
Костяк истории взят из реальности. Шекспир только украсил поэтическими диалогами и монологами.
Драматург оказался гениальным рассказчиком. Он взял трагедию и сделал ее вечной. Миллионы людей узнали историю Ромео и Джульетты благодаря английской пьесе.
Но справедливости ради – нужно помнить. Это не его история. Это история реальных людей. Которые жили в Вероне семьсот лет назад.
И умерли в один день.
Глава 2: Верона 1303 года – город, где убивали за фамилию
Представьте город, где вашу жизнь определяет фамилия. Не таланты, не деньги, не характер. Только фамилия.
Родился Монтекки – ты враг Капулетти. Родился Капулетти – ты враг Монтекки. С детства. До смерти. Без вариантов.
Верона 1303 года была именно таким местом.
А началось все гораздо раньше. В двенадцатом веке Италия раскололась на два лагеря. Гвельфы и гибеллины. Странные названия, правда? Сейчас объясню.
Гвельфы поддерживали Папу Римского. Они считали, что церковь должна управлять не только душами, но и землями. Папа – главный правитель Италии. Все остальные ему подчиняются.
Гибеллины были за императора Священной Римской империи. Германский император должен контролировать итальянские города. Папа пусть занимается церковными делами. А политика – дело светской власти.
Казалось бы, спор теологический. Пусть ученые в университетах обсуждают. Зачем простым людям в это лезть?
Но в Италии тринадцатого века политика означала жизнь или смерть. Если твой город поддерживал гвельфов, а соседний – гибеллинов, начиналась война. Если твоя семья была за Папу, а соседи за императора – резали друг друга на улицах.
Верона металась между двумя лагерями. То гвельфы захватывали власть. То гибеллины. Кровь лилась рекой.
И семьи Монтекки с Капулетти оказались по разные стороны баррикад.
Монтекки были банкирами. Давали деньги в долг купцам, ремесленникам, даже мелким дворянам. Богатство копили десятилетиями. Умели считать, умели торговать.
Они поддерживали гибеллинов. Почему? Просто. Император далеко, в Германии. Налоги платить нужно, но не слишком большие. Можно вести дела относительно свободно. Главное – поддерживать нужных людей у власти в городе.
Капулетти торговали тканями. Шелк из Византии, шерсть из Англии, хлопок с Востока. Караваны ходили через Верону постоянно. Капулетти наживались на перепродаже. Тоже богатели, тоже строили дома в центре.
Они стояли за гвельфов. И тоже по расчету. Папа контролировал торговые пути через Рим. Если дружить с церковью, получишь льготы на транспортировку товаров. Монахи в монастырях купят ткани для облачений. Выгодно.
Видите? Никакой высокой идеологии. Чистая экономика. Но называлось это политикой. И за политику убивали.
Вернемся к этому важному моменту: в тринадцатом веке в Италии политические партии были как банды. У каждой свои люди, свое оружие, свои дружины наемников. Выборов не существовало. Власть брали силой.
Монтекки нанимали солдат из Ломбардии. Капулетти привозили наемников из Тосканы. Дрались прямо на площадях. Горожане прятались по домам.
А семьи богатели. Война – тоже бизнес. Наемникам нужно платить, кормить, вооружать. Кто-то должен давать деньги. Монтекки давали гибеллинам. Капулетти – гвельфам.
И чем больше вкладывали, тем больше ненавидели противника.
Верона была красивым городом. Римский амфитеатр стоял в центре. Каменные дома богачей украшали улицы. Церкви с фресками принимали прихожан. Рынок шумел торговцами.
Но каждую неделю кто-то умирал.
Не от болезни. Не от старости. От ножа или меча.
Утром могли найти труп на площади. Зарезали ночью. Кто? Никто не знает. Точнее, все знают, но молчат. Убили гибеллины гвельфа. Или наоборот. Месть за прошлую неделю. Когда убили их человека.
И так по кругу. Бесконечная резня.
Городская стража? Существовала. Человек двадцать с копьями. Толку от них – никакого. Утром обходили город, собирали трупы. Записывали в книгу учета. Все. Расследование? Смешно. Половина стражников сами были либо за Монтекки, либо за Капулетти.
Обычные горожане научились выживать. Выходишь из дома – смотри по сторонам. Видишь группу молодых людей с оружием – обходи стороной. Не встревай. Не смотри. Голову вниз и быстрым шагом мимо.
Ночью вообще не выходили. Только безумцы или очень пьяные рисковали. После заката улицы принадлежали бандам. Гибеллины контролировали северные кварталы. Гвельфы – южные. В центре было нейтральной зоной, но только теоретически.
Молодежь из семей Монтекки и Капулетти росла в этом хаосе. С детства знали – те люди враги. Их нужно бояться и ненавидеть. Если встретишь одного – бей первым. Иначе собьют тебя.
Мальчиков учили драться с двенадцати лет. Мечом, кинжалом, копьем. Не для спорта. Для реальных схваток. Отцы говорили сыновьям – убьешь Капулетти, я буду гордиться. Не убьешь – тебя убьют, и я похороню труса.
Девочки? Им говорили – держись подальше от Монтекки. Даже не разговаривай. Это звери, убийцы наших родственников. Если хоть раз увидят тебя с ними – опозоришь семью.
Так воспитывали ненависть. Передавали из поколения в поколение.
Власть в Вероне формально принадлежала князю. Но реально город контролировали семьи.
Монтекки владели банками. Через них шли все крупные сделки. Купить дом? Взять кредит у Монтекки. Отправить товар в другой город? Через их банк переведешь деньги. Они знали, кто сколько зарабатывает, кто кому должен, у кого какие проблемы.
Информация – сила. Монтекки использовали ее безжалостно. Если нужен был союзник – давали кредит на выгодных условиях. Если враг – закручивали долговые гайки до удушья.
Капулетти контролировали торговлю. Их склады стояли у городских ворот. Хочешь ввезти товар? Плати Капулетти за хранение и охрану. Хочешь вывезти? Тоже через них. Попробуешь в обход – караван ограбят на дороге. Случайно, конечно.
У обеих семей были свои судьи среди городских чиновников. Дело попало в суд? Зависит от того, кто судья. Если свой – выиграешь. Если чужой – проиграешь. Справедливости не существовало.
И были дружины. У Монтекки человек сорок молодых бойцов. Официально – охрана банков. Реально – армия. У Капулетти столько же. Охрана складов. То есть такая же армия.
Эти парни патрулировали районы. Показывали силу. Если чужак сунется в их квартал – предупредят один раз. Второй раз не будет. Найдут в канаве с разбитой головой.
Князь пытался контролировать ситуацию. Издавал указы, грозил карами, вызывал глав семей на разговоры. Но что он мог сделать? У него была стража из двадцати человек. У Монтекки и Капулетти вместе – восемьдесят. Плюс деньги, связи, поддержка половины города.
Реальная власть была у семей. Князь только подписывал бумаги.
И вот самое страшное. Закона в современном понимании не было.
Убили твоего брата? Иди мсти сам. Никто тебе не поможет. Стража запишет в книгу и забудет. Судья пожмет плечами – разбирайтесь между собой. Князь скажет – не нарушайте мир, но кто нарушил, не скажу.
Ограбили лавку? Сам ищи воров. Сам наказывай. Обратишься к страже – засмеют. Мол, купец, у тебя денег полно, нанимай охрану.
Поэтому в Вероне действовал закон крови. Тебя ударили – ударь в ответ. Твоего родственника убили – убей их родственника. Не обязательно того же. Любого из семьи. Месть засчитывается.
Это называлось вендетта. Кровная месть. Традиция, которой сотни лет. И остановить ее было невозможно.
Монтекки убили Капулетти. Капулетти убили Монтекки в ответ. Монтекки снова ударили. Капулетти ответили. И так годами. Десятилетиями. Счет убитых шел на десятки.
Каждая семья вела свою книгу мертвых. Длинные списки имен. Дяди, братья, кузены, племянники. Все убитые врагами. При каждом имени – дата и способ смерти.
Детям с малолетства показывали эти списки. Смотри, сколько наших погибло от их рук. Ты обязан мстить. Иначе предашь память предков.
Так воспитывали убийц. В обеих семьях. Из поколения в поколение.
И в 1303 году в Вероне подрастали Ромоло Монтекки и Джулия Капеллетти. Дети, которых учили ненавидеть друг друга. Которым суждено было стать врагами.
Но судьба решила иначе.