Андрей Попов – Попала в чистилище. Врата через которые проходят все (страница 9)
Голос промолчал. Но тишина была красноречивее слов.
Мария закрыла глаза. Вспомнила ту женщину. Ее лицо. Попыталась найти в себе прощение.
Не получалось.
Злость была маленькой. Почти незаметной. Но твердой. Как камешек, который застрял глубоко и не хочет выходить.
— Она причинила мне боль, — сказала Мария. — Украла. Оклеветала. Почему я должна прощать?
— Потому что без прощения врата не откроются, — ответил голос.
— Это несправедливо.
— Справедливость и милосердие — разные вещи.
Мария молчала. Боролась сама с собой. Часть ее хотела держаться за обиду. Это было ее право. Ее боль. Почему она должна отпускать?
Но другая часть знала — голос прав.
Она вспомнила слова Христа. “Прощайте, и прощены будете”. Не “прощайте, когда вам удобно”. Не “прощайте, когда заслужат”. Просто прощайте.
Мария сделала глубокий вдох. Точнее, то движение, которое здесь заменяло вдох.
— Прощаю, — прошептала она.
Слово вышло с трудом. Как заноза, которую тянут из раны.
— Прощаю ее. За деньги. За клевету. За боль.
Что-то внутри сдвинулось. Тяжесть, о которой она не знала, исчезла.
— Прощаю, — повторила она тверже. — И отпускаю.
Врата дрогнули снова.
Мария открыла глаза. Свет за вратами стал ярче. Сильнее.
Она встала. Продолжила молитву.
— И не введи нас во искушение, но избави нас от лукаваго.
Слова полетели свободно. Без препятствий.
— Яко Твое есть Царство и сила и слава во веки. Аминь.
Врата распахнулись.
Не со скрипом. Бесшумно. Плавно. Как будто они всегда были открыты, и Мария просто не видела этого.
За ними — свет. Яркий, но не ослепляющий. И звук. Тысячи голосов. Поющих. Плачущих. Говорящих.
Мария сделала шаг вперед.
И оказалась в другом мире.
Первое, что она почувствовала, — отсутствие опоры.
Пола не было. Точнее, он был, но не физический. Она стояла на чем-то, что одновременно было твердым и невесомым. Как будто воздух под ногами сгустился ровно настолько, чтобы держать ее.
Мария посмотрела вниз.
Ошибка.
Внизу была бездна. Не темная. Наоборот — светлая. Но бесконечная. Она видела слои. Один за другим. Уходящие вглубь, вглубь, вглубь, без конца.
Голова закружилась. Мария пошатнулась. Руки инстинктивно дернулись искать опору. Схватились за пустоту.
— Не смотри вниз, — сказал голос рядом.
Она резко подняла голову.
Рядом стояла фигура. Та самая, что была в первом сне. Очертания размыты. Но присутствие мощное.
— Кто ты? — спросила Мария.
— Проводник.
— Проводник куда?
Фигура не ответила. Просто протянула руку. Ладонь открыта. Приглашение.
Мария не двинулась.
— Я боюсь, — призналась она.
— Знаю.
— Что со мной будет?
— Зависит от тебя.
Мария посмотрела на протянутую руку. Потом снова вниз. Бездна манила. Звала. Хотелось сделать шаг и упасть. Просто упасть и не думать.
— Не делай этого, — сказал проводник.
— Откуда ты знаешь, о чем я думаю?
— Здесь все знают все. Мысли не скрыть.
Мария вздрогнула. Значит, каждая ее мысль — видна? Каждый страх? Каждое сомнение?
— Да, — ответил проводник, хотя она не задавала вопрос вслух.
Стыд накатил волной. Не за какие-то конкретные мысли. За саму наготу. Невозможность спрятаться.
— Привыкнешь, — сказал проводник. — Здесь все привыкают.
— Здесь — это где?
— Между.
— Между чем?
— Жизнью и смертью. Землей и… дальше.
Мария огляделась. Пространство вокруг было странным. Не пустым, но и не заполненным. Словно постоянно меняющимся. То появлялись очертания зданий, то они растворялись. То слышались голоса, то наступала тишина.
— Долго я здесь буду?
— Пока не пройдешь.
— Что пройду?
Проводник указал вперед.
Мария посмотрела. Вдали виднелось что-то большое. Город? Строение? Не понятно.
— Это испытание, — сказал проводник.