Андрей Панченко – Выжить (страница 39)

Понятно, что искать в этом хаосе пересыльного пункта воров самим, было дело почти безнадежное. Слава богу меня, как и большинство парней из нашей команды, мародёрство местных «стариков» обошло стороной.

После бани замерших ещё больше, и злых как собак, нас повели размещать по палаткам. Офицеры-распределители формировали временные взводы. За каждым взводом закреплялся сержант из постоянного состава пересылки. Нас опять не делили, и доставшийся нам в качестве временного командира старший сержант с издевательской насмешкой в глазах повел нас в жилую зону.

Жилая зона — это ровные ряды огромных палаток к одной из которых нас и привел сержант.

— Ваше стойбище салобоны. Палатка номер семнадцать! Входить по одному!

Внутри в нос сразу ударил тяжелый запах: смесь пыли, пота, солярки, хлорки и грязных портянок. В палатке стояли двухъярусные железные кровати с панцирными сетками, на которых лежали матрасы. Матрасы были тонкими и сбитыми в комки. Постельного белья, как и подушек не было. Посреди палатки стояла закопченная буржуйка, к которой был приделан бак, закрепленный на стойке неподалёку. Очевидно печка топилась соляркой.

— Из палатки выходить только в туалет и покурить, по расположению не шляться, воду пить только из бачков, гадить строго в сортир, не вздумайте ссать за палаткой. Бросайте пока кости, в обед за вами зайду.

Так встретила нас знаменитая Кабульская пересылка.

Глава 19

Бросив свой вещмешок на одну из коек ближе к печке, я огляделся вокруг и заметил только растерянные лица. Никто не знал, что делать. Настроение у парней было подавленное. Они все летели на войну, были морально и физически готовы к изматывающим маршам по горам, к боям, но не думали, что Афганистан встретит их вот так. Нас держали на морозе, облили холодной водой, обокрали и загнали в какой-то концлагерь, где даже элементарных условий для жизни нет. Вокруг чужая, враждебная страна, пересыльный пункт забитый сонями солдат, и лютый холод.

— Чего приуныли разведка? — Громко спросил я — Нормально всё пацаны, тут мы не на долго. День-два перекантуемся и разъедемся по своим новым частям. А сейчас у меня предложение. Не знаю, как вы, но я как чухан жить не хочу даже один день. Предлагаю по быстрому всем прошуршать и привести тут всё в порядок. Да и вообще, надо бы нам тут всё организовать так, чтобы больше к нам никто не сунулся. Командовать никем не хочу, дело сугубо добровольное.

— Чего делать-то? — донеслось откуда-то из глубины палатки.

— Щя вещи раскидаем по нарам, нужно будет прибраться и печь затопить. — Начал я — У печки будем дежурить по очереди. Так же нужно будет оставлять на время походов в столовую несколько человек, чтобы шмотки наши стерегли. Тут судя по всем признакам крыс полно, и я не про животных. Дежурным мы что ни будь сами пожрать организуем. Так же надо будет разведать прямо сейчас, где сортир, где курилка, где воду набрать, куда в столовую водят. Парням которых тряханули в бане, тоже бы не плохо помочь. Походить, поглядеть на местных, знакомые рожи поискать, что вокруг плаца и бани крутились. Чем черт не шутит, может получится чего вернуть. И самое главное пацаны, не ссать и держаться вместе. Тут полно дембелей, вполне вероятно, что кого ни будь из наших, могут зацепить, отжать чего ни будь, напрячь. Если это случится, все впрягаются тут же и заднюю не дают. Ну чего, сделаем?

— Да в натуре, чего блядь мы сидим, головы повесили и писю нюхаем? Я за. — Поддержал меня сержант осетин — Командуй Серёга, все согласны!

— Ну раз все согласны… Батраз. — Я кивнул осетину. — Давай ка бери пару бойцов из своих, и затопите печь, а то мы тут дуба дадим. Там хренова система с соляркой, без пузыря не разберешься, а вы по солярке и всему, что на ней работают спецы.

— Говно вопрос, сделаем. — кивнул осетин.

Он без лишних разговоров кивнул ещё одному сержанту из своей старой учебной роты, и они начали ковыряться у печки. Я проводил их взглядом, убедился, что хоть кто-то уже занялся делом, и повернулся к остальным.

— Так. Дальше. — Я ткнул пальцем в пацанов покрепче — Вы двое — на выход. Посмотреть, где солярку можно взять. Просить никого не надо, просто найдите. Тут где-то должны быть запасы топлива. Сами ничего не таскайте, не лезьте пока никуда, запомните где есть и назад.

Двое парней, один из наших, второй из «трактористов», кивнули и молча двинулись к выходу.

— Ещё трое — на разведку. Сортир, вода, столовая. Команды из нашей учебки поищите, я на плацу семнадцатую, и девятнадцатую видел, остальные тоже где-то тут наверняка. Если найдете, узнайте, чего там у парней, они раньше нас сюда прибыли, может чего расскажут нового. Сразу запоминаете маршруты, где офицеры тусуются, где дембеля крутятся, где тихо. Сами знаете короче, чего вам объяснять. Вернётесь расскажете всем.

Я специально говорил коротко, без лишних слов. Короткие команды, завуалированные под просьбу. Люди и так на взводе, им сейчас не разговоры нужны, а понятные действия.

— Остальные пока тут порядок наводим. Матрасы вытряхиваем, мусор выносим. Всё лишнее — ко входу, потому выкинем, свои шмотки под нары. Чтоб потом никто не искал по всей палатке. Нары ровно ставим, чтобы если чего, быстро можно было подорваться, у печки оставляем пространство, чтобы можно было погреться. Ну чё, понеслась?

Я пошёл первым к ближайшим нарам, поднял матрас, встряхнул — пыль пошла столбом. Кто-то скривился, но уже через пару секунд начали повторять. Пошёл процесс.

Первые минуты люди двигались как через силу. Потом, как обычно, втянулись. Один начал материться, другой подхватил, кто-то пошутил — и напряжение чуть отпустило. Все занялись знакомой каждому солдату работой — наведением порядка в расположении.

Я специально не лез в каждую мелочь. Не дергал пацанов, даже если кто-то по моему мнению делал что-то не так. Когда со своими нарами закончил, просто прошёлся вдоль рядов, где нужно — подсказал, где-то просто кивнул. Главное — чтобы движение не останавливалось.

Печка тем временем уже разгоралась. Новоиспеченные командиры боевых машин осваивали новую для себя систему отопления.

Разжигать печку-«капельницу» оказалось целым искусством. Если просто бросить спичку в лужу солярки, она не загорится. Тут нужно было и правда голову поломать.

На дне печки лежал кирпич, на который и капала солярка. Это делалось для того, чтобы топливо не растекалось по всему дну, а впитывалось и лучше испарялось при нагреве. Чтобы её разжечь, сверху, на кирпич клали тряпку, смоченную соляркой, и поджигали. Пока она разгоралась и начинала прогревать металлическое дно печи, краник на бачке был перекрыт. Нужно было дождаться, чтобы внутри создалась хоть какая-то тяга. Когда тряпка хорошо разгоралась, нужно было осторожно открывать краник. Главная задача — настроить подачу так, чтобы солярка капала именно на раскаленный кирпич.

— Звиздец аппарат — Баграз выпрямился, вытирая руки остатками тряпки, которая уже горела в печи — Тут надо следить постоянно. Если капать будет слишком сильно, солярка не будет успевать испарятся, и печка коптить будет и вспышками зае…т, а если слишком слабо, потухнет нахер, и тогда солярка печку зальет. Потом хрен разожжёшь. Точнее как раз зажечь будет можно, но она вспыхнет так, что спалит всё вокруг. Нужно дежурить постоянно, кран вовремя перекрыть если что. И солярку доливать в бак, чтобы не потухла. Разжигать её снова ну его нафинг.

— Ну значить будем дежурить, — Кивнул я. — Братан, короче ты за отопление у нас теперь в ответе, сам за дежурством по печке следишь.

Через какое-то время вернулась первая двойка с улицы, и не с пустыми руками.

— Серёг, нашли. За баней бак от бензовоза стоит, и канистры рядом валяются. Мы пару полных прихватили.

— Нормально, на сутки точно хватит — Кивнул Баграз — У входа заныкайте, чтобы в глаза сразу не бросались.

Разведка тоже подтянулась.

— Сортир за дальним бараком, метров двести. Тут таблички везде висят, не заблудишься, да и не пропустишь его, даже если захочешь. Воняет так, что аж глаза слезятся. Хлорку тут не жалеют, душегубка там короче, долго не посидишь. Вода — возле каждой второй палатки бак стоит. Умывальники кстати не далеко от туалета. Сука, прямо на улице, в желобе лед лежит… В столовую водят повзводно, она тут похоже круглосуточно работает. Семнадцатую команду нашли, их в двенадцатую палатку заселили, рядом совсем,

— Понял. — Я быстро прикинул в голове. — Значит так. До обеда никуда не рыпаемся, скоро за нами должны уже прийти, а вот после обеда решим что дальше делать. Я попробую с нашим старшим побазарить, чтобы парням шмотки по-хорошему вернули. Хотя вряд ли получится…

К обеду наша палатка уже начала выглядеть более пригодной для жилья. Мусор убрали, вещи более-менее разложили, потихоньку становилось теплее. Не дом, конечно, но уже не тот сарай, куда нас загнали.

Я сел на край нар, огляделся. Лица у парней были уже другие. Не такие растерянные. Злость осталась, усталость тоже никуда не делась, но никто уже не сидел с потерянным видом.

Долго ждать не пришлось. Сначала где-то снаружи прокричали:

— На обед! Строиться!

Потом в палатку заглянул сопровождавший нас до неё старший сержант.

— Ну и хули сидим? Команда на выход была! Быстро, не тормозим!