Андрей Меркулов – Литовский узник. Из воспоминаний родственников (страница 52)

Он вернулся домой, прошел в комнату, посмотрел в зеркало и не узнал себя – его лицо имело возбужденное, тревожное выражение; налил рюмку водки, выпил, ничем не закусывая, и лег, хотя было еще не поздно, уверенный, что не сразу удастся ему уснуть.

Глава 6

На другой день на работе его ожидало неожиданное известие.

– Ну, дружок, наделал ты шума своими предложениями. Технический отдел полгода решает эту проблему, а ты, похоже, что-то там полезное накропал, – сказал ему утром начальник, – вызывает тебя к десяти часам заместитель Глуховского по технике. Подготовься, подумай хорошенько, вопросы могут быть разные.

Кроме заместителя Главка в кабинете находился и начальник технического отдела. Спрашивали и уточнили не только отдельные положения предложений Андрея по реорганизации ремонтной службы, но и о его личной жизни, планах на будущее. Андрей чувствовал, что по большинству вопросов начальство достаточно информировано, и старался отвечать кратко, просто. «Наверное, – подумал он, – они хотят с какой-то целью познакомиться со мной ближе».

В конце беседы заместитель начальника Главка сказал, обращаясь больше к Андрею:

– Значит, сделаем так. Временно, на две недели освободим вас от работы в контрольном отделе и переведем в технический для разработки окончательного проекта по реорганизации. Надо обязательно уложиться в эти две недели; уже прошли все сроки, от нас ждут практические предложения. Основное внимание уделите выяснению готовности предприятий к реформированию; поскольку проект поэтапного перехода к новым условиям вчерне имеется, поэтому вы попутно выясните возможности предприятий выполнять параграфы нашего проекта. Желаю успеха.

Эти две недели технический отдел Главзапстроя работал интенсивно, а Андрей и начальник техотдела в Главке находились редко. Они разъезжали по предприятиям трех строительных главков города, беседовали с руководством, осматривали оснащение ремонтных помещений, техническое состояние оборудования.

Основной результат работы технического отдела сложился таким – в настоящее время условий для реформирования ремонтных служб практически нет. Необходимо сначала их создать – некую общую базу интересов и технических средств, которая явилась бы основой реформирования и дальнейшего роста производительности ремонтных служб. На создание такой базы потребуется более года и значительные финансовые вложения. Большинство руководителей предприятий высказались именно за такой порядок реформирования. Ленгорисполком рассматривал этот вопрос на специальном заседании и решил отложить его на некоторое время.

Таким образом, предложения Андрея, которые он обдумывал последние несколько месяцев, оказались преждевременными. Но в руководстве Главка запомнили его способности, энергию, инициативу.

Андрей вернулся на свое рабочее место в контрольный отдел и продолжил заниматься текущей работой в ожидании очередной командировки. Две недели у него не было времени заниматься личной жизнью, теперь это время появилось.

Однажды он прогуливался по Невскому мимо Казанского собора, и ноги как бы сами собой направили его ко входу в музей. Вошел и сразу направился к портрету Чихачевой. «Вот она, моя Лиза, – он с напряженным вниманием всматривался в ее лицо, в ее глаза, – что же ты, красавица, во мне нашла, что ты смогла рассмотреть? И обещала ждать два года. Да что же это такое со мной, и что в ней особенного? И что, собственно, случилось?!»

Он помнил запах ее губ, волос, оголенных рук, полуоткрытого на груди платья, ее крепкого тела, тревожный звук ее голоса. Как он обнимал и осыпал поцелуями ее лицо, а она прижималась к нему и трепетала в его объятиях.

Он отвернулся от портрета и, не глядя на другие экспонаты, направился к выходу. Пришел домой и принялся ходить по комнате.

– Неужели так серьезно; я влюбился или уже люблю? Она сказала, что будет ждать два года. Нет, это невозможно, это невыносимо. Ей двадцать три ; в состоянии ли ждать? Уверена ли она в своем чувстве, возможно ли рождение сильного чувства от одной встречи? А что же я, уже полгода прошло, а ей от меня никакой вести?!»

Целый рой чувств и мыслей рождался и бурлил в его голове. Надо было что-то решить, но что именно необходимо теперь сделать, он не знал.

Он снял обувь, лег на кровать и устремил свой взор в никуда.

– Бедная моя девочка, я предложил тебе такое испытание, и ты его приняла. Обдуманно ли ты это сказала?

– Да что я всё вопросы себе задаю?! Если я люблю ее – надо действовать.

Он не заметил, как заснул, но проснулся среди ночи и снова стал думать о своей любви.

– А любовь ли это? У меня уже было увлечение, была близость, а оказалось – не любовь. Какая же она – настоящая любовь? Понятно, когда она вырастает естественно, во времени. Люди лучше узнают друг друга, свои собственные характеры, сближаются духовно, и возникает любовь. Понятно даже, когда с какими-то целями соединяют незнакомых людей, заключается брак, и во многих случаях уже в браке рождается и растет любовь. Но с первой встречи – это чудо! Хотя, бывает. Такие случаи описаны в литературе, но в жизни мы видим их редко. Да, взять хотя бы родителей Лизы. Здесь даже не с первой встречи, а с первого взгляда ее отца.

Может и у меня с Лизой такой случай? Надо ехать к ней. Обязательно. Но дорога дальняя, нужно несколько дней, а мне их сейчас не дадут – какая-то реорганизация все же будет проходить, меня уже предупредили. Письмо написать? Высказать ей и чем-нибудь доказать, убедить, как я восторженно люблю ее.

Он не знал, как это сделать, но сделать это было необходимо. Он это верно знал. Еще у него было чувство, что он упускает что-то очень важное и дорогое в своей жизни, может быть, самое важное.

«Совсем разгулялись нервы! Что же делать?»

В этих мучительных раздумьях прошло несколько дней.

Глава 7

Тем временем, хотя реорганизации была отложена, строительные управления города вели к ней основательную подготовку. И начали с ротации руководящих кадров. Коснулась она и Андрея. Он был назначен главным инженером Управления механизации 40 вместо прежнего, переведенного на работу в Главк. Для Андрея это назначение, конечно, было неожиданным, но он был знаком с такой работой, поскольку конкретно ее он и проверял во время своих командировок.

Он принял дела у прежнего начальника и начал вникать в новую ответственную должность. Снова надо было осваивать довольно сложную профессию, которая требовала немалых знаний, энергии. Свободного времени не стало совершенно, на работе приходилось задерживаться, а придя домой, читал специальную и техническую литературу, различные инструкции, тематические выпуски. Он учился науке руководить терпеливо, дотошно и теоретически, и практически, перенимая опыт руководства успешных ближайших сотрудников.

Он поставил себе задачу – о личной жизни пока не думать, не отвлекаться ни на что. Его заметили и оценили, поэтому надо оправдывать доверие, создавать себе репутацию умелого ценного работника.

Среди руководителей производства встречаются люди, о которых можно сказать: «Вот он родился начальником, у него есть все, чтобы руководить». Эти люди сразу удивляют – их суждения, указания, высказанные спокойным уверенным тоном, кажутся правильными, единственно верными; их невозможно не выполнить. Они очень редко повышают тон разговора, они спокойны и уверены, но что-то в них есть такое, что вызывает уважение и невольно заставляет людей подчиняться.

Таким руководителем оказался и Андрей; вдобавок он был еще и общительным человеком, и поэтому он быстро «вошел» в коллектив, был, что называется, «принят».

Дела у него пошли неплохо, и он примерно за полгода вполне освоился в своем новом положении.

Свой план «выйти в люди» он выполнил за один год. Конечно, ему повезло – он «попал в случай», но, однако, главным инженером назначили не кого-то другого, а именно его, молодого инженера; значит поверили в его деловые качества и способности. Он был доволен результатом.

Тревожило одно – за весь год он не нашел времени сообщить о себе Лизе. И оправдания себе он не находил. Более того, он вдруг подумал, что на ее месте любая девушка решит, что ее забыли. Лиза была не простой девушкой, она была настоящей красавицей, независимой, с развитым чувством собственного достоинства. Уязвленное самолюбие такой девушки могло сыграть роковую роль. Всё это молнией пронеслось у него в мозгу; его словно парализовало. Он сидел, опустив руки, и глаза его неподвижно смотрели сквозь стену куда-то вдаль. «Если это так, – сказал он себе, – то мне ничего не надо – ни высокого положения, к которому я так стремлюсь, ни больших денег».

Он встал с кресла, прошелся несколько раз по кабинету, сел за стол и написал заявление на трехдневный отпуск по семейным обстоятельствам.

Самолет вылетал на другой день, и к вечеру Андрей был уже в Мурманске. Переночевал в той же гостинице в каком-то нервном возбуждении и утром направился в Управление механизации к Петру Сергеевичу.

Когда Андрей вошел в его кабинет, Петр Сергеевич что-то писал. Он поднял голову; подобие улыбки изобразилось на его лице:

– О-о, какие люди пожаловали, – он встал из-за стола, пошел навстречу, они поздоровались.

– Слыхали, слыхали о твоих успехах. Я, как ты помнишь, не сомневался в твоих способностях. Я стал главным в сорок лет, а ты в двадцать пять, получается, что ты умнее меня почти в два раза.