Андрей Мельник – Статус: Всё ещё клинок системы (страница 25)

— Я знала цену, когда соглашалась. Сама загадала желание и теперь несу эту ношу. И ты и так значительно облегчил мой путь.

— У меня путь уже закончился, я здесь только ради тебя…

— Нет! — Лея подалась вперёд. — Ради нас! Ради отца, Алисы, Маши и даже этой, как её… Той, которую демоница украла…

— Джоана…

— Именно! Поэтому звёзды нужны тебе. Ты Клинок Системы, у тебя впереди такое, что мне даже представить страшно. Потрать эти звёзды на что-то, что спасёт тебе жизнь. На что-нибудь по-настоящему мощное, а не на меня. Я и так доберусь, куда мне надо! Или ты своей сестре не веришь?

— Верю, — кивнул я, обнимая её и утихомиривая гнев. — Ты справишься. А я просто буду рядом, чтобы рассказать отцу, какая ты умница.

Она замолчала и стала шумно вдыхать и выдыхать, постепенно успокаиваясь.

— Ты понимаешь, что я хоть и младший брат, но всё равно буду о тебе заботиться? — тихо произнёс я.

— О себе позаботься, дурак, — крепко обняла меня сестра и отстранилась, потом посмотрела на кого-то, кто пялился на всю эту картину, и показала ему фак, спросив, хули им надо и не выколоть ли любопытным глаза.

Я улыбался под маской, но остался при своём мнении. Не дай Система, попадутся Врата, с которыми даже я не смогу справиться… Или ловушка, или очередной демонический генерал, перед которым отряд Авулуса рассыплется за секунды, а меня почему-то не окажется рядом. Тогда что? Лея погибнет на пороге мечты, потому что я послушался и потратил звёзды на себя? Ну уж нет!..

Портал я куплю в любом случае. Если сестра доберётся сама — прекрасно, значит, портал пригодится мне самому. На каникулы отправлюсь. Только перед этим ещё и обратным порталом обзаведусь. Хотя на Земле и так есть порталы в этот мир. Трещины Мороса не должны мгновенно исчезнуть из мира после начала нашествия тварей. Так что, как у меня будет возможность, я насильно всучу Лее этот портал и заставлю активировать. Пусть потом дуется хоть до конца времён. Главное — живая и дома.

Где-то позади загудели голоса. Кто-то из бойцов ругался с товарищем по поводу справедливого дележа добычи.

— Я ещё и усилю тебя перед отъездом на родину… — приобнял я её за плечи.

— Ну началось… — Я даже увидел перед глазами картину, как сестра закатывает глаза.

— Да, ты права… Началось. И именно сейчас. Всё разом будет тяжело принять в твоём хрупком теле, так что будем закидывать тебя порциями Эфира понемногу. Лови, сестричка… — По моей руке потёк Эфир и проскочил под доспехи, впиваясь в её тело, разум и душу.

— Стой, погоди, я сперва… Ай! — Она резко ослабла, и я помог ей не упасть, усадил на скамейку. — Больно, придурок! Сейчас я встану, и ты у меня получишь…

— О, у тебя есть ещё силы разговаривать? Лови ещё порцию… Это тебе за то, что ты мне в манку все комочки перекладывала, когда мама отворачивалась… Думаешь, я забыл?

— Садист… — выдавила Лея сквозь сжатые зубы.

Тарн наблюдал за братом и сестрой, стоя у колонны и лениво ковыряясь в зубах щепкой. Разговора он не слышал, да и не нуждался в этом. Достаточно прожить пару столетий, чтобы читать подобные сцены как книгу. Девчонка упрямится, мальчишка гнёт своё. Друид фыркнул и выбросил щепку.

Авулус подошёл и снял шлем. Морду тигролюда покрывал слой пыли, смешанной с засохшей зелёной слизью от химер. Он достал флягу и умылся, приводя свои усы и шерсть в порядок, после чего обратился к Тарну:

— Значит, вы уходите?

Друид покосился на него:

— А ты что, боишься, что сам не дойдёшь?

Авулус дёрнул головой, но промолчал. Друид ухмыльнулся, привычным жестом поглаживая живот:

— Мне показалось, что ты намного смелее, чем большинство из всех, кто находится рядом. Или я ошибся?

— Не ошиблись, — чуть приподнял подбородок наёмник.

— Ну вот и славно, — хлопнул Тарн себя по пузу. — Да, ты прав, я ухожу. Нужно заняться артефактами. Накопилась работёнка, пока тут с вами развлекался.

Авулус прищурился:

— Так дело не в еде?

Тарн замер на полушаге, медленно обернулся и посмотрел на наёмника с выражением глубочайшего оскорбления.

— Исключительно в ней, — заявил он. — Артефакты контролировать надо, они же проклятые. А как я это буду делать на пустой желудок? У меня силы антимагии, как у тебя, нет! Так что это ты мог спокойно таскать его, а у меня аж пространственный мешок свербит…

Авулус хмыкнул. Друид почесал за ухом и посмотрел на тигролюда внимательнее, потом кивнул чему-то своему.

— Ты, кстати, заходи в гости как-нибудь. Если не помрёшь по пути к своей мечте. Надо же, тридцать пять Врат…

Наёмника мгновенно пробрало. Он не рассказывал друиду о тридцати пяти Вратах и о семье за гибнущей гранью. Но друид каким-то образом знал.

Тарн покачал массивной головой:

— Это сурово. Но ты, я думаю, справишься. Я буду ждать тебя в Священной роще Натимбора, серый клинок.

Авулус помолчал, осмысливая, потом надел шлем.

— Авулус. Меня зовут Авулус.

Друид наклонил голову набок, изобразил крайнее удивление:

— А я что, не так сказал?

Его огромная рука обрушилась на плечо наёмника. Хлопок вышел такой, что колени Авулуса подогнулись.

— Ну, удачи, — бросил Тарн и подмигнул.

Авулус коротко кивнул. Друид уже развернулся и побрёл прочь, насвистывая что-то немузыкальное.

[Внимание всем участникам! Подготовка к новому этапу Испытания Бесконечных Врат начнётся через пятнадцать минут. Этап 11: «Уничтожить Древо Скорби в проклятой пустоши». Переход состоится автоматически. Убедитесь в готовности.]

Авулус прочитал уведомление, опустил забрало и зашагал к своему отряду.

Тарн тоже прочитал и хмыкнул. После стольких лет в этом мире зловещие названия его не впечатляют. Но мальчишке он всё равно напишет.

Друид открыл интерфейс маски и набил сообщение:

[Ухожу. Бутерброды кончились, пора домой. Будь осторожнее, мальчишка. Враги бывают разные. Кто знает, что найдётся в новых Вратах.]

Ответ пришёл через полминуты:

[Понял. Спасибо за всё, Тарн. Удачи с артефактами и бутербродами. Я тоже скоро вернусь.]

Друид фыркнул и закрыл интерфейс.

«Скоро вернусь. Ну-ну».

Тарн достаточно хорошо знал мальчишку, чтобы понимать: «скоро» у того может растянуться на сколько угодно. У парня талант ввязываться в неприятности на ровном месте, и каждая следующая оказывается масштабнее предыдущей.

Тарн открыл меню, нажал на кнопку подтверждения завершения участия и отправился в ставшее родным убежище.

Перенос длился мгновение. Амфитеатр исчез, и друид оказался в своём подземном жилище под Священной рощей. Каменные стены с остатками древней копоти, деревянный пол, верстак с недоделанными амулетами в углу, полки с книгами вдоль стен, очаг, в котором тлели угли. На экране маготехнического терминала мерцала заставка величайшего турнира.

Перед экраном на диване сидел потный Имирэн. Тарн поднял брови и задержал взгляд на изменившемся начальнике стражи его рощи. Бывшем начальнике.

Друид, конечно, знал, что ученик должен был пройти через перерождение, пока его не было, но одно дело знать, а другое — видеть, во что тот в итоге превратился.

— Укуси меня суккуб… Через что же ты прошёл?.. — обалдел друид, смотря на своего ученика.

Утончённый эльф Имирэн исчез из этого мира. Вместо него теперь сидел здоровенный бугай, обтянутый сухими мышцами, каких ни у одного эльфа Тарн за триста лет в Натимборе не видел. Плечи раздались в ширину, предплечья покрывала сеть шрамов, врезавшихся в кожу так глубоко, что они казались частью тела. Рунные татуировки поднимались от запястий к шее и терялись под воротом. Кожа приобрела землистый оттенок, на тон темнее обычного эльфийского.

Корневой эльф. Тарн видел такое лишь однажды. И то в древних записях. Он не верил, что кто-то из ныне живущих способен пройти этот путь. Но прямо сейчас перерождённый воин сидел с вытаращенными глазами и не дышал.

На его правом плече, обхватив могучее предплечье обеими руками, спала Мира. Золотистое свечение богини угасло до едва заметного мерцания, волосы рассыпались по груди Имирэна, а на губах застыла безмятежная улыбка.

Имирэн повернул к друиду одни глаза. На лице воина, способного в новом обличье переломить хребет химере голыми руками, читалась паника загнанного зверька.

Тарн прижал палец к губам, подавляя ухмылку, и на цыпочках двинулся ближе. Для существа его габаритов «на цыпочках» означало, что половицы стонали и посуда на полках подрагивала, но друид старался.

— Давно так сидите? — прошептал он.

— Седьмой час, — одними губами ответил Имирэн. — Она пришла, села рядом и уснула. Я попытался встать, но она перехватила руку и не отпускает. Это же богиня, наставник. Если я её разбужу…