Андрей Мельник – Статус: Хулиган Системы (страница 16)

— Корабли хозяев на якорях. Девять кораблей.

Девять. Пять кораблей охранения давно лежат на дне за пределами бухты, а флагман для него просто перестал существовать. Отвод взгляда сработал на существе, которое даже не понимает, что вокруг происходит. Хотелось ткнуть пальцем в сам флагман и спросить в лоб, но подсказывать наблюдателю нельзя, иначе весь смысл проверки насмарку. Я указал рукой на главный причал.

— А там? Что стоит у главного причала?

Пленник всмотрелся, и его перекосило. Он зажмурился и отвернулся всем корпусом, вжимая голову в плечи. Я повторил вопрос и положил ему руку на плечо, а то замер как истукан. Подействовало.

— Господин мой там лежит, — просипел он, не открывая глаз. — Мёртвый. Умоляю, не заставляйте смотреть.

Экспериментом я остался доволен. Сперва работает отвод взгляда, наблюдатель попросту не смотрит в нашу сторону. Если же чья-то воля или случайность пробьют первый контур, в дело вступает иллюзия и подсовывает смотрящему то, от чего он сам поспешит отвернуться. Для часовых на стенах острова такая связка выглядит убойной, а большего мне и не надо.

Пленника я вернул к остальным и кивнул Ратмиру. Местных выпустили из казармы всем скопом. Они сбились в кучу у ворот, щурясь на закатное солнце и ожидая чего угодно, только не свободы. Говорил я коротко, Аттид переводил фразу за фразой. Да и увидавший труп господина на причале ему помогал.

— Дни демонов в этих землях сочтены. У вас появился выбор. Можете сдохнуть за этих ублюдков, а можете жить и решать свою судьбу сами. Как распорядиться этим выбором — дело ваше.

Толпа молчала, зато в задних рядах я заметил пару взглядов, в которых злости было больше, чем страха. Для первого раза достаточно и этого. Выращивать здесь сопротивление у меня нет ни времени, ни желания.

Граф к тому времени закончил потрошить трюмы. Припасы и остатки груза перекочевали отчасти на берег, отчасти в наши пространственные закрома. Девять кораблей стояли на якорях практически пустыми, и жалеть их было некому. Я прошёлся над бухтой и вспорол каждому днище ледяными клиньями. Вода охотно хлынула в пробоины, и работорговая эскадра корабль за кораблём осела на дно родной гавани. Следом пришла очередь моего заслона. Лёд на выходе я расколол на крупные пласты и развёл их в стороны, освобождая проход.

Флагман отчалил в сумерках. С парусами, правда, пришлось повозиться… Мэд тянул верёвки за троих, я по мелочи помогал ветром, и к ночи бухта с торчащими из воды мачтами осталась далеко за кормой.

До острова полтора дня хода. Вахты расписали по парам, и у каждого нашлось занятие. Зиркс ушёл ковыряться в трофейных механизмах, Аттид с Графом посменно стерегли алтарь. Я между сменами гонял ману по резерву и прокручивал в голове план высадки. Самая интересная часть нашего внеочередного приключения ждёт нас.

К вечеру следующего дня берег окончательно скрылся за горизонтом. Море шло ровной волной, алтарь исправно тянул ману, и никто из нас понятия не имел, как наш корабль выглядит со стороны.

Шаэлисс несла вахту на носу, сменив Имирэна, а остальной отряд после ужина собрался на палубе у центральной мачты. Расходиться по каютам не хотелось.

— Я всё посчитать пытаюсь и сбиваюсь… — Ратмир привалился спиной к фальшборту. — Сколько мы уже на этом турнире? По ощущениям — месяц, по мозолям — все три.

— Я счёт давно потеряла, — пожала Герда плечами.

— Вот и я о том же. А ведь от этого счёта зависит, сколько у нас в запасе до новой встречи с безголовыми. Точного срока нам никто не называл, но и бесконечным он точно не будет.

— Значит, считаем по-другому, — сидела Маша на бухте каната и осматривала кромку кинжала. — Темп мы держим отличный. Каждая миссия приносит награды, а награды вытягивают из нас то, о чём мы раньше и не мечтали. Ещё недавно я бы с высшим на причале и минуты не продержалась.

Спорить никто не стал. По наградам наш путь и правда считался честнее, чем по дням календаря, которого у нас всё равно нет.

— К слову о наградах… — вздохнул Вася с чувством. — Жаль, что Система не выдаёт жетоны авансом. Отсыпала бы пачку перед островом, и мы бы там вообще никого ни о чём не спрашивали.

— Может, у неё мощности не бесконечные, — поскрёб Зиркс подбородок железными пальцами. — Станок наград один, очередь на тысячи миров. Я бы на её месте тоже выдавал строго по записи.

— А может, порядок такой же, как в гильдиях, — огладил Брячедум бороду. — Мастеру вперёд не платят. Сначала покажи работу, потом получай. Иначе в мастерах ходили бы одни лентяи.

— Всё проще и куда страшнее… — Алиса сидела между мной и фальшбортом. — Ничто в мирах не рождается из пустоты, даже эти жетоны. Чтобы создать один, нужно маленькое чудо и вложенная энергия созидания. А её нужно где-то взять.

Вася открыл рот, но Алиса качнула ухом, и вопрос застрял у него в горле.

— Начни Система раздавать такую силу бездумно, мир превратился бы в хаотичную свалку. Он таким уже был. После бунта демонов и Первых богов. Тогда нашлись создания настолько сильные, что даже она не могла с ними совладать. Чтобы запечатать Первых, ей пришлось снять защиту со множества малых миров и бросить их беззащитными, потому что из ниоткуда энергию не взять, и вот результат.

Она помолчала, глядя на тёмную воду за бортом.

— Демоны, ставшие её врагами, и прочие порождения той войны с пришлыми захватчиками знали эту слабость и били по ней без жалости. Сколько они захватили и сколько ещё планируют захватить, не знает никто… С тех пор на подобные щедрые подарки наложен строжайший запрет. За тысячи лет положение кое-как выправилось, появились меры предостережения миров от захвата и вторжений, но всё это мелочи. Изменения не настолько масштабные, чтобы махнуть рукой и начать раздавать божественное могущество направо и налево. Уникальную силу получают единицы, такие, как Алекс, и лишь после множества проверок. Для меня самой подобный поворот в своё время стал удивительным.

Она встала, обняла мою руку обеими ладонями и прижалась щекой к плечу, ничуть не смущаясь чужих взглядов.

— Но приятным, признаю.

— Тогда работаем без авансов, — подытожил Ратмир. — Заработаем свои награды на острове.

Корабль шёл вперёд, и с каждым часом остров становился всё ближе. Что нас там ждёт, не знал никто. Вся наша фора стояла посреди палубы и тянула ману. Алтарь Аттида должен подвести нас вплотную и подарить право первого удара. Если всё сложится, этот удар станет самым сокрушительным.

Капитан восточной стены заступил на обход после полуночи. Обход он всегда начинал с дальнего конца стены, и сегодняшняя ночь не стала исключением.

Восточная сторона смотрела на рейд, и Хранители острова любили сюда прийти, поэтому и порядок тут требовался особенный, постоянный. За годы службы капитан вызубрил здесь каждый камень, так что трое солдат не на своих местах бросились ему в глаза с полусотни шагов. Они крутились у дальнего зубца выступа, вертели башками и тыкали пальцами в сторону моря или же копошились в кладке.

— Какого чёрта вы тут забыли⁈ — Кнут в его лапе щёлкнул по камню, высекая крошку. — Ваши посты вон там, слепые отродья! Ещё раз поймаю у чужого зубца, спишу на нижний ярус, к погонщикам падали! Там по ночам тоже интересно!

Он прошёлся вдоль троицы и наотмашь приложил ближнего по наплечнику. Второму отвесил подзатыльник, от которого шлем съехал на глаза. Третьему молча поднёс к морде рукоять кнута, и у всех троих разом прорезалась память. Оправдания посыпались наперебой, и капитану пришлось щёлкнуть кнутом повторно, чтобы выслушать доклады по очереди.

Первый клялся, что видел гигантского кальмара. Тварь обогнула остров с юга, и он побежал вдоль стены следить, куда она направляется, и предупредить соседние посты. Там его подняли на смех, потому что тварь больше никто не разглядел.

Второй мялся дольше и выдавил, что лунная дорожка на воде напомнила ему вчерашнюю кашу, после которой полвзвода до утра выворачивало за стену. Смотреть на воду он больше не мог и отошёл туда, где луна не отражалась.

Третий отпирался до последнего и лишь под занесённым кнутом сознался, что ему явился дух и указал на тайник в стенной кладке. Он отлучился проверить, но тайника на месте не оказалось. Капитан на всякий случай простучал кладку сам и ничего, кроме камня, не нашёл.

Он выслушал весь этот бред, врезал каждому кулаком ещё по разу и погнал всех на посты.

«Кальмары и духи с тайниками… Довели гарнизон тыловой службой, скоро русалок в колодцах ловить начнут!»

Сам он задержался у парапета и глянул на море, проверяя россказни. Никакой твари в волнах не наблюдалось. Зато корабли ночной стоянки один за другим снимались с якорей и расходились в стороны, словно освобождали кому-то коридор к острову.

«Какого беса здесь происходит?..»

Ответ он получил через пару вдохов. Над освободившимся проходом, над самой водой, летела нагая демонесса. Широкие перепончатые крылья несли её к острову, и лунный свет обрисовывал тело во всех подробностях. Рука сама потянулась к сигнальному рогу и застыла на полпути.

Капитан состоял в «Безбабском ордене» девятый год. Устав запрещал братьям даже смотреть на нагих демонесс, за нарушение полагалось покаяние перед старшим братом и месяц самобичевания.

Он спешно опустил взгляд и зажмурился. Задышал так шумно, что заглушил для себя прибой под стеной. Внизу живота предательски потеплело, и капитан принялся вспоминать первую строфу орденского устава. Но строфа не вспоминалась… Девять лет обетов не справились против одной летящей паскуды.