Андрей Мартынов – Время одного детства (страница 5)

– Работа есть ТЭЧЕКА. Жилье есть ТЭЧЕКА. Скоро буду. – Бабушка перевернула телеграмму и посмотрела, нет ли чего с обратной стороны, но больше ничего не было. – Афанасий, слышишь? – обратилась она к мужу. – Жилье есть, а главное, работа есть, значит, можно ехать.

– Слышу, – отозвался муж, – приедет, тогда и поговорим.

Санька почти ничего не понял из того, что обсуждали взрослые.

– Скоро мама с работы придет, – обратилась бабушка к внуку, – поможешь мне картошку почистить?

– Помогу, – как обычно, ответил внук. Он всегда помогал – и готовить, и посуду мыть после всех застолий. В большой семье все за что-то отвечали – такой был порядок.

Мытье посуды проходило в несколько этапов и занимало много времени. На большой стол в столовой, за которым вся семья кушала, ставили два больших таза. В первом – смывали жир с тарелок и перекладывали их во второй. Во втором – горячей водой мыли тарелки начисто, но так как посуды после каждого застолья было много, то воду в тазах меняли два-три раза. Затем ставили на стол третий таз с чистой и горячей водой и еще раз прополаскивали все. Двое мыли посуду, двое стояли рядом и вытирали ее насухо красивыми вышитыми полотенцами, а следующие двое затем расставляли посуду на свои места в кухонные шкафы.

Прошло несколько дней. Санька возился со своим красным автокраном в углу, где хранились его немногочисленные игрушки. Он двигал машину и издавал звуки, как настоящий мотор. При этом «водитель автокрана» еще и отдавал команды стропальщику – тому, кто цеплял и отцеплял грузы:

– Постолонись! Тяжелый глуз! Остоложно! Отцепить глуз!

– Саша, сынок, – раздался бабушкин голос из столовой, – иди сюда. Твой папка приехал.

Санька продолжил сидеть на коленках, но поднял голову.

«Какой папка? – была первая мысль ребенка. – Дедушка же на работе». Он успокоил себя этим выводом и продолжил возиться с машиной.

– Саша, ты меня слышишь? – голос бабушки прозвучал настойчиво. – Иди скорей сюда! Папка же твой приехал.

«Не показалось», – подумал мальчик. Встал с пола и пошел из зала в столовую, откуда звала бабушка.

Санька переступил широкий и высокий порог двери, которая отделяла столовую от зала и прихожей, и подошел к столу, за которым друг напротив друга сидели бабушка и какой-то мужчина. Бабушка поочередно улыбалась то внуку, то гостю и, наверное, думала, как сгладить напряжение, которое повисло между ними.

– Папка твой приехал, – повторила снова баба Катя и как бы посоветовала: – Нужно поздороваться.

Мальчик посмотрел на мужчину. Тот сидел за столом возле окна, из которого было видно двор дома. В окно был виден бабушкин палисадник с клумбами разных цветов, три сотки земли под картошку и деревянный забор, который отделял двор дома от соседствующего детского сада для младших групп детей.

Лицо мужчины не выражало никаких эмоций. Он лишь повернул голову в сторону мальчишки и даже не улыбнулся, а как-то спокойно и безразлично смотрел на него и молчал. Сидел он за столом согнувшись и положив руки на колени.

– Ну, что же ты, Саша? – как бы недоумевая, продолжила бабушка. – Так невежливо себя вести.

– Здл… – только и успел выговорить ребенок, как хлопнула дверь в прихожей и дом наполнился веселыми голосами. Это прибежали с работы мама Саньки и одна из ее младших сестер – Люба. Люба уже тоже училась в педагогическом и была у родителей на каникулах. С ними был и дедушка Афанасий, которого они встретили на улице по дороге домой.

– …ствуйте! – остаток приветствия мальчишки утонул в гомоне взрослых.

Мужчина ничего не ответил.

– Здравствуйте! – первой вбежала в столовую Люба. На ее лице сияла задорная улыбка. – Привет, мужчина! – весело и громко сказала она, наклонилась и поцеловала Саньку в щеку, затем снова нагнулась к мальчику и, показав рукой на мужчину, спросила: – Кто это приехал?

– Здравствуй, муж! – спокойно сказала Сашина мама. Она вошла в столовую через мгновение, после сестры.

– Здравствуйте! – следом за ней вошел дед Афанасий и протянул руку мужчине, чтобы поздороваться.

Гость продолжал сидеть, как сидел, протянул руку деду, не встал и наконец произнес – как бы ответил всем сразу:

– Здрасте вам!

Алла остановилась у стола возле сына и обняла мальчика за плечо, она ожидала более теплого приветствия от мужа, но гость был больше похож на живую мумию, которая, по всей вероятности, за долгое время своего отсутствия в семье еще и разучилась говорить на родном языке.

– Давайте чай пить? – тут же предложила бабушка. – Девочки, помогите мне накрыть на стол!

Женщины засуетились между кухонными шкафчиками, загремели посудой и весело болтали при этом.

Дед выдвинул из-под стола табурет, сел рядом с гостем и спросил:

– Как доехал?

– Да ниче, – как бы нехотя ответил мужчина, – долго только.

– Сколько дней добирался?

– Почти неделю.

– А что так долго?

– Улететь трудно от нас. То погода нелетная, то на Оби шторм и паром не ходит, то поезда нет в этот день.

– А поезд сколько идет?

– Двое с половиной суток.

– Скорый?

– Да.

– Как там погода? – продолжил расспрашивать дед Афанасий.

– По-всякому, – гость отвечал коротко и однозначно, изредка поворачивал голову в сторону деда, – жить можно.

– А что с работой? Ты сообщил, что работа есть.

– Работы – валом. Если крутиться, то можно чемоданами деньги грести.

– Ну, уж и чемоданами? – с улыбкой вставила Люба, она хлопотала вокруг стола и расставляла посуду.

– Крутиться нужно, – повторил мужчина.

– А Алке работа есть? Север ведь, а она девчонка еще, сам понимаешь, – задал очередной вопрос ее отец.

– Найдем. Не будет кочевряжиться – проживем, – в голосе гостя прозвучала нотка недовольства. С тех пор, как после последнего разлада в семье он уехал «на заработки», прошел целый год.

– А жить где будете?

– Там жилья полно. Бараки пустые стоят. Выбирай любой, заходи и живи, – ответил гость, при этом он смотрел на стол. Но в голосе его ни оптимизма, ни какой-либо радости не чувствовалось.

– Ну, давайте чай пить, – весело предложила бабушка.

Все быстро расселись и стали наливать в кружки ароматный и горячий чай. Дедушка Афанасий взялся намазывать для всех на кусочки хлеба масло.

– Я тут пряник привез, – сказал гость и опустил руку под стол, достал из-под него небольшую черную сумку, – вот.

Он вытащил небольшой плоский тульский пряник в виде медведя и положил в хлебницу с хлебом. В глазах присутствующих читалось и удивление, и недоумение одновременно. Взгляды несколько мгновений то опускались на пряник, то поднимались на гостя.

– Ой, Саша, – радостно обратилась бабушка к внуку, который все так же стоял возле стола, – посмотри, какого медведя тебе папка привез! На-ка, попробуй!

Она взяла из хлебницы пряник и протянула внуку.

Мальчишка взял его и посмотрел на мужчину. Мужчина повернул голову в сторону ребенка, и их глаза встретились. Ничего не екнуло в сердце мальчика. Ни тени улыбки не скользнуло по лицу гостя.

– Кусай скорее! – веселым голосом попыталась подбодрить племянника Люба. – Ну! Кусай!

– Сына, что нужно сказать? – обратилась Алла к Саньке.

Мальчишка держал пряник обеими руками, продолжал смотреть на мужчину и молчал.

– Ладно, что вы пристали к нему? – вступился дед, затем он улыбнулся внуку и тихонько взял его за плечо: – Попробуй, наверное, очень вкусный.

Санька нехотя откусил небольшой кусок от «уха медведя» и положил пряник на стол возле матери. Она тут же разломила его на несколько частей и раздала всем за столом.

– Иди поиграй, – шепнула она сыну на ухо. Мальчик тут же повернулся и ушел в зал к своим игрушкам.

– А как хоть называется то место, где вы работаете? – спросила бабушка мужчину.

– Надым, – ответил гость, – да в телеграмме же написано.