Андрей Мартьянов – Чёрный горизонт (страница 57)

Десятник молча кивнул, подтверждая.

Я снял с запястья браслет, положил на стол. Приказал псевдоразуму:

— Покажи глобус Меркуриума.

Вспыхнул ярко-голубой конус, распадающийся на многоцветье тысяч тончайших лучиков, под потолком кабинета возникло объёмное изображение планеты.

— Это не магия, это техника, — сказал я. — Очень сложная машина, обладающая возможностью мыслить почти как человек. За пределами Меркуриума такие широко распространены.

— К чему вы ведёте? — перебил меня Озимек.

— Человек, о котором я говорю, может нам помочь. Военной силой. Не ущемляя суверенитета его светлости князя и короля, над принадлежащими им землями — как союзник.

— Сколько придётся заплатить? — Меркурианцы не верили в бескорыстность, этот вопрос был вполне предсказуем. Отвечать придётся соответственно.

— Вам дороже золото или человеческие жизни? Моему другу плевать на Совет Первых и Гвардию Небес, они для него ничего не значат. Другой вопрос: согласятся ли князь и высшие дворяне на появление чужаков и учтут ли возможный гнев Совета, который падёт на тех, кто осмелится нарушить тысячелетние устои?

— Эти «устои» давно обесценились, — вздохнул пан Озимек. — Дольни-Краловице — университетский город, инопланетные ваганты знают, какова жизнь в других мирах и какова здесь. Частенько они смеются над нами, донесения ложатся мне на стол регулярно. Я умею делать выводы и наблюдать, Меркуриум отстал от цивилизаций других людей на многие столетия. Рассказывайте подробно. Перед тем как пойти к князю, я хочу знать всё и желательно получить доказательства.

— Вы их получите, — убеждённо сказал я.

Я попытался активировать линию Планка, но псевдоразум браслета сообщил, что сверхдальняя связь действует постоянно. Следовательно, Удав ведёт непрерывное наблюдение за событиями. Голограмма глобуса Меркуриума сменилась эмблемой Лация: золотой ликторской связкой с раскинувшим крылья орлом.

Полтора часа спустя пан Озимек смотрел на меня почти восторженно.

— Отправляйтесь в замок, — сказал он. — Я переоденусь в парадный костюм, нельзя же являться к его светлости в затрапезном… Только бы в городе ничего не произошло до нашей беседы с князем!

— Доволен? — спросил я у фон Барта, едва мы вышли на крыльцо. Конфиденты тайной службы ненавязчиво взяли нас «в коробочку»: охрана — дело святое.

— Выглядит как сказка, — откровенно сказал десятник, покачав головой. — Не верится!

— Ничего, уверуешь. Прибавим шагу, скоро два пополудни будут бить, а тебе вроде к четырём?

Очередной сюрприз ожидал меня у ворот замка — Вильрих фон Зоттау ожесточённо препирался с гвардейцами, категорически не желавшими пропускать в резиденцию светлейшего посторонних. Отсылки на то, что Вильрих прекрасно знаком с алхимиком паном Николаем, да и сам является особой королевских кровей, не помогали: у нас приказ! А будете возмущаться, господин хороший, придётся отправить вас куда следует — для выяснения. Ступайте сударь, ступайте.

— Объявились наконец? — невежливо сказал я, тронув остийца за плечо. — Где вас носило, принц?

Вильрих обернулся и шепнул под нос заковыристое словечко, сделавшее бы честь любому запойному мусорщику из неблагополучного квартала Малоградец, что за Овощным рынком. Даром что племянник короля Остмарка, хоть и непутёвый.

— Скажите этим олухам… — начал было Вильрих, но я жестом попросил его замолчать.

— Приказ есть приказ. Подождите меня здесь, я сбегаю к сотнику гвардии, попрошу его сделать исключение: сами понимаете, в городе события…

— Ещё какие, — проворчал Вильрих.

Пан Стеклы дал разрешение, моего высокородного приятеля проводили в Башню Алхимиков. Гинек организовал горячий обед — гусь в подливе и варёные клубни с зеленью.

— Присоединяйтесь без стеснения. — Я указал Вильриху на лавку возле накрытого стола. — Не ел больше суток, голоден как волк.

— Потрясён вашей беспечностью, нашли время…

— Что же, с голоду умирать? Выпейте вина. Предстоит серьёзнейший разговор, выше высочество. Только дайте слово дворянина, что не будете перебивать, а потом ответите на мои вопросы с предельной честностью.

— Как угодно, — пожал плечами остиец. — Вы наконец-то решились на откровенность?

— В виду недавних событий — да. Когда вернулись из Ополья?

— Второй день.

— Про Эльзбет знаете?

— Наслышан. — Вильрих посмурнел. — Кажется, я знаю, чьих рук это дело.

— Потом расскажете, мы ещё вернёмся к убийству пани Лоденицкой, тем более что дело близко касается нас обоих… Вы были правы, всё рушится, мы балансируем на самой грани.

— Рад, что наконец-то заметили.

— Злая ирония сейчас неуместна. Без вашего деятельного участия, принц, из неприятностей не выбраться. Грядут большие события. Значит, я могу вам полностью довериться?

— Я привык отвечать взаимностью друзьям. Если вы действительно считаете меня своим другом.

— Скорее, товарищем по несчастью. Держитесь крепче за что-нибудь, вот вам новость номер один: герцог Визмар вернулся на Меркуриум.

— Как?.. Что вы сказали? — У остийца глаза на лоб полезли. — Откуда это известно? Риттер фон Визмар?

— Нет, не сам герцог. Наследник. Несколько недель назад я виделся с ним и даже сопровождал в Морской замок. Вы и ваши сообщники входите в число приверженцев Визмара, я правильно догадался? Участвовали в давнем мятеже или косвенно его поддерживали?

— В общих чертах вы правы, — нейтрально сказал принц. — В самых общих. Расскажите в подробностях, в свою очередь обещаю ничего не скрывать.

На всякий случай я умолчал о некоторых деталях путешествия в Готию — например, о том, что наш незадачливый Стёпа не принадлежит к расе homo novus, такие секреты лучше придержать до поры до времени. В остальном я постарался держаться истины, обратив особое внимание на обнаруженные в замке Визмаров документы — карты Гельвеции в блокнотике с чёрной обложкой. Если Вильрих связан с мятежниками, он наверняка слышал об интересе старого герцога к побережью Анконы и странностях южного материка.

Принц слушал, затаив дыхание, не переспрашивая и ничего не уточняя. Изредка кивал, будто подтверждая мои слова.

— Описание замка точное, — заключил он. — Я бывал там, очень давно. Значит, вы оставили наследника в Готии?

— Вряд ли его станут искать в таком захолустье. Пока я не выясню, каковы намерения и планы у людей, держащих сторону Визмаров, о вашей встрече с ним и речи идти не может. Считайте меня доверенным лицом наследника. Ваша очередь говорить, принц. Итак?

— Не боитесь? Есть секреты, за которые платят жизнью. В случае, если события начнут развиваться по наихудшему сценарию, не пощадят и алхимика-граульфианца, не посмотрят на заступничество гильдии и влияние, которым вы пользуетесь…

— Очень страшно, — фыркнул я. — Те самые люди, которые убили Эльзбет из Лоденице, стреляли и в меня. Спасибо пану Озимеку, уберёг. Вы очень вовремя скрылись из столицы, уехав в Градец Опольский, вас тоже поджидали — тайная служба князя потянула за ниточку, и ведёт она в Остмарк. Покушения связаны с вашей деятельностью? Они убирают всех, с кем вы близко контактировали? Чьи интересы задеты? Совета?

— И Совета тоже. В последние десятилетия идёт крупное столкновение нескольких групп меркурианской элиты. Первого Поколения, наиболее знатных и влиятельных дворянских семей, представителей крупнейших торговых домов, а также четвёртую силу: весьма многочисленную, но небогатую прослойку поместных дворян, владеющих крошечными фьефами — последние молоды, далеко не каждый получает возможность проявить себя на государственной службе, большинство должностей заняты… Некогда крупные землевладения с появлением детей-наследников дробятся на более мелкие — каждому следует выделить участок. Людей всё больше, естественная убыль населения отсутствует, подступает кризис: лет через триста свободными останутся только тундра да болота. Понимаете?

— Кажется, да, — согласился я. — Никогда не задумывался об этом аспекте меркурианской жизни.

— Очень зря. Молодёжи некуда растрачивать накопленную энергию, мелкие свары между дворянами и даже войны не в счёт. Бороться с угрозой перенаселения можно одним способом: отпустить желающих в другие миры. Готовить людей к этому, учить способам выживания, разрешить путешествовать по Металабиринту.

— Ловко, — присвистнул я. — Воображаю, каково мнения Совета Первых по данному поводу!

— Конечно, они и слушать ничего не хотят. Придёт конец самоизоляции, значит обрушится и непрочная система общественных взаимоотношений, структура нашей субцивилизации изменится, а резких необратимых перемен они боятся больше всего. Едем дальше: недовольство среди молодёжи зреет издавна, но сломать традиции, выступить против сложившегося порядка можно только организованно, обладая серьёзным превосходством если не в числе, то в… кхм… вооружении. Напомню, что Риттер фон Визмар потерпел неудачу — общество тогда ещё не созрело, а герцога выставили перед всей планетой эдаким кровожадным злодеем, захватчиком и мелким тираном, решившим потешить своё самолюбие. В то время как фон Визмар, человек очень одарённый и умный, видел проблему комплексно: развитие Меркуриума заходит в тупик, найти выход из которого будет очень и очень непросто. Остаётся одно: резать по живому.

— Вот герцог и резанул от души, — разочарованно сказал я. — Опередил своё время, так?