Андрей Левин – Божественная комедия, Простыми словами (страница 6)

И действительно, вскоре по мутной воде к ним стремительно понёсся небольшой челн. В нём стоял гребец с мрачным лицом.

– Ага! – закричал он. – Попалась новая душа!

Это был Флегий – перевозчик по водам Стигийского болота.

Но Вергилий спокойно ответил:

– Ты ошибся. Мы здесь лишь на время.

Флегий мрачно нахмурился, но позволил им войти в лодку.

Челн быстро скользнул по тёмной воде. Болото было густым и мрачным, а вокруг в грязи барахтались души, охваченные гневом.

Одна из них вдруг поднялась из воды и приблизилась к лодке.

– Кто ты, живой человек? – спросила тень.

– А кто ты? – ответил Данте.

– Я тот, кто плачет, – сказал дух.

Вергилий сразу узнал его.

Это был один из жителей Флоренции, известный своей гордыней и жестоким характером при жизни.

Когда дух попытался ухватиться за лодку, Вергилий резко оттолкнул его обратно в грязь.

Сразу же другие души набросились на него. Они рвали его, кусали и топили в болотной тине.

Челн тем временем продолжал плыть вперёд.

И вдруг перед ними возник огромный город.

Его стены поднимались прямо из болота, а башни горели красноватым светом, словно раскалённое железо.

– Это город Дит, – сказал Вергилий. – Здесь начинается нижний ад.

Лодка подплыла к воротам.

На стенах стояли бесчисленные демоны. Увидев Данте, они закричали:

– Кто этот живой, что осмелился войти сюда?

Вергилий попытался поговорить с ними и объяснить цель их пути. Но демоны слушать не захотели.

– Пусть он возвращается назад! – кричали они. – Живым здесь не место!

Затем они с грохотом захлопнули ворота прямо перед Вергилием.

Данте почувствовал страх.

Он никогда ещё не видел своего проводника таким обеспокоенным.

– Не бойся, – сказал Вергилий после короткого молчания. – Нам всё равно помогут.

Он посмотрел в сторону тёмной дороги.

– Уже идёт тот, кто сможет открыть эти ворота.

И Данте остался ждать перед стенами мрачного города.

Песнь девятая

Данте с тревогой смотрел на закрытые ворота города Дит.

Вергилий стоял рядом и пытался скрыть беспокойство, но Данте заметил, что даже его мудрый проводник теперь напряжённо всматривается в туман над болотом.

– Всё же нам помогут, – сказал Вергилий. – Здесь есть сила, перед которой эти врата откроются.

Но время шло, а ворота оставались закрыты.

Вдруг на башне над ними появились три страшные фигуры.

Это были Фурии – древние духи мести. Их лица были искажены яростью, а вместо волос на головах извивались змеи. Они кричали, били себя в грудь и с яростью смотрели вниз.

– Позовём Медузу! – кричали они. – Пусть этот смертный превратится в камень!

Услышав это, Вергилий резко повернулся к Данте.

– Не смотри! – сказал он.

Он заставил Данте отвернуться и даже закрыл ему глаза своими руками.

– Если ты увидишь Медузу, – тихо сказал он, – ты уже никогда не вернёшься к живым.

В этот момент воздух над болотом внезапно задрожал.

Раздался глухой и мощный звук, словно над водой пронёсся бурный ветер. Болото заволновалось, а души, скрытые в грязи, в страхе разбежались.

К ним приближалась высокая фигура.

Она шла прямо по мутной воде Стикса, словно по твёрдой земле. Перед ней расступались духи, а тяжёлый дым и туман расходились в стороны.

– Это посланник небес, – тихо сказал Вергилий.

Когда он приблизился к воротам, демоны на стенах замолчали.

Посланник не стал долго говорить. Он просто поднял жезл и коснулся им ворот.

Тяжёлые створки сразу распахнулись.

– О слепые и гордые духи, – сказал он демонам, – зачем вы сопротивляетесь тому, чему невозможно сопротивляться?

После этих слов он спокойно повернулся и ушёл той же дорогой, не обращая больше внимания ни на кого.

Вергилий кивнул Данте.

– Теперь мы можем идти.

Они вошли в город.

Внутри Данте увидел странную и мрачную равнину. Она была усеяна бесчисленными гробницами, словно огромное кладбище.

Но эти гробницы были не холодными.

Они горели изнутри огнём.

Каждая могила была открыта, и из неё доносились стоны и крики.

– Кто здесь лежит? – спросил Данте.

– Это еретики, – ответил Вергилий. – Люди, которые при жизни отвергли истину.

Они шли между раскалёнными гробницами, и стоны из них звучали всё громче.

Так Данте вошёл в новый, ещё более страшный круг ада.

Песнь десятая