Андрей Ларин – Ветви пустоты (страница 1)
Андрей Ларин
Ветви пустоты
Глава 1
Разрывая тишину двора, пронеслись, оглушительно каркая и стрекоча несколько ворон и сорок, в очередной раз из-за чего-то поссорившись. Звуки достигали домов, многократно отражаясь и наслаиваясь друг на друга становились суматошной какофонией. Через несколько минут все стихло. Теперь только деревья на едине с собой мирно раскачивались под ослепительно белыми облаками. Спустя мгновение по дороге поскрипывая прополз грузовик в смрадном облаке своих же выхлопных газов и пыли. Просыпался благословенный город Берданополь. Кривые крыши домов уже купались в летних лучах солнца, а мрачные дворники заканчивали свои каждодневные танцы с метлами. Не менее благословенные жители города называли его не иначе как Бредонополь, так архитектура была настолько затейливой и нелепой, что казалось город строили все самые необычные люди планеты. На самом деле в планировке существовала определенная не заметная простому не опытному взгляду структура, напоминающая Шри Янтру. Дома же были столь непривычны тоже по определённой причине, которую можно было узнать в местном краеведческом музее или в архиве города. Основных архитекторов, если не считать новоделов, было трое и все они имели греческое происхождение. Опорных домов, тех что так сказать задавали основной стиль всему, насчитывалось всего девять, а вот второстепенных, которые находились на пересечении условных линий, идущих между этими главными домами было достаточно много, но не смотря на это по каждому дому были написаны отдельные монографии, которые хранились в том же городском музее.
Голуби под крышей издавали надрывные пугающие звуки, и Полина, зайдя в ванную комнату опять боязливо пригнулась. Она недавно переехала в эту квартиру на последнем этаже и до сих пор не могла привыкнуть к страшным воркованиям, больше похожим на утробные рычания демонов, взывающих к своему господарю. Взяв аккуратно зубную щетку, она выдавила на нее крупную горошину изумрудной пасты и посмотрела через нее на лампочку. Было красиво, как под водой и тут она почувствовала боль в правой части головы. Сморщившись, Полина подошла к окну и начала чистить зубы.
Дом ее был не большой всего в три этажа. Из-за двух эркеров он казался пузатым и вызывал улыбку у всякого, кто его видел. Эркеры заканчивались на втором этаже, а на третьем, где теперь обитала Полина, это место занимал балкон с высокими черными кованными ограждениями и вышарканными до зеркального блеска перилами из неизвестного светлого дерева.
Выбирая эту квартиру Полина, заметила одну странность. В прочих местах она всегда сталкивалась с характерным запахом, который создавали хозяева, вещи их окружающие и прочее. Эти запахи как правило было сложно описать, они не принадлежали к разряду общепонятных. Они были неким дополнительным атмосферным слоем и вызывали либо отторжение, либо безразличие. А здесь не пахло ничем. Полина тогда перед покупкой подумала, что наверно ей предстоит создать свой жилищный аромат. И в тот же день купила большой горшок с лавандой, чтобы она стала первой нотой в домашнем уюте.
Утро выдалось солнечным и суетливым, Полине нужно было успеть за два часа собраться, заехать на работу чтобы написать заявление на отпуск и каким-то образом быстро добраться до вокзала, чтобы встретить Ольгу, с которой она переписывалась в течении всего прошлого года после смерти матери. Да, тогда с появления этой Ольги и начались все эти невообразимые события, которые полностью изменили и ее жизнь и ее саму.
Мама умерла тихо во сне, а на кануне она первый раз Полине рассказала об отце правду. Оказалось, что он был вовсе не геологом, погибшем в экспедиции по разведке алмазов, а бродячим цыганом, исповедовавшим тайный культ, о котором она мало что помнила и знала, несмотря на то что он про него много ей рассказывал. Видимо множество мудрёных терминов и замысловатость повествования так и не смогли дать ей четкого понимания. Единственное что она точно запомнила, это то, что адепты не могли заводить семьи, кочевали всегда по одиночке и встречались только раз в году в условном месте, которое оговаривалось на последнем собрании заранее.
– Ты, Поля не ругай меня старю за ложь, сама подумай, ну, как такое расскажешь, да еще ребенку, а потом уже и не до этого стало? Отец твой хороший был, ласковый, красивый, как ночь, любила я его, но за всю жизнь мы только два раза всего и встретились, первый раз, когда тебя зачали, а второй раз, он появился спустя, по-моему, лет через десять. Ты тогда в пионерском лагере была…
– Мам, а звали его как на самом деле, ведь не Всеволод?
– Нет, мне просто это имя нравилось, я и дала тебе такое отчество… Его звали – Марум… от него у тебя такие же темно зеленые глаза и темные волосы. Он говорил, что такие как он – это те, кто держит небо, но что это, я не знаю. Он еще много чего рассказывал, но я уже ничего не упомню…
На следующий день ее не стало. Не успев отойти от похорон, Полина получила письмо, обычное бумажное письмо какие писали в прошлом веке, написанное корявым почти детским почерком, из которого она узнала, что у нее есть сестра по отцу – Ольга. Потом они много переписывались с ней и говорили по телефону. А весной Ольга позвонила и сказала, что им нужно встретиться, так как отец умер и кое-что передал им обеим. Договорились, что обе возьмут отпуск летом и Ольга приедет к Полине.
Автобус, немного поворчав, распахнул двери и Полина вспорхнула сразу на последнюю ступеньку, а потом уселась возле окна. Она опять сморщилась так как боль перекачивала в область между лопаток и видимо на долго там засела. Мимо понеслись мокрые улицы, залитые светом, деревья, облепленные без умолку галдящими птицами и размазанные лица прохожих. Ехать до вокзала было долго и Полина невольно задумалась перед встречей с сестрой: «… а может это все выдумка и она мошенница? Тогда откуда она узнала об отце? И почему отец в конце жизни остался с ней, а не со мной? И что такое оставил им Марум? Имя такое Марум, наверно что-то значит…Почему он ни разу так и не встретился со мной?» Еще множество всего вращалось у нее в голове, но когда она увидела Ольгу, то все сомнения сразу пропали. Она была точной ее копией, такая же осанистая, высокая и порывистая. А главное лицо, Полина как будто глядела на себя в зеркало. Мужчины в минуты откровения говорили ей, что она одновременно и красива, и не красива и что чем дольше смотришь на нее, тем больше раскрывается ее красота. А после длительной дружбы ее внешность все находили совершенной. Сейчас смотреть со стороны на себя ей было не привычно, даже страшно. На ум приходили фатальные истории про двойников и все такое прочее в этом духе. Раньше, до знакомства с Ольгой она часто видела себя во сне разговаривающую и путешествующую саму с собой, но как оказалось это была ее сестра…
– Привет!
– Привет! – Ольга тоже озадаченно оглядывала Полю. – Ты прям такая, как я себе представляла…ну, такая, как я. Слушай ты не голодна? Пойдем, что-нибудь съедим?
Еще немного поглазев друг на друга, они, взявшись за руки пошли в город.
– Ты знаешь, почему все правители и прочая элита всегда находятся в отдалении от большинства?
– Ты имеешь ввиду все это привилегированное положение, отдельные большие дома, редкие встречи, изысканное меню и развлечения?
– Да, но это все сейчас опошлилось стало вульгарным и обросло ненужностями, на самом деле истинный правитель всегда уединен, аскетичен и экзистенциально, и физически. Идеальный правитель даже не заводит семью…
-Да, это понятно избранность обязывает, но сейчас все по-другому…
– Сейчас люди измельчали, сейчас элитой становится тот, кто богат, а не тот, кто к этому предрасположен. Избранность, как ты выразилась, это неизбежный социальные феномен, закономерный и направленный на развитие общества. У коллективных насекомых, например у муравьев или скажем пчел королева и ее приспешники даже физическое строение имеют иное чем у прочих. У людей то же самое, их можно просто отличить по строению тела. Есть очень много признаков… А то, что мы видим сейчас это полная девиация, которая разрушает не только общество, но и в первую очередь тех, кто возомнил себя элитой. Слава Богу общество спасается отдельными течениями, которые его оздоравливают и направляют на путь истинный. Правда многие из этих течений тоже сбиваются с толку и начинают вырождаться. Например народовольцы, переросшие в революционеров… террор, а потом более семидесяти лет стагнации. Поэтому то, чем занимался папа, это очень важно. Мы с ним много беседовали по этому поводу. Мы с тобой одни из немногих наследниц того, что они называли Тодадлихо. Я не знаю, что он нам передал, но суть идеологии их, а теперь и нашего общества я знаю. Марум сказал, что как только мы откроем с тобой этот пакет, то случится посвящение и мы все-все поймем. Он сказал, что это будет подобно неописуемому наслаждению.
– А… тоже недавно думала про наслаждения, и вот заметила, что все они имеют какой-то конвульсивно убывающий характер.
– Да, ты наверно права, не думала об этом…
Расположившись в ближайшем кафе, они заказали омлет с овощами и продолжали общаться. Полина, вытянув ноги пристально посмотрела на Ольгу.