Андрей Ларин – Странствия Бревна или медитация европейца (страница 1)
Андрей Ларин
Странствия Бревна или медитация европейца
«Странствия Бревна или медитация европейца»
Ларин А. В.
Сия повесть составлена мной, с умением, на какое был способен, для развлечения, и в некой мере для поучения, дабы и чужой опыт жизни смог сослужить кому-нибудь добрую службу. События не всегда складываются гладкой чередой благих, худых, интересных или скучных происшествий. Порою, они представляют собой, на первый взгляд, какой-то сумбур и только по прошествии нескольких лет, находишь в них некий уже понятный для тебя узор и смысл. Намеренно не пишу своего настоящего имени и пишу вымышленное, чтобы не виделось во всем этом с моей стороны какого-то позерства и бахвальства. Записи же, а значит и их судьбу, вверяю моему доброму другу, на его дальнейшее усмотрение. Мир вам и вашим близким!
- 1 -
… Дом возвышался на лысом холме, и с первого взгляда казалось, что этими тремя этажами в высоту и двумя десятками метров в длину все и оканчивается, но, взобравшись выше, оказывалось, что Дом тянется намного дальше, имеет неопределенное количество пристроек и, наконец, просто теряется в гущи непролазного Леса…
Я закрыл глаза и увидел, как три гигантских сурка несут на себе трех стариков в длинных балахонах, о чем-то оживленно разговаривающих, по пыльной дороге навстречу заходящему солнцу. От этого на сердце и даже немного глубже стало теплее. Что-то, согревая, еще и одаривало меня чем- то бесценным, назвать которое у меня никогда не хватит смелости …
Объявление о работе сразу бросилось в глаза, не помню, как дословно было написано, но в целом складывалось впечатление, что предлагают другую жизнь, другого качества что ли, то, что можно назвать переменой участи. Я не профессиональный плотник, поэтому, не претендуя на золотые горы, отправился на окраину города в мастерские, в надежде обрести какую-то стабильность и покой.
Автобус долго трясся по дороге. Все воспринималось как несмешной анекдот. Я не видел ничего из ряда вон выходящего в том, что отправился искать работу, но все-таки было как-то нереально сидеть и видеть эти неухоженные обочины, поросшие мусором и слоями неприглядной грязи за несколько десятков лет вместо привычной шумной оголтелой улицы с её постоянными людскими течениями и шумом сотен и сотен шагов. Наконец, я увидел Дом, возвышающийся на лысом холме. Автобус затормозил и остановился. Я, спрыгнув с последней ступеньки, оказался в облаке пыли, которая осев на туфли, сделала их похожими на два холщовых мешочка причудливой формы…
Деревом пахло везде, вездесущий запах сосны мешался с запахом березы, и еще каких-то не понятных пород, к этому добавлялись ароматы клея, морилок, лака и эта «какофония», ударяя мне в нос, вызывала кучу образов, таких же разнохарактерных и эклектичных. Откуда-то издалека приглушенно доносились свист и скрежет, наверное, циркулярных пил, и тут же, совершенно не в такт, уверенно стучали сотни молотков и киянок. Немного опешив от всего этого, я долго блуждал по очень широким и длинным коридорам, заглядывая в многочисленные комнаты пока, наконец, не дошел до директорских дверей весьма примечательных и завораживающих причудливыми сюжетами, взятыми с картин Босха. Простояв несколько минут восхищенно разглядывая двери, я вдруг неожиданно получил удар одной из створок, и, покачнувшись, отошел назад. На пороге стоял маленький лысеющий человек круглолицый и розовощекий. Какой-то неуловимый дух здоровья и бодрости исходил от него. Он уверенно держался на своих коротких полноватых ногах и время от времени поднимался на цыпочках вверх, то ли в силу привычки, то ли порываясь, что-то сказать.
- Вы, молодой человек, я вижу, никуда не спешите?
Вопрос как-то не очень вязался с ситуацией, и я утвердительно покачал головой.
- Так, может быть, зайдете? Дело в том, что Нам очень нужны плотники… работа с деревом это же проникновение в суть мироздания, анатомия природы неподвижности, так сказать это возможность окунуться …
Дальше последовала тирада из объявления.
- В общем, я к вам по этому же поводу.
Он поднял на меня глаза, довольно потер руки и, добродушно улыбнувшись, похлопал меня по плечу.
- Тогда тем более пройдемте.
И, еще раз потерев свои пухлые ладони, потащил меня в свой кабинет.
…Сюжеты на деревянных барельефах, вывешенных в дорогих рамах на стенах кабинета, были еще более фантастичны, чем на двери. Стол представлял собой стеклянную столешницу, обрамленную деревянной оправой на массивных резных ножках, а по правую сторону от кресла, скорее походившего на чей-то престол, стояла скульптура гермафродита из какой-то дорогой древесной породы. Я так решил, потому что разводы возрастных колец были столь причудливы и необычайны по цвету, что не оставляли никаких сомнений.
- Меня зовут Апполинарий Федорович, я здешний директор, управляющий, так сказать. Задачи предприятия в целом складываются из выполнения заказов наших постоянных клиентов, а также работ, связанных с Лесом. Если вы молодой человек останетесь у нас, то вы поймете, что значит Лес для наших сотрудников и вообще кто Он таков.
- Знаете, я несколько запутался в жизни и сейчас вижу в устройстве на работу возможность нормализовать ее, поэтому …
- Поэтому вы правильно сделали, что пришли к нам. Чтобы вам легче жилось, я сейчас постараюсь описать вам суть. Итак, - он опять потер ладони, почесал затылок, собираясь с мыслями и начал, – обобщая все психические проявления человека, можно увидеть довольно простую картину. Человек – это система, воспринимающая внешние всплески и выдающая свои возмущения во вне, и при этом частично обращенная внутрь себя. Состояние «внутри себя» постоянно, и если так можно сказать постоянно-параллельно существует с состоянием общения с внешним миром. Впрочем, это условное деление, по большому счету сознание воспринимает свой собственный внутренний мир как нечто отстраненное и сближение происходит только тогда, когда воспоминания вызывают полноценные эмоциональные ощущения. Сразу оговорю, что под сознанием подразумеваю систему, познающую себя в окружающей среде, среди таких же систем, как и она сама; внутренний мир – это совокупность воспоминаний о событиях, о впечатлениях и потенциальных моделей фантазий. Можно ли говорить о том, что есть набор чувств различных степеней, к которым обращается сознание в той или иной ситуации для проявления воздействий или же сознание само обладает способностью переживать? (Я неуверенно мотнул головой). Так как нельзя отстранить сознание от тела, которое, по сути, является многофункциональным инструментом, то ответить на данный вопрос весьма сложно. Но, придерживаясь правила неразрывности, и оперируя разделением только для того, чтобы легче было разбирать процессы, можно остановится на том, что сознание все-таки – это составная часть сложного объединения, характеризующаяся помимо самосознания еще и чувственной стороной.
Всякая система для полноценного существования должна обладать питающей средой, аккумулирующими, преобразующими, очищающими, воспринимающими и выдающими узлами (блоками), опять-таки говорю- деление чисто условно, на самом деле это единый «организм».
Психическая система помимо формирования желаний, формирует и ощущения от них, которые неизбежно в качестве «конечных» впечатлений откладываются в памяти. Ощущения, как чувственно-эмоциональная реакция на какое-то событие, характеризуются качеством и непосредственно самим видом ощущения. Качество ощущений прямо пропорционально качеству воздействия и индивидуальными типологическими особенностям. А сам вид ощущения соответственно зависит от вида воздействия и опять-таки от индивидуальных типологических особенностей. Виды ощущений можно представить в виде диалектических пар. Не включая оттенки и обобщая по максимуму, получается следующее: радость (удовлетворение) – печаль (тоска, грусть); интерес (влечение) – ненависть (агрессивное неприятие); страх – удивление; жалость – зависть и наконец равнодушие, скука, хандра, то есть некое нейтральное состояние, не имеющее полярности. Конечно, в чистом виде ощущения не проявляются, скорее всего, они существуют все одновременно, но степень их проявления меняется в зависимости от причин, которые упоминались выше. Получается, система способна менять свое состояние и качество этого состояния, и деление на оттенки ощущений тоже условно, и присутствует одновременно ощущение всех «оттенков», но в различном отношении их степеней качества…
Когда он закончил, я ощутил свободу, еще не до конца приняв все то, что он сказал. Я только прояснял для себя то, что такое истина… Любовь – как единственный закон и основа всего, может, да что там может просто царствует в мире ей же и построенном, все апокрифические писания только об этом и говорят…
Через несколько дней после приема на работу мне предоставили небольшую комнату в одной из многочисленных пристроек Дома для проживания. Сначала было непривычно смешение производственных и жилых помещений, но буквально через неделю я понял всю целесообразность этой системы, которую ввел еще третий управляющий.
По вечерам удавалось выбираться в парк, расположенный за одной из стен Дома. Он состоял из множества чужеродных деревьев, посаженных без всякой системы, которые через несколько десятков метров редели, мешаясь с местными и, в конце концов, переходили в непролазный Лес.