Андрей Кожевников – Особый отдел Пробуждение чёрного дракона Книга 2 (страница 2)
Тояма, насладившись чаем, продолжил: – Утида доно сообщит нам свои впечатления и мысли о России, где он провел несколько лет. Тем более, что мы считаем необходимым направить Вас из Франции военным атташе именно в эту страну. После рассказа Утида доно я скажу Вам почему это важно для нас.
Утида поклонился и, повернувшись в сторону Акаси, сообщил:
– Прибыв в марте 1898 года в Санкт-Петербург, я окончательно убедился в том, что мнение об опасности России для Японии не обосновано. Мораль в этой стране находится на низком уровне. Недовольство народа контролируется и сдерживается охранкой. Правящий класс считает задачей первостепенной важности лишь собственное возвеличивание. Положение внутри России, если случиться хотя бы срыв во внешней политике, станет настолько бедственным, что полностью исправить его будет невозможно. Революционеры пользуются ситуацией в своих интересах и планируют свержение самодержавия. В ответ российское правительство усиливает тайную деятельность за границей и ещё упорнее берет курс на внешнюю агрессию, в частности в Маньчжурии.
Акаси в знак согласия утвердительно покачал головой.
Утида продолжил: – Следовательно, Япония не сможет решить проблемы, имеющиеся в отношениях с Россией, дипломатическим путём, и тогда крупные столкновения неизбежны. Как раз сейчас, если между Россией и Японией возникнет конфликт, нет сомнения в том, что нашу армию ждет верная победа, а Россия, исходя из того положения, в котором страна находится сегодня, будет разгромлена.
– Я согласен с Вами, – сказал Акаси. Глаза его блестели от волнительного воодушевления, тем самым, подтверждая, что слова Утида задели его душу.
Внимательно наблюдавший за ходом беседы Тояма прервал молчание:
– Господин Акаси, однако, Вам не нужно делать поспешных выводов о том, что Японии не стоит опасаться России. Ваша главная задача заключается в том, чтобы установить контакт с революционерами и привлечь их на нашу сторону, чтобы совместными усилиями извне и изнутри разрушить Российскую Империю. При этом Вы должны найти за границей те силы, которые, как и мы ненавидим русских, и готовы оказать нам финансовую помощь для подкупа партий, ведущих борьбу против царя. Разведку можно оставить для Генерального штаба. Ещё раз повторю, для нас главное – это революционеры-террористы и деньги. Вы поняли меня.
Акаси, вступая в общество по рекомендации руководства Генерального штаба Японии, осознавал, что станет частью механизма, который должен скрытно нанести такой удар противнику, который его погубит. Теперь жизнь Акаси не принадлежала ему, а всецело зависела от воли этих людей. Будучи потомственным самураем, он считал это естественным, тем более, сейчас, когда Император и нация поставили перед ними такую великую цель.
– Я сделаю всё возможное, чтобы оправдать Ваше доверие ко мне, – с искреннем почтением в голосе ответил Мотодзиро.
Тояма удовлетворенно посмотрел сквозь очки на собеседника. Он был один из них, не так давно отверженных, а теперь в преддверии большой войны, снова обретающих смысл своей жизни. Император, способствуя преобразованиям в экономике и военной сфере, стал больше уделять внимание возрождению в обществе идеологии и духа бусидо, что должно вдохновить поданных на подвиги и формировать у них преданность долгу. Начатое в 1870-х годах в эпоху Мэйдзи упразднение самураев как класса, а вместе с ним феодальной системы, к счастью волею проведения не сопровождалось уничтожением самурайской этики и дисциплины, которые теперь вновь служили образами для подражания. Как и прежде потомственные самураи возглавили борьбу за будущее своей страны. Их идеалы, формировавшиеся на основе конфуцианского учения гири, включая сыновью почтительность, безусловное почитание младшими старших, остались нормой человеческих отношений. Наиболее значимо это было для воинской службы в императорской армии, где, благодаря привнесенному в неё самурайскому духу, абсолютная преданность, готовности храбро сражаться, и если надо, не раздумывая отдать жизнь за интересы родины и Императора, приобрели форму неукоснительно соблюдаемых правил и принципов.
Тояма, обращаясь к Акаси, добавил:
– Наши люди, где бы Вы ни были, выйдут на связь. Утида доно позднее сообщит Вам пароли.
После того, как, поклонившись, военный вышел из комнаты Тояма и Утида продолжили неспешную беседу о том, что в Явата на Кюсю было закончено строительство гигантского сталелитейного комбината. Поэтому Японии, уже не столь сильно зависевшей от импорта чугуна и стали, теперь требовалось больше сырья из-за рубежа. Их порадовала весть о том, что 29 апреля 1901 года у принца Ёсихито родился первенец. Однако, из-за того, что он находился в загородной резиденции в приморском городке Хаяма, в первый раз ему удалось увидеть своего сына только 3 мая. Через два дня Мэйдзи дал ему имя Хирохито. Это был будущий император Сёва.
Глава 2
Стокгольм
Повернутая в бок голова висельника замерла в неестественном положении. Из приоткрытого рта виднелся язык. Закатившиеся вверх глаза особо выделялись на багрового цвета лице. Вестов в присутствии Макарова, заведующего Особого отдела Департамента полиции Министерства внутренних дел Российской Империи, а также Владимира Николаевича Лаврова, начальника разведочного отделения Генерального Штаба закончил осмотр трупа Николая Ивкова, бывшего бравого ротмистра, штаб-офицера по особым поручениям при Главном интенданте русской армии. Стоявшие поодаль жандарм и охранник, вытянувшись по стойке смирно, только пучили глаза на начальство и ничего вразумительного не могли сказать по поводу данного самоубийства. Александр Вениаминович Эллис, генерал от инфантерии, комендант Санкт-Петербургской, она же Петропавловской крепости, озадачено, смотря на тело лежащего в одиночной камере человека, отметил:
– Господа, я в затруднительном положении, чтобы пояснить произошедшее. Шнурка, на котором повесился Ивков, у него не должно быть. Мы проводим тщательный осмотр перед тем, как помещаем арестанта в камеру.
Переведя суровый взгляд на своих подчиненных, лица которых от бледного приобрели оттенки зеленного цвета, отчетливо добавил:
– По данному факту под моим личным контролем будет проведено служебное расследование, и виновные понесут заслуженное наказание.
Обратившись к гостям, он более в спокойном тоне отметил:
– Господа, в кратчайшее время я направлю в Ваш адрес рапорт с подробным изложением случившего и, с указанием всех лиц, которые в это время несли службу.
Вестов, смотря на тело Ивкова, вспомнил, как обреченно он выглядел на допросе, который был проведен сразу после его задержания. Это был не человек, а потерявшее всякий смысл жизни существо. Хотя с его же слов, главное к чему он стремился это деньги, дающие возможность удовлетворять плотские потребности в еде, женщинах. Он привык к комфортным условиям, создавая их только для себя. Ради денег он пошёл на предательство, не думая о своей душе, и том горе, которое как следствие его действий постигнет других людей, когда враг, используя переданную им информацию, их уничтожит. Погибнут сотни и тысячи, но это Ивкова не уже не касалось, он получил то, что хотел, при этом «продав душу дьяволу», как сказали бы христиане. После себя, он оставил начавшее разлагаться и распространять зловоние в лохмотьях тело, тем самым, свидетельствуя о том, что, лишившись возможности в удовлетворении своих плотских страстей, он был обречен, так как пустая, неспособная к состраданию душа не знала иного смысла в жизни, как потреблять. В этот момент Вестов вспомнил о другом человеке, Николае Морозове, о котором он ранее слышал, как о народовольце, причастном к террористической деятельности. Просмотрев материалы дела, он с удивлением обнаружил в его лице пример несгибаемой воли и мужества, который в суровых условиях заключения в Шлиссельбургской крепости нашёл в себе силы, чтобы в течение 22 лет вести научные исследования в области химии, минералогии, астрономии и изучения хронологии истории, сопоставляя библейские сюжеты с событиями, подтверждаемыми астрономическими данными.
Лавров и Макаров вышли из камеры. Эллис, оставаясь в ней, ещё отчитывал своих подчиненных, когда Вестов, случайно подняв глаза вверх, увидел в тёмном углу под потолком нечто напоминающее бледно-зеленное колыхающееся жиле, от которого по склизкой стене висели переплетающиеся между собой нити и отростки. Оно медленно двигалось в сторону охранника и жандарма, затем сделав резкий прыжок, повисло на спине последнего и через уши стало втекать в его голову. Он не замечал, как вызывающая отвращение прозрачно пульсирующая сущность, слабо переливаясь, проникает в него. Приглядевшись Вестов, увидел чуть заметный, светящихся след, идущий от тела Ивкова к стоящему напротив Эллиса жандарму, у которого вдруг покраснели глаза и на висках вздулись вены. Закашлявшись, он опустился на колени и схватился за горло. Из открытого рта на пол вывалилась похожая на паука бурая сущность. Её вытеснила та, что покинула тело Ивкова. Вскочив на тоненькие ножки, она стала метаться между людьми, а затем словно на ходулях, оставляя за собой черный шлейф, побежала по коридору вдоль камер, ища себе новую жертву. Жандарму помогли подняться на ноги и он, пошатываясь, поплелся за генералом. Кроме Вестова никто ничего не заметил, который, выходя из крепости, перекрестился и подумал: «Не уже ли это те твари из моих видений?».