Андрей Клочков – Хаад-Зур 2680-2685 (страница 9)
раскидистого «чайного» куста, с удовольствием пообедал чалом –
лепешкой из муки благородного ореха с вяленым мясом крапчатого
выползка и вдоволь напился воды. Примерно через час Хаад-Зур поднялся
на ноги, нарвал листьев с куста и двинулся в путь. «Приду, угощу человека
чаем», – подумал он. Конечно же, это растение не имело ничего общего с
настоящим чаем, но отвар узких кожистых листьев был душистым и
приятным на вкус и действовал как слабое успокоительное, поэтому «чай»
Хаад-Зур предпочитал пить только по вечерам.
Опустилась ночь. На черном, как сажа, небосклоне высыпали бриллианты
звездных россыпей. Они холодно мерцали сквозь метелки высоких крон и, казалось, своим призрачным слабым светом подсвечивали мертвую тишину
уснувшего леса, нарушаемую лишь размеренным шагом Хаад-Зура. Он
намеревался пройти еще несколько часов, прежде чем устроиться на
ночлег.
Внезапно шум шагов прервался. Тишина сомкнула свои невидимые объятия.
И то, что увидел Хаад-Зур, потрясло его не меньше, чем если бы вдруг
перед ним внезапно предстали космические пришельцы. Там, далеко в
глубине редколесья, наверное, у самой Чертовой топи, разрывая
непроглядный покров тьмы, полыхал костер. Его неровное пламя то
сжималось в ярко-оранжевую точку, то увеличивалось до размеров
искрящейся на зорьке спелой капли росы.
Было ясно, что это люди, но откуда они тут взялись?! Области, по которым
двигался Хаад-Зур, до сего дня считались необитаемыми. Ему было
известно, что на юге, за Большим плато, где находилась его пещера, на
протяжении пятидесяти километров раскинулись труднопроходимые леса, кишащие, особенно в сезон дождей, всевозможными опасными тварями, о
существовании которых можно было судить лишь по доносящимся из чащи
неутихающим ночным крикам. Рельеф этой местности, которую Хаад-Зур
прозвал Беспокойным лесом, был сильно пересеченным: тут было
множество ущелий, скал, пещер, каньонов, возвышенностей и впадин, отсекающих друг от друга несколько небольших долин. А если учесть
многочисленные нагромождения из поваленных деревьев, преграждавших
расселины и низины, то предположение, что люди как-то сумели освоить
Беспокойный лес и прийти оттуда, казалось маловероятным. Хотя столько
прошло лет с момента первых поселений…
А вот дальше на юг весь остров, с запада на восток, пересекал узкий и
безжизненный Лунный хребет. Его отвесные склоны, на несколько сот
метров взмывавшие над сушей, плавно погружались в океан далеко за
береговой линией и до сих пор считались непреодолимыми. Чтобы
перебраться на другую сторону острова, нужна была большая мореходная
лодка, способная бороться с течениями и мощной прибойной волной, образующей громадные буруны у подножия скал. Нужно было уходить
далеко от побережья, чтобы миновать эти грозные ловушки. А для этого
нужны были навыки и отвага – здешний океан всегда таил угрозу большую, чем суша.
Но там, за Лунным хребтом, люди были. Хаад-Зур видел их во время
молитв. Часть их жила в степях, раскинувшихся сразу за хребтом, а другие
– на высоком и протяженном ступенчатом геологическом образовании –
квестах. На квестах росли благородные леса из настоящей древесины. Не
то что на других частях острова. И главное, квесты давали начало
единственной полноценной реке, которая питалась родниками, бьющими из
глубины, и через семьдесят километров пути, пересекая степи, впадала в
океан.
За рекой, напротив квест располагалась последняя обширная область –
Холмы. Там тоже жили люди.
Поразмыслив, Хаад-Зур решил не приближаться к одинокому огню. В его
планы не входило общение с незнакомцами в глухом лесу. Он сгреб в кучу
древесный опад и, завернувшись в плащ, улегся на мягкую лесную
подстилку, отложив все дальнейшие действия до близкого утра. Уже
засыпая, он подумал: «Жгут костер без опаски, не маскируясь – похоже, они
здесь не новички…»
***
Как только солнце обнажило свои первые лучи, секущие тьму на востоке, Хаад-Зур засобирался в дорогу. Он решил подобраться к стоянке людей, чтобы выяснить, кто они такие и что тут делают, благо расположились они
на пути его следования. Примерно через два часа напряженной ходьбы лес
стал заметно редеть. Местность все так же плавно понижалась, и вот уже
меж дальних деревьев открылись унылые пустоши Чертовой топи. Хаад-Зур сбавил шаг и теперь, боясь быть обнаруженным, перебирался от
дерева к дереву, сняв с предохранителя автомат. Наконец, достигнув края
леса, он спрятался за поваленным трухлявым стволом, выискивая взглядом
признаки человеческого присутствия. Но никого не было видно. Берега топи
заросли густой травой наподобие осоки, поверхность же ее также была