Андрей Клочков – Хаад-Зур 2680-2685 (страница 10)
затянута влаголюбивой растительностью с чередованием небольших окон
темной воды. Болото было с километр шириной, но в длину раз в десять
больше. Стояла тяжелая тишина. Выждав с полчаса, Хаад-Зур, наконец, решился покинуть укрытие. «Похоже, никого нет. Либо они ушли, либо…
Природа свечения была иной, и люди тут ни при чем», – думал он.
Стараясь как можно меньше производить шума, Хаад-Зур принялся
обследовать берег. На первый взгляд не было ничего необычного – трава
нигде не примята и ни единого следа или намека на недавнее присутствие
человека. «Может, мне померещилось? Да нет, здесь точно горел огонь, я
не мог ошибиться!» Растерянно оглядываясь по сторонам, Хаад-Зур
продолжал медленно двигаться вдоль сплошной стены осоки, держась
немного в стороне на случай внезапной атаки. Набежавший ветерок чуть
тронул жесткие листья травы, извлекая из них сухой, едва уловимый
шелест. Где-то слабо хрустнул стебель - раз, потом еще раз… Хаад-Зур
замер и в этот момент уловил запах сырой золы. Он доносился с
противоположного берега небольшой заводи, что лежала метрах в
тридцати прямо по ходу.
Кровь учащенно забилась в висках. Стиснув рукоять автомата и ступая еще
тише, Хаад-Зур приблизился к самому краю заводи и стал слушать. Но
лишь монотонный шум травы царствовал на угрюмых просторах Чертовой
топи. Ветер усиливался все более, порой пригибая упрямые стебли к самой
воде. На горизонте, над редколесьем, окружавшим со всех сторон плоскую, вытянутую с запада на восток котловину, нависли белые, как сахар, далекие кучевые облака, первые предвестники скорого наступления сезона
дождей.
Осторожно раздвинув высокие стебли, Хаад-Зур наконец увидел то, что
искал. На другом берегу вся трава была плотно умята. У большого
кострища, обложенного вокруг булыжником, стоял тростниковый шалаш и
рядом – наполовину вытащенная из воды небольшая долбленка с
воткнутым поодаль в илистое дно шестом. Вокруг, насколько хватало глаз,
– ни души. Хаад-Зур выбежал на открытое пространство и заглянул в
шалаш, держа оружие наизготовку. Там тоже, как он и полагал, никого не
оказалось. На полу, выложенном вязанками травы, лежали котомки, туго
набитые скарбом, и пара кожаных тюков, прислоненных друг к дружке. Тут
же красовался покрытый копотью глиняный котел, а в нем уложенные
стопкой четыре миски из очищенной ореховой скорлупы, деревянные ложки
и нож из тонкого скола раковины с причудливой резьбой на рукоятке. Но что
более всего привлекло внимание Хаад-Зура, так это связанная бечевкой и
аккуратно уложенная в сторонке пара гарпунов с костяными наконечниками.
«Та-ак, уж не охотнички ли к нам пожаловали?» – подумал он, выходя из
шалаша. Времени на осмотр было мало – хозяева могли вернуться в любую
минуту. Но все же Хаад-Зур сделал вывод по отсутствию охотничьих
трофеев, что прибывшие тут совсем недавно – только-только обосновались.
Даже гарпуны не распакованы. Он взглянул на аккуратно выложенное и
залитое водой кострище, свежеструганную поверхность долбленки и понял, что пришельцы устраиваются основательно и надолго. Возможно, сейчас
они отправились за древесиной для костра и дообустройства лагеря –
понадобится коптильня, шесты для растяжки шкур и прочее. Топь в любой
сезон была богата живностью, но чтобы ее заполучить, требовалось
большое умение, отвага и упорство.
Хаад-Зур еще раз взглянул на лодку. «Без нее топь переходить и долго, и, главное, смертельно опасно, - думал он. – Просто взять ее – значит украсть.
Это невозможно. А если заплатить?» Ждать возвращения хозяев Хаад-Зур
не собирался – неизвестно, что у них на уме, поэтому действовать он
решил иначе. Достал из заплечного мешка кусок материи, которую
использовал как скатерку на привалах, и добротный стальной нож в
кожаном чехле. Расстелил скатерку у входа в шалаш и положил на нее нож
– так сразу заметят и поймут. «Для людей, не знающих железа, такой обмен
не просто удача, а дар богов – обижаться пропаже не станут». Не тратя
более ни минуты, он сдвинул с топкого берега лодку и, осторожно
оттолкнувшись шестом, отчалил. Долбленка была чертовски неустойчивой, и, как ни старался Хаад-Зур ускориться, ничего, кроме бортовой качки и
опасных нырков носом, не получалось. Прошло минут пятнадцать, а он был
всего метрах в двухстах от берега, с каждой минутой все более ощущая, как
начинают полыхать огнем ладони от трения о шероховатый шест.
Болото было мелким, редко где глубина достигала полутора-двух метров, но от этого оно не становилось менее опасным. Хаад-Зур хорошо знал, какие «сюрпризы» таили его темные воды. Тут, например, обитал
знаменитый синий слизень – хищная тварь длиною до пяти метров. Он
обвивал свою жертву подобно удаву и, присосавшись, впрыскивал
желудочный сок, который не просто убивал, а еще и переваривал добычу
изнутри, а слизень потом высасывал этот бульон, подобно земному пауку.
Внимательно оглядывая пространство вокруг лодки, Хаад-Зур успевал