Андрей Климов – От Хитровки до Ходынки. История московской полиции с XII века до октября 1917 года (страница 46)

В столичных полициях тоже происходили реорганизации. Указом императора от 12 августа 1863 г. о порядке комплектования Санкт-Петербургской полицейской команды обращается внимание воинских начальников на тщательный отбор командируемых в полицию военнослужащих. «Некоторое время наблюдалось сочетание прежних подходов формирования полиции и новых – на основе вольного найма. Из указа от 5 февраля 1862 г. видно, что наличный состав нижних чинов Санкт-Петербургской городской полиции (456 человек пешей команды и 789 человек городской стражи) усиливался приёмом 200 вольнонаёмных. Полицейская команда по-прежнему формировалась «от военного ведомства»[432].

Валуев понимал, что качественный сдвиг возможен только нормальным финансирование и социальными гарантиями полицейских. По его представлению Госсовет одобрил, наконец, а император утвердил 8 ноября 1865 г. новые «правила относительно сроков и преимуществ службы нижних чинов полицейских и пожарных команд». В этом документе расписан «комплекс мер морального и материального стимулирования рекрутов, которые по выслуге обязательных сроков, получив право на бессрочный отпуск (т. е. перечисляются в запас), остаются служить в полиции, а также тех, которые вышли в отставку и вновь поступили на «вторичную службу» в полицию».

Ещё одну попытку штурмовать высокие кабинеты по вопросам реформирования полиции министр внутренних дел П.А. Валуев предпринял, когда 27 августа 1866 г. представил в Государственный Совет записку «О некоторых мерах к улучшению уездной полиции»[433].Этот документ касался и уездной полиции Московской губернии. От многих губернаторов к нему стекались сведения, которые можно объединить под общим названием: отсутствие мобильности уездной полиции. Министр сформулировал причины, по которым следует сформировать и учредить мобильную полицейскую стражу: увеличилась преступность, в первую очередь грабежи и убийства, чрезмерное употребление населением спиртных напитков вследствие увеличения питейных заведений и другие. Происходило это и в силу объективных обстоятельств: увеличение народонаселения, развитие торговли и фабричной промышленности, увеличение товарооборота между селом и городом и т. д. Поэтому учреждённые подвижные вооружённые полицейские команды, подчинённые уездному исправнику – насущная потребность того времени. А личный состав таких специальных команд должен был отличаться строгой служебной дисциплиной, обладать профессиональными навыками и выполнять функции «подвижных исполнителей полицейских распоряжений».

Увеличение преступлений, особенно в двух столицах, заставило власти предпринять организационные шаги по борьбе криминалом, в первую очередь с кражами, досаждавшими жителей. В структуре Санкт-Петербургской городской полиции было создано сыскное подразделение. Началом было положено учреждение в 1866 г. в Санкт-Петербурге сыскного отделения полиции. Это произошло благодаря тому, что общую реорганизацию полиции затеял назначенный на должность обер-полицмейстера 17 апреля 1866 г. Ф.Ф. Трепов – очень энергичный полицейский чиновник, пользующийся доверием императора. Главной причиной создания сыскного отделения в Санкт-Петербурге был рост преступности. После отмены крепостного права началась неконтролируемая в какой-то степени миграция сельского населения в города. К тому происходил естественный прирост населения. В Санкт-Петербурге и Москве за последние десять лет преступность росла гораздо стремительнее, чем в остальных городах. Генерал Ф.Ф. Трепов написал императору записку, в которой обосновал необходимость «особой части со специальной целью производства исследований для раскрытия преступлений изыскания общих мер к предупреждению и пресечению преступлений…». Император отреагировал незамедлительно. На должность первого начальника сыскного отделения был поставлен известный нам из истории уголовного розыска легендарный руководитель сыска Иван Дмитриевич Путилин. Первоначально штат Петербургского сыскного отделения был невелик: 37 человек, да из них 9 писцов 4 служителя. Но они выполняли огромный объём сыскной работы в городе, численность которого перевалила за 500 тысяч человек.

И уже в этом же, 1866 г. году именными Указами императора Александра II от 23 сентября и 1 октября Трепов уполномочивался приступить к реформе всей Санкт-Петербургской полиции, действуя оперативно, «не ожидая окончательного разрешения в Комитете министров вопроса об испрашиваемом… кредите». Император тоже был настроен решительно, не надо забывать, что в 1866 г. было совершено покушение Дмитрия Каракозова – неудачное, но всколыхнувшее всё царское окружение.

Учитывая, что столица связана сетью речных каналов по представлению Трепова в 1867 г. была создана и речная полиция. В её многочисленные обязанности входила и охрана порядка как на воде, так и на береговых сооружениях, в части обеспечения беспрепятственного следования судов по рекам и каналам. Штаты речной полиции состояли из управляющего, трёх его помощников, 20 унтер-офицеров и 150 матросов.

С приходом нового министра внутренних дел Александра Егоровича Тимашева (министр с 1868 по 1878 гг.) курс Валуева по реформированию полиции продолжился. Дальнейшее проведение реформы полиции обосновывалось необходимостью обеспечить «спокойное преуспевание общественное, благоустройство и безопасность государственную» и «ничтожностью» тех сил, которые имелись для исполнения служебных обязанностей полицией в городах и уездах. За год с лишним в недрах министерства был подготовлен проект административно-полицейской реформы, который Тимашев представил во Всеподданнейшем докладе императору Александру II 26 декабря 1869 года. Министр обосновал срочность и необходимость своевременного проведения реформы: полицейское и административное законодательство не соответствовали современным требованиям к полицейским учреждениям. Изменились условия государственного управления в стране. Были проведены в жизнь большая часть «великих реформ»: крестьянская, судебная и земская, полным ходом шла подготовка к городской реформе. В этих условиях необходимо было менять принципы организационного устройства полиции. «Несостоятельность административно-полицейских учреждений, не преобразованных, а только изменённых, – заострял министр внимание императора на проблеме, – тормозит реформационный процесс». А основополагающий вопрос в том, что «…главное достоинство благоустроенной полиции заключается в быстроте распоряжений и быстроте исполнения приказаний непосредственного Начальства»[434].

2 января 1870 г. император направил проект административно-полицейской реформы с объяснительной запиской «Главные начала административно-полицейского устройства и нового полицейского устава» в Комитет министров, который поручил министрам, исходя из особой важности вопроса, представить до 1 марта заключения о проекте.

Проект имел два направления реализации: преобразование губернской администрации и реорганизация городской и уездной полиции. Директор Департамента полиции исполнительской Косаговский представил министру общие соображения по административно-полицейской реформе. Тимашев, внимательно изучив их, включил это представление в общий документ. 10 января 1870 г. он послал документ «По проекту административно-полицейской реформы» для рассмотрения Управляющему делами Комитета министров.

Представляет интерес из этого документа предложения по дальнейшей реорганизации городской полиции. В устройстве городских полиций, писал Тимашев, сделано уже две основные перемены: 1) число полицейских инстанций из прежних трёх (Полицмейстера, Частного Пристава и Квартального Надзирателя) уменьшено на две (Полицмейстера и Участкового Пристава) и 2) комплектование нижней полицейской силы разрешено проводить по вольному найму, взамен прежнего пополнения её из неспособных нижних чинов. Министр делает вывод, что «теперь можно было бы ограничиться уничтожением в них коллегиального порядка решения дел».

Конечно, состояние дел городской полиции не столь плачевны, как уездной, подтверждает Тимашев. «Хотя и нельзя отрицать, что и в городах полиции не находятся вполне в удовлетворительном состоянии, но тем не менее преимущества её пред уездною настолько очевидны, – говорится в документе, – что в виду значительных сумм, испрашиваемых на предмет организации уездной полицейской стражи представляется неизбежным ограничиться постепенным улучшением городской полиции по мере увеличения городских средств».

Из документа видно, что первым и вторым пунктом определялся статус Губернатора как основного представителя власти в регионе. Третьим пунктом в проекте акцентировалось создание действительной правительственной силы, могущей служить, как для охранения интересов общегосударственных, так и для нужд населения. Акцентировано внимание, что всякая полицейская власть в губернии подчиняется Губернатору. Подтверждалось, что коллегиальный порядок дел в полицейских учреждениях отменялся. Должности низших выборных чинов по настоянию министерства упраздняются. Учреждалась вооружённая полицейская стража, преимущественно конная.

Из пояснительной записки к проекту делался вывод, что коренной реорганизации подвергались низшие институты полиции, а исполнение обязанностей местной сельской полиции далее не могли более возлагаться на волостные и сельские власти, а должны быть возложены на вновь образуемые полицейские подразделения – сельскую и уездно-полицейскую стражу. Главная же задача заключалась в том, чтобы образовать дельных и способных низших исполнительных чинов.