Андрей Каминский – Фантастический Калейдоскоп: Ктулху фхтагн! Том II (страница 55)
Сказали, борт за нами уже вылетел, забрали телефоны, планшеты и ноутбук. Ладно хоть еду оставили.
От Усть-Неры вертолет долетает за час, так что времени у нас с Карлом было всего ничего. И мы вошли в пещеру, чтобы посмотреть в бассейн.
Все, как и прежде – тела наших друзей, резьба, которую изучат уже другие специалисты. Вот только не было воды.
А на дне бассейна лежали груды скелетов. Маленьких, чуть больше ребенка. В сгнившей одежде, с переломанными костями. Остатки племени карликов – они и в самом деле оказались таковыми.
По всей видимости, во время последнего набега воины коня и солнца проломили стену, перебили жителей, а последних загнали в святилище. Миролюбивые карлики не могли долго сопротивляться, и вскоре все было кончено.
А потом якуты собрали тела врагов, и сбросили их в волшебный бассейн. Не думаю, что они делали исключение для раненых, женщин или детей. Это был геноцид.
Пещерное озеро стало братской могилой, а вода его напиталась агонией умирающих карликов, своими глазами увидевших гибель всех, кого они любили.
Вода больше не могла показать мечту – теперь она показывала кошмар. В мельчайших подробностях, реальнее, чем окружающий мир. Посмотришь – и уже не оторвешь взгляда.
И «коневоды» обрушили скалу. Похоронили опасное озеро вместе с его хозяевами. Но во время обвала по залу прошла трещина, и часть воды вытекла в Дарпир – русло находится совсем рядом, стена в том месте довольно тонкая…
Невозможно находиться на холме и не смотреть на Дарпир. Река занимает половину долины.
Так погибли оставшиеся в живых захватчики. И тела их навсегда остались на берегу.
Мы, наконец, выяснили все. Конечно, за исключением самой природы волшебного озера как явления. Но то, с какой оперативностью и в каком количестве сюда прибыли военные… наводит на определенные мысли.
Этими исследованиями займутся теперь совсем другие люди, без диссертаций и научных степеней. И мы никогда не увидим их статей в журналах. Никогда.
Что волнует меня куда больше – зачем им вода? Она представляет огромную опасность, даже стакана хватит, чтобы свести человека с ума! Даже нескольких капель, на которые можно посмотреть.
Тонны воды в баллонах черного вертолета… могут привести к катастрофе.
Древние карлики сумели использовать жидкость во благо, но удастся ли «задобрить» озеро после того, что с ним стало?
И собирается ли хоть кто-то этим заниматься?
А что, если вода будет слита в реку? В большое озеро?
В океан?
Очень скоро новые хозяева озера исследуют его свойства и поймут, какие возможности оно открывает. И тогда они захотят избавиться от свидетелей. Боюсь, нам не дожить до осени.
Сегодня утром мне сообщили, что Казбевич умер на своей даче под Москвой. Разрыв сердца.
Ну да, ну да. Сердца и грудной клетки, от автоматной очереди в упор. Кого они пытаются обмануть?
Попробую скрыться. Они смотрят из каждой камеры, отслеживают все звонки… значит, буду держаться вдали от городов. Телефон я уже выбросил.
Что до этих записей – они должны сохраниться, если я погибну. Спрячу их где-нибудь, носить с собой – путевка на тот свет.
Пора в бега, хоть и жаль оставлять Петербург.
Просил бы помощи у богов, но, вспоминая их изображения на черной скале, не слишком-то хочется.
***
Павел Романович еще пару раз крутанул колесико мышки, убедившись, что дочитал заметки археолога. Впрочем, доктор Астафьев уже не в первый раз изучал черно-белые сканы мятого дневника. Он улыбнулся уголком рта – в конечном итоге судьба доцента Кузнецова, автора записей, сложилась весьма неординарно.
После чего ввел еще несколько паролей и приказал системе удалить файл.
Через час Павел Романович, совсем молодой для заведующего лабораторией, стоял возле тяжелой гермодвери. Там, внутри, в прозрачном резервуаре хранилась вода пещерного озера. Полгода назад они потеряли несколько хороших сотрудников, случайно заглянувших в молчаливую глубину, и с тех пор доступ в помещение разрешался только в специальных очках, экранирующих кое-какие световые волны.
Мрачный охранник посмотрел на доктора сверху вниз. Астафьев не нравился ему, как и половине лаборатории. Скромный тихий парень, безукоризненно выполняющий спущенные «сверху» задачи – вот только до жути нелюдимый.
В свои тридцать с хвостиком Павел Романович не имел не только семьи, но и близких друзей, не заводил отношений, не ходил в бар по пятницам – черт, да у него даже собаки не было! Доктор Астафьев лишь работал, работал и работал – с неизменной полуулыбкой, вежливым внимательным взглядом и подчеркнуто официальным общением с коллегами.
Почему именно этого типа назначили завлабом месяц назад, охранник не знал. Но он готов был поставить десять из своих двадцати четырех зубов – никто в комплексе не обрадовался новому начальнику.
И, конечно, как и все люди подобного толка, доктор Астафьев знал каждого из своих подчиненных по имени – отчеству.
– Доброй ночи, Глеб Петрович, – вежливо улыбнулся он, – доступ к резервуару, пожалуйста. Вот пропуск.
Защитные очки уже заняли место на переносице завлаба.
Охранник, не говоря ни слова, сделал шаг в сторону и нажал на встроенную в стену панель. Доктор имел право войти.
Гермодверь тяжело затворилась за спиной. Павел Романович позволил себе улыбнуться и подошел к прозрачному аквариуму, заполненному кристально чистой жидкостью. Доктор положил ладонь на толстое стекло.
– Озеро, исполненное знаний, – прошептал он, – эти идиоты не понимают твоей ценности!
Они действительно не понимали. Очередное оружие, слить в реку, слить в море… слить туда, слить сюда. Распылить с самолета, добавить в водопровод…
Бездумное уничтожение великого сокровища!
Того, чем они, скованные своими привязанностями, своими чувствами и тем, что называют «любовь», не могут воспользоваться. Они боятся озера из пещеры. Оно их убивает.
Павел Романович улыбнулся и снял очки.
В глаза ударило красным. Вода, напитавшаяся ненавистью, показывала чудовищные картины войны. Кровь и огонь, взрывы, ужасные монстры и титанические машины. Смерть и страдания, тысячи воинов, гибнущих вместе со своими семьями в разных частях света. Крики миллионов, сливающиеся в многоголосный вой, рвущий небо над городами.
Солдаты, поднимающиеся из мертвых и снова сражающиеся. Создания из-за грани, призванные для охоты на врагов и давно вышедшие из-под контроля. Невиданные доселе микроорганизмы, выкашивающие целые материки. Кибернетические импланты, обращающие в непобедимых воинов даже маленьких детей.
И удивительные технологии, которые позволяют все это создать.
Не было печали…
Гриборий Богданов
В дверь яростно колотили. Дима чертыхнулся и поплёлся открывать. Кого там принесла нелёгкая? За порогом стоял зомби и протягивал когда-то аккуратно запечатанную коробку. Совсем охамели в КтулхуЭкспресс. Хотя это – зомби, фиг с ним.
– Вам ар-р-гх… посылка, – прорычал зомбяк, еле ворочая языком.
– А дверь зачем выносить?
– Пр-р-ростите, выгорел с этой работой, – зомби потупил единственный глаз, показывая на почти отвалившуюся ступню в старом кроссовке «Арахнас». – С вас девяносто пять лавкрафтлей. И вот тут распишитесь.
– Так-так. Щас… – Дима закрыл дверь: не впускать же разваливающегося курьера в квартиру, нашёл деньги.
Блин, ну хоть одна хорошая новость за сегодня – доставили Нож Для Жертвоприношений. С опозданием, да и леший с ними.
Он снова открыл входную дверь:
– Держи, друг, – протянул сотню лавкрафтлей. – Где расписаться?
Зомби услужливо подсунул бланк.
– Ага, тут, тут и ещё тут, – Дима улыбнулся. – Сдачи не надо: на мозги оставь. Всего мрачного.
В который раз дверь была закрыта, за ней гулко загрохотало – похоже, всё-таки нога отвалилась у зомби окончательно. Бедняга.
Пританцовывая от радости, Дима прошёл в зал, водрузил посылку на стол:
«Ну-с, приступим к вскрытию», – аккуратно распечатал упаковку – глаза Димы вылезли из орбит.
Это что за фиговина? Вместо ритуального ножа (двергская сталь, рукоятка обтянута человеческой кожей, приятный дизайн) на дне коробки покоилось нечто.
Нечто напоминало щупальце осьминога обсидианового цвета и матово поблёскивало. Один его конец был заострён, а сама штуковина покрыта то ли присосками, то ли бугорками неясного происхождения и предназначения. Не было печали – с ЙогСотНета накачали… Что ты такое? Дима ткнул в щупальце пальцем. Твёрдое. Достал из посылки, задумчиво повертел в руках. Тяжёлое. В длину сантиметров тридцать. На штык чем-то похоже. Странная вещь. Надо будет оставить на сайте гневный отзыв – впаривают чёрт-те что. Повёлся на скидку.
Он положил «якобы нож» на стол. Всё. Похоже, лимит хороших новостей исчерпан. А уже сегодня Жертвоночь – где взять нормальный режик?
Вспоминая, что можно использовать вместо клинка, Дима пошёл на кухню, приготовил бутерброды, заварил чай. Вернулся в комнату уже спокойный. Прорвёмся.