Андрей Каминский – Фантастический Калейдоскоп: Ктулху фхтагн! Том II (страница 54)
Мы долго обсуждали смерти друзей, глупо пытаться молчать об этом. И все-таки натура исследователя берет верх – когда допили вторую флягу, решили выяснить, куда же в клятой пещере все-таки нельзя смотреть.
Со слов Семенова – мир праху – там только резьба и этот бассейн. Ни алтаря, ни каких-то статуй – он сказал бы о них.
Резьба безопасна – Серега смотрел на нее и даже начал комментировать. А эффект, насколько мы успели понять, мгновенный…
Значит, все дело в бассейне. Нельзя заглядывать внутрь, парни погибли, когда подошли близко…
Это все звучит, как полная чушь, я знаю. Наверняка причина в другом – какой-то газ, или, может, инфразвук из-под земли… вот только никто из нас в это не верит. Там какая-то дрянь, на которую нельзя смотреть. И все тут.
Парни видели что-то, заставившее их покончить с собой. И разгадка – она прямо там.
В изображениях на стенах.
Капля и глаз, глаз и капля. Бассейн. Вода. Не смотреть на воду.
Снаружи гроза, вертолет будет нескоро. А мы сидим тут и трясемся.
Ха, кажется, мы все думаем об одном и том же. Что если зайти в пещеру, но повернуться спиной? Идти вдоль стены, сфотографировать рисунки, и убраться, не глядя на бассейн?
Безумство? Да, определенно!
Вот только что сделают спасатели, едва приземлится вертушка? Отправятся за телом Голицына. Они не станут нас слушать – хорошо, если сходу не закатают в смирительные рубашки. И погибнут. Но если бы мы точно выяснили, как работает пещера…
Какое нам дело до них? Казалось бы, да. Если отбросить фальшивую мораль, это просто незнакомцы.
Но есть еще кое-что.
Эта пещера – наше открытие. Это мы ее нашли! Это мы заплатили жизнями друзей за древние секреты! И что же, все лавры достанутся тому, кто придет после нас? Какому-нибудь профессорскому сынку?!
А мы – нас, конечно, больше не пошлют сюда. Не пустят, скажут, у нас психологическая травма. Опасно! Большой стресс!
Тьфу.
Мы поговорили тут. Завтра отправимся туда и все так и сделаем. Пройдем вдоль стен, сфотографируем резьбу и свалим. В бассейн – ни взгляда. Десять минут и готово.
Нужно попробовать выспаться.
С тяжелым сердцем могу доложить – у нас получилось.
На рассвете мы втроем вошли в пещеру. Еще из прохода я швырнул в центр комнаты булыжник, и раздался всплеск. Все правильно. В бассейне – вода. Не смотреть на воду.
И мы повернулись спинами. И мы прошли вдоль стен.
Резьба сплошь покрывала ритуальный зал, исчезая под потолком. Теперь я понял, почему Серега не смог устоять – она выполнена на высочайшем уровне! Как будто племя «карликов» обработало скалу лазером. Этого, конечно, не могло быть, но тем поразительнее количество вложенного труда.
Мы двигались по залу и фотографировали. И все было в порядке! Наш план работал – просто не смотри в центр зала, и все!
Мы почти закончили, когда Людка споткнулась. В полу уже почти у входа оказалась какая-то трещина… я не успел ее подхватить, и, поднимаясь, она случайно оглянулась.
А потом… потом она кричала, а мы с Карлом вжались в стену и что есть сил зажмурились.
Она звала своих детей – Лешку и Наташу, я помню их, видел в Петербурге. Просила, чтобы они спасались, обернулись, бежали быстрее… потом просто бессвязно вопила.
Я стоял и молился, чтобы это скорее закончилось, но Казбевич не сплоховал – спросил, что Людмила видит в воде.
Это казалось глупым, но Карл снова и снова задавал вопрос. И, в конце концов, она ответила.
«Их всех убили».
После чего знакомые нам гулкие удары – Люда билась головой о камень. Потом глухой треск и тишина.
Мы все равно не смогли бы ей помочь.
Нужно было закончить обследование. Мы отсняли остаток рисунков, и покинули пещеру, не оборачиваясь. Еще одна жизнь в обмен на знания – последняя.
Гроза стихает. Всю ночь совмещали фотографии на ноутбуке. Получилось целое полотно.
Резьба в идеальном состоянии, пещера надежно защищала ее от морозов и дождей. На расшифровку ушло совсем немного времени.
Примечательно, что неизвестный мастер использовал интуитивно понятные символы и пиктограммы. Знаки, которые он вырезал, предназначались не для соплеменников – для их далеких потомков. Язык забудется, одни боги сменят других, но рисунки… рисунки должны передать знания.
Глаз и капля в большом круге – именно так обозначали проклятый бассейн в племени «карликов». Силуэты на стенах не испытывали страха – наоборот, они охотно с ним взаимодействовали. И вот почему.
Если нам правильно удалось понять – а я уже ничему не удивляюсь – вода в пещере обладает неким… по-видимому, наркотическим эффектом. Или нет. Во всяком случае, «карлики» считали, что волшебное озеро способно показывать им… разные картины.
Места отдаленные и не столь, настоящее и будущее. Живых людей, и еще не рожденных.
Вот только вода не отражала реальное положение дел. Нет, это не волшебное зеркало сказочной колдуньи. Озеро не знает, кто на свете всех милее.
Племя «карликов» оберегало пещеру с ее бассейном. Они приносили воде дары – плоды и ягоды, и никогда – животных. Пели для озера, молились ему, устраивали в пещере шумные праздники. Но не смели подойти к священному месту в печали.
Это несколько раз повторяется на стенах. Хмурое лицо, перечеркнутое крестом. С плохим настроением нельзя. Табу.
Вся эта резьба на стенах… одна огромная инструкция для потомков. Мануал, как правильно использовать озеро. «Волшебный бассейн для чайников».
Потому что, если жидкость в зале не ведала печали и злобы, в нее можно было заглянуть без вреда для здоровья.
И тогда вода показывала прекрасные картины. Огромные замки будущего, чудесные технологии, неизвестные «карликам», широкие поля и богатые дичью леса. Бассейн показывал своим гостям мечту, «прекрасное далёко», что обязательно настанет, если все будет хорошо…
Как сложнейшая вычислительная машина, вода могла считать мысли людей, переработать их, понять и сложить их знания… И показать, чего они способны достичь. Если все будет хорошо.
А хитрый маленький народец все-все запоминал, записывал и… старался претворить в реальность.
Бассейн подсказал племени множество полезных изобретений – письменность, седло для лошади, принципы обработки металлов… чего там только не было! А «карлики», знай, запоминали, да пытались разобраться. И у них получалось! Древний народ далеко расселился по округе, они создавали прекрасные города, значительно опередившие свое время.
Пока о них не узнали соседи.
На закате их цивилизации все не было хорошо. «Коневоды» убивали их каждый день. Но озеро не знало. С плохим настроением – нельзя. Скорее всего, в позднейшие времена сюда не пускали родственников павших воинов…
Вода до последнего показывала счастливое будущее.
И не могла рассказать, каким оружием победить захватчиков. Потому что не знала о войне.
Что ж, это многое нам дало. Остается ждать вертолет, хоронить друзей и долго корпеть над снимками. Погода налаживается – завтра за нами прилетят.
Мы в Якутске. Завтра я отправлюсь в Петербург, а Казбевич – в Москву, к себе домой.
Все закончилось… ужасно. Не знаю, писать ли об этом… впрочем, я и так, скорее всего, обречен.
Вертолет прилетел, вот только не за нами. Даже несколько вертушек, битком набитых военными. Они допросили нас, покивали… и полезли в пещеру. Как мы ни пытались остановить солдат – никто не слушал. Их командир, я не разбираюсь в погонах, велел нам убираться в палатку. Мол, за нами вышлют следующий борт.
Конечно, вскоре раздались крики. Никто не вернулся из пещеры.
Потом был еще один допрос. Теперь на нас уже не смотрели, как на сумасшедших. Ну… или в меньшей степени. Даже что-то записывали.
Всю ночь они переговаривались со своими. А на рассвете прилетел другой вертолет с какими-то большими баллонами по бокам. Солдаты вытащили из него огромный шланг, завязали какому-то парню глаза и отправили в пещеру. Он сходил и вернулся.
А потом они просто взяли… и откачали озеро. В баллоны на вертолете. И он улетел.
Для пробы послали какого-то солдата в пещеру без повязки – он вернулся живым. Сказал, там больше ничего нет.
Потом они забрали тела своих и улетели. Взяли с нас кучу каких-то расписок – я даже не читал. Станешь тут вникать, с пистолетом у затылка!